Системный мехавод - Михаил Ежов

— Насчёт поесть, кстати, предложение в силе, — сказала она. — Только пойдём на кухню. И пушку Макса прихвати. Нечего ей тут валяться. Ещё из пацанов кто-нибудь забежит да схватит.

Глава 6

Сунув пистолет в кобуру и забрав автомат, я вошёл вслед за девушкой в небольшую, очень чистую кухню. Правда, она больше походила на домашнюю, чем на те, что бывают в заведениях.

— Можно спросить, где твой отец? — спросил я, поставив оружие в углу.

Прислонил к шкафу, чтобы не упало. Автомат не мой, когда Макс поправится, придётся вернуть. А пока что я за него отвечаю.

— Погиб, — не оборачиваясь, ответила девушка. — Он был мастером. Собирал мехов. И для помощи по хозяйству, и для работы, и для защиты. Хороших. Всё-таки, шестой ранг имел. Их всегда покупали, ни одного не оставалось. Почти два года уже, как нет его.

— Мне жаль. Извини.

Мой отец умер от инсульта, пока косил траву на дачном участке. Просто упал и больше не поднялся. Так, утирая слёзы, рассказывала, когда я приехал на похороны, мать.

— Ничего, — Аня заглянула в миску. — Он верил в спасителя. Когда умер… я решила, что тоже должна. Так, тесто поднялось. Если найду, чем начинить, будет пирог.

— Могу помочь, — предложил я.

Почти всю сознательную жизнь я заботился о себе сам. Так что не привыкать.

— Не надо, — качнула головой Аня. — Откуда тебе знать, как готовить? Ты ж только проснулся. Хотя в оружии вон разбираешься. Ты про отца хотел спросить?

— Нет. Про то, почему в меня тут верят далеко не все.

Аня пожала плечами.

— С верой всегда так. Кому-то нужно, а кто-то обходится без неё.

Открыв холодильник, она принялась громыхать мисками и кастрюлями.

— О, вот это сойдёт! — объявила девушка, выволакивая пластиковый контейнер. — Если хочешь помочь, посмотри конфорку. Раньше папа всё чинил, а теперь… В общем, сломана она.

Я очень сомневался, что в общине не нашлось мастера, готового помочь симпатичной молодой девушке. Но комментировать, само собой, не стал.

Подошёл к старой, покрытой кое-где ржавчиной плите с облупившейся белой краской. Пластиковая ручка лежала рядом на столе.

Перед глазами возникла надпись:

РАСПОЗНАВАНИЕ УСТРОЙСТВА: успешно

РЕЗУЛЬТАТ: плита газовая четырёхконфорочная

Далее протянулся перечень характеристик, который я читать не стал.

ЧТЕНИЕ ЧЕРТЕЖА: успешно

ЧЕРТЁЖ АВТОМАТИЧЕСКИ СОХРАНЁН.

В воздухе появилась чёткая и подробная схема устройства плиты. На ней было обозначено буквально всё. Я и не думал прежде, что в такой простой на вид штуке столько деталей.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ НЕСООТВЕТСТВИЙ

Я почувствовал, как кожа начала нагреваться. А затем увидел, что вокруг неё образуется призрачное зеленоватое свечение — словно моё тело испускало лёгкий дым. Завихряясь, он потянулся к плите и стал обволакивать её, одновременно всасываясь внутрь.

Твою ж мать! Это ещё что за фокусы!

Не шевелясь, я наблюдал за происходящим.

ВЫЯВЛЕНА ПОЛОМКА: отсутствие ручки №2

Ну, это я и так знал. То же мне, новость. Мать Ани сказала об этом ещё несколько минут назад при встрече. Да и вот она лежит-то.

Зелёное свечение начало быстро покидать плиту, а затем побледнело и, наконец, растаяло. На всё ушло не больше тридцати-сорока секунд.

Только теперь я понял, что всё это время не дышал. Просто застыл, наблюдая за происходящим. Осторожно выдохнул и взял со стола пластмассовую ручку.

Так, ну тут не нужно быть инженером, чтобы понять, в чём дело. Вылетела и потерялась маленькая, узкая металлическая пластинка, которая обеспечивала нужную плотность насадки.

Чёрт, я ведь только недавно умер! В самом что ни на есть прямом смысле. А теперь у меня новое тело, перед глазами пляшут надписи, и я чиню газовую плиту! Просто сюрреализм какой-то, ей-богу!

— Ну как, можно что-нибудь сделать? — проговорила девушка.

— Есть ненужная жестяная банка? — спросил я. — И ножницы.

— Посмотри вон там, — Аня показала на верхнюю секцию шкафа. — Если найдёшь, бери. А ножницы в верхнем ящике.

Спустя минут пять я вырезал из пустой кофейной банки пластинку нужного размера, согнул пополам, чтобы добавить толщины, и вставил в ручку. Затем до упора надел её на торчавший из плиты штырёк. Покрутил, убеждаясь, что всё работает.

— Готово, хозяйка. Принимай работу.

— Сделал? — удивлённо отозвалась Аня. — Так быстро?

Подойдя, повертела ручку, одобрительно кивнула.

— Здорово. Спасибо.

В этот момент в воздухе снова замаячило сообщение:

ПОЛУЧЕН ОПЫТ: 5 очков

И что? Я должен порадоваться? Мне награду выдали? За вставленную в ручку полоску жести? Бред какой-то…

А главное — на кой ляд мне эти очки⁈ И пять — это много или мало? Ничего не понятно. Хоть бы какая-нибудь конечная цель была обозначена. Типа, до сотни осталось девяносто пять. Продолжайте в том же духе, и будет вам счастье. А так мне, может, до тысячи ещё пилить. Не очень мотивация-то…

Вообще, вся эта катавасия напоминала компьютерную игру. Никогда ими особо не увлекался: не было времени, да и желания. А вот теперь, может, кое-какие знания и пригодились бы. Но чего нет, того нет. Придётся разбираться по ходу дела.

В этот момент из-за занавески донеслось бряканье колокольчика.

— Наверное, Федя с Симеоном пришли! — заволновалась Аня, стаскивая через голову фартук. — Идём, нужно тебя познакомить!

И, бесцеремонно схватив меня за руку, ринулась в зал.

Я сразу понял, что Аня ошиблась.

Перед прилавком стоял высокий парень лет двадцати четырёх с веснушчатым открытым лицом и короткими выгоревшими волосами. Крепкая шея торчала из воротника грубо связанного длинного свитера, и на ней висела связка амулетов, оберегов — ну, или чего-то подобного.

— Привет, Ань, — осклабился он, затем скользнул взглядом по мне, кивнул и снял с плеча здоровенный и явно тяжёлый свёрток, перевязанный бечёвкой.

— Вот, этого тебе на пару недель хватит! — широко улыбнулся он, кладя его на прилавок. — С таким-то количеством посетителей. Ты, главное, как фарш намелешь, в холодок убрать не забудь лишнее.

— Поучи ещё меня! — огрызнулась Аня.

Было заметно, что она разочарована тем, что явился не тот, кого она ждала.

— Ещё поглядеть надо, что за мясо такое, — ворчливо проговорила девушка, доставая из ножен на бедре короткий нож и перерезая верёвку. — Можно ли им людей кормить.

— Можно, не отравятся! — хохотнул