Идеальный мир для Химеролога 11 - Олег Сапфир

столик прямо перед герцогом дико исказился и начал втягиваться в спонтанно возникшую воронку гравитационного пробоя. Мебель схлопнулась. За какую-то долю секунды широкая столешница сжалась в невидимую микроскопическую точку и со звуком «Вшух!» просто осыпалась на ковёр горсткой сухой трухи, заставив онемевшего от ужаса офицера буквально вмазаться лопатками в стену.

Грановский даже не взглянул на результат своего эмоционального всплеска. Накинув на себя ментальную броню и окутав тело мощнейшим эфирным полем, он пулей вылетел из кабинета.

Долетел до правого крыла особняка за несколько секунд, плечом выбил массивную дубовую дверь в спальню дочери и влетел внутрь, готовый превратить любого чужака в фарш.

И замер на месте.

Дочь лежала в кровати, укутанная шёлковым одеялом, её грудь мерно вздымалась. А напротив огромного, защищённого артефактными вязЯми окна в глубоком кресле развалился неизвестный. Мужчина.

У него были длинные тёмные волосы, острые черты лица и такой непробиваемо-снисходительный вид, с каким обычно на приёмах сидит зажравшийся принц из-за океана. Дорогой, незнакомый, аристократичный до отвращения облик. И от него разило Силой. Чудовищной, неправильной Силой. Никаких сигнализаций, никаких датчиков взлома — этот человек обошёл всю систему, стоившую десятки миллионов рублей, как обычную лужу во дворе.

Гость повернул к герцогу голову и совершенно небрежно, лениво приложил палец к губам.

— Ти-и-ише, — мягким баритоном произнёс незнакомец. — Шумишь, как стадо кабанов на водопое. Разбудишь ведь.

От такой дикой наглости герцог на миг оторопел. Но выдержка профессионала взяла верх над отцовской паникой. Он выпрямился, стягивая эфирные потоки к своим ладоням, чтобы одним щелчком превратить комнату вокруг кресла в сплошной гравитационный капкан.

— С какой целью ты сюда проник? — ледяным голосом процедил Грановский, не сводя глаз с незваного гостя. — Даю слово, у тебя меньше десяти секунд на ответ. После этого ты умрёшь в таких муках, о которых не пишут в учебниках для дознавателей.

Гость даже не изменил позы. Лишь краешек губ дрогнул в усмешке.

— Прекрасно понимаю ваши отцовские чувства. Только убить меня не получится. Но испортить жизнь своей дочери… о да, вполне.

Незнакомец неспешно вынул руку из кармана и легко, будто невзначай, щёлкнул длинными пальцами.

В воздухе над кроватью вспыхнула паутина из сотен светящихся полупрозрачных нитей. Густая эфирная сеть тянулась напрямую от спящей Лены, оплетала запястья чужака, уходила ему в грудь и снова возвращалась к девочке, пульсируя синхронным сердечным ритмом. Жёсткая симбиотическая сцепка на энергетическом уровне.

— Ну, хотя я неправильно выразился, — вздохнул визитёр, наблюдая за вытянувшимся лицом старого герцога. — Разумеется, нарушить этот тонкий баланс и прервать процедуру ты можешь прямо сейчас. Просто убей меня, как и обещал. Решай. Твой ход.

Грановский стиснул челюсти до зубовного скрипа. Матрицу подобного рода обойти в моменте невозможно, срыв заклинания убьёт их обоих за пару мгновений. Руки задрожали от бессилия.

— Твои требования, ублюдок, — процедил старик. — Слушаю. Но заруби на носу: ты всё равно покойник. Даже если мне придётся снести ради этого полгорода, я тебя из-под земли достану. И сотру вместе со всем твоим выродским окружением. Никто не смеет подбираться к моей девочке! Никто!

Чужак хмыкнул, опираясь ладонями о подлокотники кресла.

— Отлично сказано, впечатляет. Ты всё сказал? Тогда смотри внимательно и запоминай.

Гость легко, с ленцой грациозного хищника, поднялся с кресла и подошёл к кровати.

У Грановского дыхание перехватило. В памяти мгновенно вспыхнул один давний эпизод. Спустя неделю после ранения Лены один сверхэлитный целитель, приглашённый специально из другого города за дурные бабки, попытался сотворить похожее чудо. Мужик тогда соединил свои ауры с Леной, надеясь стать донором жизненной силы. У того лекаря ни хрена не вышло — проклятая мутация яда шандарахнула обратно по ментальной связи так, что приезжего гения отбросило в стену. Мастер две недели валялся в глубокой коме с отваливающейся печенью, а Леночке стало только хуже.

Но то был подготовленный ритуал! С толпой ассистентов! А этот сумасшедший действует на голой импровизации!

Незнакомец остановился над девушкой.

— Кто я и откуда — вообще неважно. Не трать время на пустые загадки. Зачем я здесь оказался — сам скоро догадаешься, — голос парня стал жёстким. — У меня образовались некоторые застарелые неоплаченные счета с кое-какими местными «аристократами». Я выяснил факты, которые не понравились одному знакомому человеку. Был у меня когда-то… старинный приятель. Нормальный мужик. Виделись мы, правда, всего два раза, но это не суть. Так вот, он погиб вместе со своей женой, причём очень подло. Остались в живых только наследники — Михаил и Агнесса. Я выяснил, из-за чьих кривых ручонок это случилось. Решил заглянуть и задать пару вопросов… С этим вопросом я уже разобрался, и там никто не остановился. Но потом пришлось действовать дальше. Немножко грязно, не спорю, но так работают правила вашего долбанутого города.

Грановский впился ногтями в ладони, считывая контекст. Мёртвый товарищ, убитый исподтишка… Михаил и Агнесса… Покойный Новиков! Речь точно идёт о погибшем патриархе Новиковых, отца Агнессы, убийство которого заказали те самые «влиятельные люди». Герцог-интриган знал о таких раскладах в силу должности, но теперь всё встало на свои места. Этот Одарённый — ликвидатор, решала из тени, наводивший порядок во дворах зарвавшихся дворян по просьбе девчонки Новиковой. И зачем же он теперь залез к бывшему заместителю главы Высшей Канцелярии?

Визитёр, даже не оборачиваясь, закатал левый рукав, затем вытянул ладонь с нечеловечески отросшим, как костяной стилус, ногтём на указательном пальце. Быстро и абсолютно точно чиркнул по худенькому запястью спящей Елены.

Вдоль бледной кожи набухла ровная тёмная царапина, из которой тут же начала сочиться плотная, гнилостная бурая масса — яд, ставший её кровью. Эта субстанция должна была размазаться по белоснежным простыням, но вопреки физике кровь не упала. Мутная вязкая жижа начала левитировать в воздухе, собираясь в шевелящуюся, вонючую эфирную сферу.

— Что ты творишь⁈ Остановись, скотина! Ты её убьёшь! — заорал Грановский, срываясь с места, но какая-то плотная воздушная подушка упёрлась ему в грудь, не позволяя подойти ближе.

Незнакомец стоял спиной и спокойно вглядывался в процесс.

— Не стоит путать меня с классическими магами крови, — спокойно заметил парень. — В этом я понимаю постольку-поскольку. Но наша энергия имеет другую структуру. Дар Химеролога всегда тянется к более сильному, тому, в ком сокрыт потенциал Прародителя, ищет ту основу, которая сильнее и плотнее. Я не качаю в неё магию, я даю ей основу, из которой вырву последствия чужой дури. Тебе остаётся только смотреть. И, кстати, прекрати ныть. Ощущение бессилия унижает твой статус.

Дальше началась тотальная клиника, попирающая любые учебники медицинской практики. Герцог стоял, как заворожённый, глядя на