Небо в кармане 5 - Владимир Владиславович Малыгин

— А что тут сложного? — сделал большие глаза. Теперь уже пришла очередь как бы удивляться мне.

Князь тут же сделал стойку на мою оговорку, довольно сверкнул глазами — мол, наконец-то подловил. И уже рот открыл, собираясь что-то сказать, да я его опередил, закончил свою мысль:

— Поскольку я к новому заводу не буду иметь никакого отношения, то и контролировать производственный процесс мне будет несложно. Непредвзятое отношение я вам гарантирую, — разочарование мелькает на лице князя, и мне так нравится его наблюдать, что просто слов нет.

Всё-таки молодец я. Один только этот вызов «на ковёр» к его высочеству дал мне столько опыта, что я готов каждый месяц на подобную аудиенцию ходить.

— К тому же я не собираюсь воровать из казны. Тем более, продукция будущего предприятия, как вы понимаете, не может быть некачественной.

— Это что-то новое, — нарочито удивился великий князь. — Поясните.

— Всё просто, — пожал плечами. Да, некультурно в приличном обществе плечами пожимать, но так убедительнее будет выглядеть моё пояснение. — Если Московское предприятие, заводом его ещё очень рано называть…

Александр Михайлович вскинул голову, но я его опередил:

— Вот когда будет налажено производство, когда начнётся выпуск, тогда и посмотрим, будет ли он соответствовать определению завода. А пока же это просто некое будущее предприятие с неизвестным статусом на этапе закладки фундамента. Так что времени впереди, чтобы определиться с формулировками, много.

— Мы не можем столько ждать, Империи нужны новые самолёты, — немного перебрал с пафосом его высочество, и сам понял это, потому что тут же вернулся к обычному своему тону. И напомнил мне то, о чём можно было не напоминать. — Слишком много потерь. Подобного никто не ожидал. Путиловский завод в одиночку не может компенсировать эти потери.

А то я этого не знаю. А вот вы с императором, так получается, не до конца это понимали. Иначе бы меня от Путиловского завода не отодвинули. И насчёт потерь тоже всё понятно. Не ожидали они. Как будто не на войну новые самолёты с экипажами без боевого опыта отправили, а на какую-нибудь выставку. Где они постоят-постоят, да домой в первозданном виде вернутся. Без поломок, без потерь, без выбитого ресурса.

— Значит, возвращаемся к моему первоначальному вопросу, — не стал рассусоливать. — Нужны самолёты? Направляйте меня в Москву, и я сделаю всё, чтобы господин Второв приступил к выпуску новых машин как можно раньше.

— И как подобное назначение воспримут в обществе? — с этаким снисходительным видом посмотрел на меня князь.

— Какое общество? — удивился. — У нас, на минуточку, война, а вы оглядываетесь на мнение непонятно кого? Что за глупости.

— Господин поручик, — попытался одёрнуть меня Александр Михайлович.

Да не на того напал. Я, конечно, лишнего и крамольного говорить не собираюсь, но и терпеть подобные глупости тоже не намерен. Натерпелся уже, хватит.

— Я в чём-то неправ? — улыбнулся. — Хотел бы я послушать это общество, когда война будет не где-то там, на далёком от столицы Памире, а придёт сюда, к ним на порог. На Балтику.

— Я бы тоже не отказался посмотреть на все эти напыщенные рожи, — внезапно вырвалось у князя.

Можно сказать, что я удивился. Но, не особо. И сам факт услышать от официального лица подобное признание дорогого стоит. Доверяет или пытается доверием этим подкупить? Вот же жизнь пошла, везде подвох ищешь.

— Ну что вы на меня оба так смотрите? — устало вздохнул Александр Михайлович. — Думаете, я всего этого не понимаю? Ещё как понимаю. Больше того, сталкиваюсь с этим каждый день. И мало что могу сделать.

Я совсем забыл, что у меня за спиной полковник находится. Притих он там, молчит, даже дышит через раз. Ну и пусть молчит, мне проще, отвлекаться не нужно.

— Тогда тем более не надо ни на кого оглядываться, а идти своей дорогой и делать то, что нужно стране, — ещё раз пожал плечами. Что-то у меня этот жест уже в привычку стал входить.

— Да, да, — откликнулся князь и задумался.

Подхватил и покрутил в руках карандаш, перестарался и переломил его пополам. Удивился половинкам и с досадой на лице отбросил их прочь. Хорошо ещё, что не на пол, а на стол. Половинки раскатились в разные стороны, и мы оба, насчёт полковника не видел, поэтому не уверен, так ли это, понаблюдали за тем, как они катятся.

— Значит, в Москву хотите? — явно пришёл к какому-то решению Александр Михайлович и прожёг меня прямым пристальным взглядом.

— Хочу, — ответил таким же прямым. — На Памир не отпускаете. В Школе, по большому счёту, теперь и без меня смогут прекрасно обойтись. Так что да, тогда лучше в Москву. Дело быстрее пойдёт.

— А как же Ольга? — взгляд князя стал на мгновение острым, буквально пронизывающим.

Вот провокатор, никак успокоиться не может. Что ж меня всё в эту сторону подталкивают? Ну, а коли так… А почему бы и нет? Девица она симпатичная, характер тоже замечательный, как я успел понять, да и вообще… Не по Сеньке шапка? Хм, что ж, мы ещё посмотрим, кто эту шапку носить будет.

— Ольга? — не отвёл глаз в сторону. — Война у нас, на первом месте дело должно быть.

— Хорошо. Я подумаю, где лучше всего будет использовать ваши замечательные навыки и светлую голову, — Александр Михайлович встал, кивнул, прощаясь. — Вы можете идти, господин поручик, я вас больше не задерживаю. Решение вы сможете чуть позже узнать у начальника Школы. А вас, господин полковник, попрошу задержаться.

И великий князь потянулся рукой к телефонной трубке…

* * *

С решением его высочество затягивать не стал. Задержавшийся в кабинете буквально на несколько минут полковник вышел и на мой вопросительный взгляд утвердительно кивнул головой.

Откладывать дело в долгий ящик не стали, сразу же поехали на Дворцовую выписывать нужные для командировки бумаги. Только здесь и узнал, что в сроках великий князь решил меня не ограничивать. Сколько нужно, столько и можно в Москве находиться. Ну и хорошо.

— Ты, Николай Дмитриевич, на меня зла не держи, — остановил меня у парадного входа полковник. Развернулся лицом, глаз в сторону не прячет. — Сам понять должен, не мог я по-другому поступить, обязан был доложить.

— Понимаю, война. Потому и зла не держу, — честно ответил. — Всё правильно.

И не покривил душой, сам бы на его месте утаивать подобное не стал. В военное время, не в мирное. А то мало ли, тревога какая, или, что ещё хуже, а подчинённого на месте нет. Да не простого подчинённого, вот ещё в чём дело-то.