Песочница - Ирек Гильмутдинов

— Конец тебе, тварь! — процедил я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как ярость закипает в груди. Кто бы знал каких сил стоило мне подняться.

— Ошибаешься, — прошипел он, его голос был холоден как лёд. — Это тебе конец, мальчишка. Кто бы ни был твой учитель, он хорошо потрудился. Даже я признаю это. Жаль только, что я не могу прикончить тебя — лорд Нихилиус жаждет встречи лично.

— Эта встреча станет последней для вас обоих, — выдохнул я, собирая остатки сил в кулак. — вот только ты её не увидишь «Anima Vorago»!

Лицо Сайласа побелело, как мел, его глаза расширились от ужаса. Он рванулся прочь, но жгуты первозданной тьмы, вырвавшиеся из моей груди подобно змеям, схватили его, словно стальные цепи. Трижды он пытался вырваться, но древнее заклинание, пожирающее души, держало его мёртвой хваткой, впиваясь в самую сущность некроманта, высасывая его жизненную силу капля за каплей.

В воздухе разлилось зловоние разложения, смешанное с ароматом озона. Магия схлестнулась в смертоносном танце, и небо над Чёрным Бором почернело, словно сама тьма пришла за своей жертвой.

— Эта душа принадлежит тебе, Морана, — произнёс я, и в тот же миг некромант словно обезумел. Он обрушил на меня всю мощь своего арсенала, швыряя одно за другим смертоносные заклинания. Однако его атаки, словно отразившись от невидимого щита, обратились против него самого.

То, что последовало далее, превзошло все мои ожидания. Первые же заклинания — тлен, разложение, кислота — обрушились не на меня, а на того самого зомби, что неподвижно стоял посреди поляны. Словно древний страж, он принял на себя удар, защищая своего повелителя. Но даже его гниющие останки не выдержали и трёх отражённых заклятий, обратившись в прах.

Теперь же пришла очередь самого Сайласа познать всю мощь своей магии смерти, обратившейся против него. Даже его недюжинная сила не смогла противостоять этому. Семь отражённых заклинаний — и некромант пал, побеждённый собственной мощью.

В тот же миг в меня влетел изумрудный сгусток, наполненный чистой энергией опыта. Мой магический источник, словно жаждущий путник, поглотил эту силу, увеличившись на полтора процента. Невероятно! Этот маг обладал поистине колоссальным резервом, ведь за всё время битвы он ни разу не прибёг к помощи манна-кристаллов.

В глубинах моего сознания раздался женский смех — холодный, пронизывающий до самых костей. От этого звука по спине пробежал мороз, а сердце сжалось от недоброго предчувствия. Похоже, я ввязался в игру, последствия которой ещё долго будут давать о себе знать.

Собрав последние крупицы сил, я встал подошёл к телу Сайлса и поднял гримуар. Он было дёрнулся убить меня, но я столько энергии тьмы подал в него что он чуть не заскулил. Затем подобрал свою кисть с кольцом и открыл портал. Шаг — и я оказался на главной площади замка, у самых ног изумлённого орка. Последнее, что запечатлелось в моём угасающем сознании, был отчаянный крик Евы и могучий голос Торгуса, взывающего к Кларис.

***

— Господин Ридикус, как полагаете, он сильно огорчится, узнав, что более не сможет… ну, вы понимаете, о чём я? — с притворной грустью в голосе спросил кто-то из присутствующих. Судя по голосу это вроде как Вул’дан.

— А какой мужчина не огорчился бы? — с невозмутимой серьёзностью ответил Огнебровый, после чего смачно захрустел чипсами со вкусом сметаны и лука. — Мне тут Кларис сообщила, что даже высшее зелье бессильно. Всё, что сгнило ниже пояса, увы, восстановлению не подлежит.

— ЧТО?! — вскрикнул я, инстинктивно хватаясь за причинное место обеими руками. — ТВОЮ ЖЕ ДУШУ, ИДИОТЫ, ЧТОБЫ ВАС РАЗНЕСЛО! — заорал я на хохочущих Вул’дана и Ридикуса.

Со мной, во-первых, всё было более чем в порядке «там». Во-вторых, моя правая рука пребывала на своём законном месте и в идеальном состояние.

— Да успокойся, дружище, — сквозь смех проговорил орк. — Мы же видели, что ты очнулся. Вот и не удержались.

— Хреновые у вас шуточки, — проворчал я, тщательно осмотрев себя и убедившись в отсутствии следов разложения. Магия внутри меня текла плавно и отзывчиво, как и прежде. Поднявшись, я ощутил звериный голод — так жрать мне не хотелось, кажется, никогда в жизни.

Одевшись, я махнул рукой: — Айда на кухню, есть хочу до потери пульса.

Они, похоже, только этого и ждали — вскочили ещё на первом слоге слова «кухня».

Узнав, что я пришёл в себя после двухдневного забытья, на кухне замка собрались все обитатели. Ибо готовил я для себя, то решил сделать нечто калорийное и жирное, а именно гамбургеры. Пока возился у плиты, рассказывал о схватке с некромантом. К моему разочарованию, никто никогда не слышал о маге смерти по имени Сайлас. Чёрт с ним. В одном я был уверен твёрдо: сейчас ему ой как несладко. Одна красивая дамочка, явно позабавится с ним.

— С такими врагами ты скоро до ранга магистра дорастёшь, — проговорил орк, впиваясь зубами в новый гамбургер. — Мог бы и нас позвать. А то только о себе думаешь, прокачиваешься в одиночку.

— Уверен, стоит мне позвать — и он кого-нибудь из вас прихлопнул бы. Нет уж, спасибо. Как-нибудь в следующий раз.

— Вул’дан, не переживай, скоро у вас будет уйма возможностей раскачать свои источники, — хитро подмигнул Огнебровый, но раскрывать карты не стал.

— Кстати, Кларис, спасибо за лечение. Скажи, сколько я должен?

— А я тут ни при чём. Это всё архимагистр Элидия. Она каким-то образом узнала, что с тобой беда, и, использовав площадку во дворце императора Каэла, телепортировалась прямиком сюда. Это она тебя выходила, мне такое, увы, не под силу. Пока что, — обмакивая картофель в сырный соус, Кларис добавила: — Кстати, она просила передать: вы квиты.

— Согласен, хотя… — переворачивая на сковороде очередную партию котлет, пробурчал я. — Народ, может, подождёте? Я вроде как вообще-то себе готовил?

Народ дружно проигнорировал мои слова. Будто я и не говорю с ними. Мало того — они мило общались между собой, обсуждали соусы и то, как я одолел некроманта. Вот тебе и поддержка. Прям чувствуется забота.

— Хочешь, на вот мой укуси, — предложила Ева четвертинку гамбургера причём без котлеты.

— Спасибо милая, кушай сама, я сейчас себе ещё приготовлю.

***

Когда все наелись то