Безумец - SWFan

Ульрик и Гуран — тоже. Некоторое недовольство высказала только Фрея. Ей больше не хотелось сражаться. Это было страшно и опасно. Но потом Каспий попросил её от всего сердца, взял за руку; девушка покраснела до кончиков волос, спешно отвернулась и сказала, что, так и быть, согласна.

Так началась новая глава в истории чёрного титана, которая по своей структуре немного напоминала старые мультики. Каждые несколько недель или месяцев Гурея будет отправлять одного из своих приспешников, чтобы он разрушил очередное поселение людей или зверолюдов, и Воланд будет пытаться его остановить, чтобы однажды сразить уже саму дракониху.

Это была настолько проверенная и классическая формула для героической истории, что Михаил не видео особого смысла наблюдать за ней своими глазами. Он лично создал приспешников Гуреи, настроив их способности таким образом, чтобы битва с ними была тяжкой, но Воланд всё равно победил, и всё.

Теперь ему достаточно было время от времени проверять, как развивается история, между делом занимаясь другими делами.

А вернее сказать делом: после Пангеи у него остался единственный мир и единственный герой — Матфей.

Когда Михаил видел его последний раз, самопровозглашённый герой проиграл вторженцу из другого мира, загадочному чёрному рыцарю, который, однако, решил оставить его в живых, дабы Матфей мог «раскрыть свой рыцарский потенциал».

Момент это был важный, ключевой, а потому сразу после него Михаил поставил время на паузу и теперь промотал всего несколько часов. За это время на место событий явилась полиция, затем армия. Матфей не стал оказывать сопротивления ни когда у него забрали меч, ни когда с него содрали доспехи, ни даже когда увели его коня, который так утомился за время побега от чёрного рыцаря, что не мог даже подняться на ноги.

Образ коня, истекающего от пота и выдыхающего клубы густого пара, которые поднимались в тёмное беззвёздное небо, ещё много часов стоял перед глазами Матфея, пока сам он сидел в тесной одиночной камере, залитой ярким светом единственной лампочкой.

Сколько времени он так провёл? Час? Сутки? Неделю? Матфей потерял ощущение времени. Потерял ощущение реальности всего происходящего. Более или менее в себя он стал приходить только когда проснулся — как заснул он не заметил. При том не успел он сбросить последние ошмётки дрёмы, как дверь в его камеру неожиданно открылась. Вошли двое, взяли его за руку и вывели в коридор. Матфей с удивлением отметил, что нормально переставляет ноги, не запинается.

Его провели в комнату для допроса. Выключили свет. Включили лампочку на металлическом столе.

Матфей вздохнул и с лёгким, даже весёлым (к собственному удивлению) предвкушением стал ждать, что будет дальше…

Глава 19

Допросы из реального мира

Ждать Матфею пришлось недолго. Вскоре дверь отворилась, и в его комнату зашло несколько человек. Один из них, мужчина в рубашке и галстуке примерно тридцатилетнего возраста, присел прямо напротив него, а затем разложил перед Матфеем несколько фотографий. Некоторые из них изображали Матфея в его рыцарском амплуа; другие — его дом, участок. Наконец на последних снимках можно было увидеть чёрного рыцаря — когда он только появился и после, во время погони через город.

Сейчас всё это казалось Матфею очень отдалённым, как чужой сон.

— Ну и? — раздался голос мужчины.

Матфей посмотрел на него.

— Зачем вы устроили это представление, а? Чего добивались?

— Это не представление, — машинально ответил Матфей.

Мужчина наклонил голову, продолжая внимательно разглядывать Матфея. У него были светлые карие глаза с короткими ресницами.

— А что это? — спросил он.

Матфей приоткрыл губы, растерялся, промолчал. Мужчина в галстуке уже было улыбнулся и хотел продолжить разговор, как вдруг Матфей взял себя в руки и всё же попытался объяснить ему своё понимание всех этих событий:

— Я думаю, что этот рыцарь пришёл из другого мира… Наверное.

— Из какого это мира?

— Я не знаю, — Матфей покачал головой. — Просто из другого мира. Он сам об этом говорил. И у него есть особая сила, я не знаю, как она работает, но, кажется, он может сделать так, чтобы все его слушали. Кроме меня. У меня тоже есть такая сила — и другая. Где мой меч? Я могу вам показать.

— Выбросили на свалку, — мрачно произнёс мужчина. Затем переглянулся с другими, встал и вышел за дверь.

Следующие несколько часов напоминали по своему содержанию дурной сон, который Матфей, однако, наблюдал в состоянии чрезвычайно ясного рассудка. Ещё несколько раз к нему заходил этот мужчина, задавал те же и другие вопросы, и каждый раз Матфей рассказывал ему единственную правдивую версию событий, которую знал самостоятельно.

Несколько раз мужчина ударял по металлическому столику, за которым они сидели, несколько раз он его ронял, поднимал, опять ронял, а потом включал на нём сильную лампу и направлял её на Матфея, как будто стараясь просветить его в поисках правды. Но Матфей уже говорил правду и даже не замечал, что лампа должна быть обжигающей. Он много чего не замечал: ни голода, который у него пытались вызвать вот уже двое суток подряд, ни таблеток, который давали ему с водой, чтобы развязать ему язык.

Государственные службы, которым поручили срочно, «не то полетят головы», поймать всех организаторов теракта, ещё не понимали, что Матфей уже не был обычным человеком. В тот самый момент, когда он взял в руку свой меч — который на самом деле лежал в лаборатории, превратившись в объект многочисленных экспериментов, — его тело претерпело монументальную трансформацию.

Вскоре сам Матфей тоже заметил, что с ним было что-то не так. Он попытался рассказать об этом своему следователю, даже продемонстрировать, но это оказалось затруднительно. Матфей опасался, что, если неожиданно встанет и разломает, например, металлический столик, за которым они сидели, в качестве демонстрации, его просто застрелят.

Другое дело — рыцарская воля. С её помощью Чёрный рыцарь повелевал другими людьми. В этом плане она напоминала Королевскую волю из знаменитого японского комикса про пиратов, и, судя по словам рыцаря, Матфей тоже должен был мочь её использовать. Он пробовал делать незначительные приказы: выключите свет, пожалуйста, принесите поесть, назовите своё имя… На все его просьбы мужчина в галстуке только надменно улыбался.

Может, нужно обязательно держать при себе меч, когда приказываешь? Или сидеть на коне, чтобы это сработало? У Матфей было много вариантов, но только немногие из них он мог попробовать прямо сейчас.

Самый верный способ во всём разобраться — это спросить чёрного