Возвращение Красной Звезды - Алексей Викторович Вязовский

— Поясни? — Александр Иванович выразительно поднимает бровь, но в глазах у него чертики прыгают. Так что и сомнений нет — с резидентом угадал.

— Да, вот только что жаловался Иманту Яновичу на свой тревожный сон. Столько вопросов меня мучают, а ответов на них нет. Поэтому и сплю плохо.

— Ну, тогда это точно по моему профилю. Пойдемте побеседуем, заодно отличным колумбийским кофе вас угощу.

— Кофе, это хорошо… кофе я люблю…! — мечтательно говорю я — Только Сергея Сергеевича к своей кофеварке не подпускайте. Не доверяю я его таланту баристы, и вам не советую.

Полковник аж с шага сбился и укоризненно посмотрел на меня. А «доктор» уже открыто рассмеялся.

— И почему же⁈

— У него рецепт капучино странноватый — вместо того, чтобы взбодрить, моментально усыпляет. То есть вопрос с бессонницей он решит, но слишком уж радикально. Я даже догадываюсь, у кого Сергей Сергеевич учился кофе варить.

— Виктор, хватит паясничать! — хмурится полковник. Но не выдерживает и начинает сам смеяться.

— Видели бы вы лицо этого диджея, когда он понял, что уснул во время эфира!

Продолжая смеяться, мы заходим в аскетично обставленный кабинет без окон, где кроме стола для переговоров и стульев больше ничего нет, даже телефонного аппарата.

Александр Иванович включает в сеть до боли знакомый приборчик, делает нам зачетный кофе и сразу переходит на серьезный тон

— Так, что ты, Виктор, хотел узнать?

— Мне нужно попасть в Белый Дом к Картерам. Подскажите, как это лучше сделать? Они в принципе приглашали заглянуть к ним в гости, когда буду в Вашингтоне, но официального приглашения у меня нет.

— А ты уверен, что тебя там ждут?

— Эмми Картер точно ждет, она моя большая фанатка. И с Розалин у нас вроде бы сложились неплохие отношения. Правда, в последний раз мы с ней общались еще в июле, на саммите в Токио.

— Ну, у тебя и знакомства, Виктор! — усмехается Александр Иванович

— Да, я вообще много с кем знаком — скромно опускаю я глаза

— Наслышан… — он задумывается, потом предлагает — С Белым Домом попробуем решить через нашего атташе по культуре, так будет надежнее. Если позвонишь в секретариат сам, тебя там могут и вежливо отфутболить.

— Спасибо. Мне хотя бы передать Эмми наши новые пластинки и плакаты, если вдруг прокатят с визитом. Ну, и приглашение на концерт в VIP зону.

— Постараемся все устроить, но здесь от нас уже мало что зависит.

— Я понимаю. И заранее спасибо за помощь. А что у нас сейчас с американскими выборами? На кого мы ставим?

— Официально делаем вид, что на Картера, но поскольку его даже свои уже со счетов списали, то негласно теперь ставим на Джорджа Буша, как на меньшую из бед. Конечно, он по большей части креатура американского ВПК, но в то же время, Буши владельцы нефтяной компании «Запата», и их опора — нефтедобывающие штаты. Так что насчет мировых цен на нефть наши интересы с ним примерно совпадают.

— А почему вы считаете, что Картера свои списали? — изображаю я удивление, хотя, конечно, в курсе странного покушения на президента. Но поскольку знать я этого не могу, нужно, чтобы Александр Иванович сам все рассказал. И он, естественно, рассказывает.

В преддверии начала предвыборной гонки Картер решил выступить по телевидению с программной речью о необходимости коренного реформирования Америки. В 70-х дела в Штатах идут хреново. И хотя Джимми мягко предупреждали, что этого не стоит делать, президент был непреклонен. Перед своим появлением на телевидении Картер совершил поездку в Лос-Анджелес, где выступил перед испаноязычной публикой.

И там полиция якобы предотвратила покушение на него, арестовав двух человек с весьма говорящими именами: Раймонда Ли Харви и Освальдо Эспиноза-Ортис. На допросе Харви сообщил агентам секретной службы личной охраны президента, что он являлся лишь частью заговора, с целью убийства президента. Картер намек понял, отменил свою речь на национальном телевидении и уединился в резиденции Кэмп-Дэвид.

— Нам важно продолжить политику «разрядки» со Штатами, но на Картера надежды больше нет — вздыхает резидент — Еще и этот сволочной сенатор Черч подгадил после Грузии, заблокировав ратификацию Договора ОСВ-2.

— Тогда мне нужно встретиться со своим «большим другом» конгрессменом Уорреном Магнусом. Послушать, что он расскажет по предвыборным раскладам. Найдете мне телефон его референта, а то у меня только его домашний?

— Хорошо, я свяжусь с вами, как только будут результаты по Белому Дому.

Из посольства я уезжаю в большой задумчивости…

* * *

Зато в отеле Майкл радует нас хорошей новостью. Он торжественно показывает нам макеты новых плакатов и афиш, сделанных по эскизам Джейка.

— Но к сожалению, их успеют напечатать только к Бостону.

— Не нужно к Бостону — останавливаю я Гора — Бросаем сейчас все силы на Нью-Йорк. А футболки и календари сделаем уже к следующим гастролям. Попроси кого-нибудь из стафов прикрепить эти плакаты к стене и сфотографировать нас на полароид на их фоне. Отправим фото Джейку вместе с контрактом. Как у них сейчас дела?

— Я говорил тебе еще в Майами, что их часть города практически не пострадала, Годенам даже не пришлось уезжать из дома.

— Да, помню — я тянусь к телефону и набираю Джейка.

— Виктор, я так переживал за вас! — слышу я его взволнованный голос — По радио передавали, что вы…

— Прости, надо было сразу тебе позвонить, но мне сказали, что вашу часть города облако не затронуло, и я успокоился. И с нашей «смертью» тоже быстро разобрались.

— Ну, полдня-то мы с мамой все-равно понервничали.

— Мне жаль, что тебе пришлось поволноваться, правда жаль. Но я к тебе с хорошими вестями. Дизайнеры Атлантик Рекордс поработали с твоими рисунками и сделали первые макеты плаката и новой афиши, которой украсят Нью-Йорк. Но без твоего согласия мы это сделать не можем.

— Считай, что оно у вас есть.

— Спасибо, Джейк, что ты нам так доверяешь. Но вдруг мы ими обклеем весь Нью-Йорк, а ты потом ругаться будешь: «Парни, это что вы там за херню развесили?!!» Так что для порядка контракт тебе все же подписать нужно. Завтра к вам придет человек Гора, заодно и макеты тебе привезет на утверждение. Может, нужно еще чего-нибудь прихватить? Сумма контракта солидная, ты