Я бегу по снегу босиком дальше - Нани Кроноцкая

— Со мной сегодня ты волен делать все, что желаешь.

Усмехнулся.

— Только то, что мы оба желаем. Я слышу тебя и бессловно.

— Эмпат?

Женское любопытство способно проснуться и в самый разгар апокалипсиса.

— Это одна из самых страшных моих тайн. Менталист и эмпат. Но твоих мыслей я не читаю. Только чувства.

Он щелкнул заколкой, выпустив на свободу гладкий водопад темных волос. Марго стало вдруг легче. Дракон выдохнул восхищенно и резко.

— Ты, наверное, просто роскошный любовник. Очень красив и…

— Да. По другому быть просто не может, подумай сама — он развел руками волну женских волос на две половины, обнажая девичью шею.

Мягкий поцелуй, заставивший косатку резко вздохнуть. Ей вдруг стало жарко.

Расстегнула застежку на куртке, сняла ее и была поймана на попытке раздвинуть молнию форменной блузки.

— Знаешь, за всю свою долгую жизнь я впервые сейчас ощущаю себя не любовником. Возлюбленным? Женихом? Даже не знаю. С тобой мне просто необходимо отдавать себя, ничего не получая взамен. Не лишай меня этого счастья. Пожалуйста.

Он произносил эти слова своим потрясающим голосом. Таким змей — искуситель соблазнял Еву на заре всех времен. Какая женщина может устоять перед драконом?

Марго и не собиралась.

Короткие касания губами шеи, горячее дыхание рядом и эти руки, медленно размыкающие молнию блузки. Будто случайно каменными запястьями накрывающие грудь. Она закрыла глаза вслушиваясь в себя, ловя эти новые ощущения.

Запрещенные и позабытые, словно закопанные.

Как давно она запретила себе быть просто женщиной слабой, желанной? С самого детства, наверное. Отец усиленно вводил ее «в курс политических дел» и она быстро усвоила: у нее не было прав на ошибку.

Первый мужчина «принцессы косаток» обязательно станет отцом наследника. Анатомия, физиология вида, судьба. Дракон об этом не знал. Вопросы задавать она запретила, пусть будет так. Марго же сама все решила.

Он раздевал ее очень медленно, чувственно и невообразимо нежно.

Кто бы мог подумать, что простое избавление от одежды может стать такой волнующей их обоих прелюдией.

Волна возбуждения скатывалась от затылка к хвосту. Марго улыбнулась: у нее не было сейчас хвоста, как удобно.

Дракон ласкал ее плечи, поглаживая, целуя, спускался все ниже, тихо щелкнул застежкой белья. Секундная пауза. Да, она напряглась, а он тут же почувствовал и незамедлительно остановился. Не лгал. Он вообще ей не лгал.

Расслабилась, сбросила тонкие лямки, закинула руки за голову, прислонившись к могучей фигуре дракона. Рваный вздох и горячие руки накрыли тяжелую грудь.

Надо же… они подошли безупречно друг другу. Огромные ладони дракона вместили в себя увесистые полушария идеальной формы и белизны.

— Какая ты. Восхитительная, совершенная. — Усмехнулся, медленной лаской вызвав целый шторм ее чувств. — Я дракон, дорогая. И вот-вот овладею сокровищем. Знаешь ли, что это значит?

Удивленно открыла глаза, обернулась, посмотрела в лицо, коснувшись скулой его груди.

Поцелуй в гладкий лоб, в переносицу, ниже.

— Я тебя никому никогда не отдам теперь. И свое «да» ты сказала.

Поцелуем ворвался ей в рот, не позволив ответить словами.

В жизни Марго предостаточно было других поцелуев. Разных: робких и опытных, деловых и вполне сексуальных. Но этот… перечеркивал все то, прошлое первым же соприкосновением губ.

Пожар? Шторм? Точно — стихийное бедствие. Он смыл разом ее все сомнения и жалкие страхи. Поднял с самого дна сознания женщину. Настоящую, сильную и прекрасную. Это было похоже на взрыв, она за мгновение потеряла себя во времени и в пространстве.

Мир медленно крутился вокруг, как в воронке. В нем остались лишь только они, вдвоем. Дыхание в унисон, сердцебиение в одном ритме.

* * *

Марк Аврелий?* «Делай что должно и будь что будет.» Первым эту фразу произнес древнеримский император Марк Аврелий. Точнее его фраза звучала так: «Делай, что должен, и свершится, чему суждено»

Прима аматор** (пер. с лат. «первый (лучший) любовник» древний ритуал с участием девственницы, дарующей своему первому мужчине жизнь.

Оркой*** — (лат. Orcinus orca) — или косатки вид китообразных из семейства дельфиновых (дельфинов) парвотряда зубатых китов. Единственный современный представитель рода косаток. Признан самым крупным представителем своего семейства и единственный среди современных китообразных настоящий хищник, преследующий теплокровных животных.

©Нани Кроноцкая

11. Жизнь за жизнь

Иногда лучший способ погубить человека — это предоставить ему самому выбрать судьбу. (М. Булгаков)

Когда-то давно, в ранней юности, молодая косатка попала в смертельные объятья «белой волны». Волны — убийцы, легенды, самого страшного врага всех подводников и китов.

Ее вытащили из самой немыслимой глубины, в смертельном пике падения, практически мертвую и раздавленную. Марго спас отец, которому пришлось сделать дикий и немыслимый выбор между дочерью и женой. Как он жил потом с этим, каково ему было встречать каждый день с этой мыслью?

За это решение Маргарита платила все эти годы собой. Ее жизнь ей больше не принадлежала: она была посвящена роду косаток. Как монахиня как жрица.

Время шло, и в последние годы отец все чаще заговаривал с ней о потомках. Она не возражала, это было бессмысленно. Но повторения своей судьбы Марго никому не хотела. Достаточно им Маргариты. Пусть братья решают вопрос престолонаследия за нее. Ее ребенка они не дождутся.

Но сейчас… Сама плутовка судьба словно подкинула ей решение этой задачи. Жизнь за жизнь. Прямой обмен, древнейший из ритуалов. Вот только…

Совсем как тогда, в водовороте великой и страшной волны, ее уносило все дальше.

Не думала матриарх рода косаток, блистательная Маргарита, что с ней это возможно. Так быть просто не может.

Одни только прикосновения, один поцелуй, и вот она уже переступила черту, за которой назад пути не было. Теперь — только вперед.

Дракон мучительно — медленно разорвал поцелуй, глядя прямо в глаза, заглядывая в самую душу. Она сидела у него на руках, полуголая, тяжело дышащая, возбужденная и решительная.

Провел руками по ребрам вниз, положив обе ладони на восхитительно — выпуклый изгиб тонкой талии. От этой нехитрой ласки, Марго застонала, тихо, сквозь зубы, выгнув спину ему навстречу, толкнув вперед восхитительную тяжелую белую грудь увенчанную твердыми вишневыми навершиями. Глаз было не оторвать от этой картины. Линия живота, как песчаная дюна.

Она вдруг оглянулась на море.

— У нас мало времени. Видишь, дорога к Луне? Она только для нас. Помоги мне, пожалуйста.

Маргарита потянулась к ремню брюк, он все понял. Легкий поцелуй в лоб, осторожно перенес девушку с колен, потянул вверх, ставя на ноги.

Она чуть не упала — поймал, осторожно расстегивая все эти