Майор. Назад в СССР. Книга 16. Часть 1 - Максим Гаусс

— Удачи, товарищ капитан!

Кивнув, я покинул «Волгу» и захлопнул дверь. Почти сразу же машина тронулась с места и быстро покинула двор, скрывшись в темноте. Проводив ее взглядом, я посмотрел на часы — половина девятого. М-да, быстро приехать домой после встречи с Кикотем не получилось.

Я перевел взгляд на окна нашей квартиры — везде горел свет, прапорщик Лось наверняка на месте. Хорошо, что хоть супругу заранее предупредил о том, что задержусь на службе. Такое еще случалось, но уже куда реже, чем в то время, когда я был начальником «Спектра».

Толкнув тяжелую дверь подъезда, я быстро поднялся на наш этаж. Вытащил связку ключей, но они не понадобились — дверь в квартиру была незаперта. Дома пахло жареным мясом, свежим хлебом и еще чем-то сладким. Тихонько играла музыка.

Лена хлопотала на кухне, Лось сидел в зале, листал газету. Услышав шум в коридоре, он вышел проверить. Увидев меня в полумраке, он обрадовался.

— А вот и зять пожаловал! Уже заждались тебя! — довольно произнес он, протягивая руку. — Что-то случилось? Опять на службе задержали?

— Михаил Михайлович, — ответил я, пожимая ему руку. — Извините, что так поздно. Задержали. Кстати, с днем рождения вас! Сколько стукнуло? Восемнадцать-то хоть есть?

— Конечно, мне восемнадцать и есть, а все остальное это выслуга лет! — усмехнулся Лось.

Лена показалась из кухни. Подошла, поцеловала.

— Правильно! — рассмеялся я. — Так, ну что, нужно накрывать стол?

Я прошел в спальню, положил папку на стол. Сын лежал в кроватке, размахивая ручками и дергая погремушку. Я подошел, приподнял его, поцеловал. Теплый, пахнет молоком и чем-то детским, неуловимо приятным.

— Ну что, Егор Максимович, рассказывай, как твои дела! — произнес я, глядя на малыша. Тот агукнул в ответ и улыбнулся.

— Понятно, — я выключил музыку в прихожей и вернулся обратно. — Кушал уже?

— Агу-гу…

— Вот оно что? Ну, я с тобой согласен. — улыбнулся я. — Знаете, Егор Максимович, а может будем спать ложиться?

Тот опять агукнул. Взял его на руки, покачал несколько минут, тот и заснул. Я аккуратно переложил его обратно в кроватку. Потушил свет.

— Максим, — Лена заглянула в комнату и улыбнулась. — Ты чего тут?

— Т-с-с! Тут тихий час наступил.

— А, понятно. Как на службе дела?

— Да, так… — отмахнулся я, не став делать акцент на этом моменте.

— Хорошо. Идем на кухню, стол почти накрыт. А то уже и так поздно.

Ужинали втроем. Я произнес тост. Мы с Михаилом Вихайловичем выпили по паре стопок коньяка, а Лена пила компот. Лось рассказывал про Астрахань, про дела в станице, про то, как к нему в гости сослуживцы в сентябре приезжали. Про рыбалку, про свою пасеку и многое другое. Я слушал вполуха, ковырял вилкой мясо.

Лена заметила. Придвинулась поближе.

— Максим, — шепнула она. — Что-то случилось?

Я посмотрел на нее внимательным взглядом, потом на Лося.

— Потом поговорим, — отозвался я. — Это сейчас не так уж и важно.

Потом мы обсуждали успехи Егора, последние новости. Прапорщик спрашивал меня про службу, про дальнейшие перспективы. Я ему заявил, что твердо намерен уволиться со службы, если меня попытаются снова отправить в горячую точку вроде Афганистана или Сирии. В принципе, работа аналитика в отделе у Игнатьева была неплохой с точки зрения довольствия и безопасности, но душа у меня к ней не лежала. Не мое.

После ужина Лось ушел в зал, смотреть телевизор. Мы с Леной остались на кухне. Я помыл посуду, она вытерла. Потом сели за стол.

— Рассказывай, — сказала она. — Вижу же, что-то не так!

Я принес из комнаты папку, положил перед собой. Но открывать не стал. В принципе, там ничего секретного не было — Беркутов не стал бы так просто светить секретами.

— Лена, мне нужно уехать. На несколько дней. Может, на неделю.

Она побледнела.

— Опять? Куда теперь? Афган?

— Нет, — я покачал головой. — На север. В Архангельскую область. Дальше — на острова.

— Зачем? — голос дрогнул. Мои слова ее удивили, поскольку такого ответа она точно не ожидала.

Я помолчал. Собрался с мыслями.

— Три дня назад я был у Хорева. У него были важные люди, судя по всему не из ГРУ. Предложили участвовать в одной экспедиции. Там, на севере, есть закрытый военный объект. С ним пропала связь. И там… — я запнулся. — По совместительству, находится мой отец.

Она уставилась на меня.

— Твой отец? Но откуда он там?

— Да. Он что-то упоминал про Арктику, про научный проект. Я тогда не слушал, а сейчас вот пожалел. В общем, там что-то случилось. Отец выходил на связь, но разобрать что-либо не получилось.

— И ты хочешь отправиться его спасать? — она говорила тихо, но я чувствовал — внутри все кипит. — Максим, он бросил вас с мамой одних, ты же сам говорил. А теперь ты должен лететь через полстраны, чтобы вытаскивать его из какой-то дыры?

— Я знаю, — сказал я. — И я не забыл. Но помочь ему могу только я. Кого бы ни отправили вместо меня, спасать его не в их интересах. Они просто будут выполнять приказы, и все.

— Почему? — тихо спросила она.

— Потому что я не хочу быть таким, как он, — ответил я. — Потому что я хочу, чтобы мой сын знал: его отец не бросает своих. Ни при каких обстоятельствах.

Она замолчала. Я видел, как она борется с собой.

— А если это ловушка? Если там был голос не твоего отца, а подделка? Вдруг, они пытаются тебя использовать для чего-то?

— Именно так, — кивнул я. — Пытаются. Беркутов хитрит, играет на чувствах…

Она опустила голову. Я взял ее за руку.

— Лена, я знаю, о чем ты думаешь. Но это другое. Это уже не боевая операция. Это просто экспедиция в Арктику. Ученые, полярники, техника. Там-то стрелять по мне никто не будет. Ну, разве что белые медведи или пингвины.

Лена рассмеялась, видимо представила себе того самого медведя.

— И потом, — продолжил я. — Я быстро вернусь. Через неделю максимум. И больше никуда не поеду, потому что у них не будет повода меня куда-то отправить. А попытаются надавить, я напишу рапорт на увольнение. Ну, как?

Она подняла глаза. Вздохнула, но сделала это с пониманием.

— И к тому же, Егору нужен второй дедушка. А то одного как-то маловато, не находишь?

— Хорошо, — улыбнулась она. — Иначе ты весь изведешься. Езжай. Но если не вернешься через неделю, я сама прилечу и найду тебя. Хоть на край света.

Я обнял ее, крепко прижал к себе.

— Спасибо, солнце. Как