Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

дороги, одновременно затаили дыхание. Медленно приближалась нефритовая повозка, запряженная восемью чистокровными белыми лошадьми. Сквозь плотные жемчужные занавески и развевающиеся шелковые вуали люди могли смутно видеть сидящую внутри фигуру. Хотя они не могли ясно разглядеть ее лицо, но ее величественная и элегантная осанка уже вызывала восхищение.

Из-за большого количества людей вдоль дороги повозка двигалась медленно, охрана защищала ее спереди и сзади.

– Владыка!

Кто-то первым выкрикнул, и в тот же миг множество голосов последовало за ним. Люди громко звали свою правительницу, и хотя они не говорили этого прямо, их нетерпеливые взгляды уже выражали их желание: они хотели увидеть правительницу в повозке, увидеть ее, возможно, единственный раз в жизни.

– Владыка!

– Владыка!

Среди непрерывных призывов из повозки протянулась белая как нефрит изящная рука, приподняла плотные жемчужные занавески, открывая благородную правительницу на нефритовом троне. Ее лицо было таким прекрасным, взгляд таким ярким, улыбка такой нежной… Люди были полны восхищения, и когда правительница на троне с улыбкой кивнула в знак приветствия народу по обеим сторонам дороги, крики «Да здравствует правительница!» поднялись как волны, достигая небес, не утихая долгое время.

Весь народ склонился, простираясь на земле, выражая своей правительнице самое искреннее и высокое уважение.

Поднявшись на городскую стену Чжуаньчэна, глядя, как Фэн Сиюнь машет рукой народу внизу, Цзю Вэй тихо сказал:

– Ты не из тех, кто любит привлекать внимание, почему в этой поездке такая пышность?

– Куда склоняется сердце народа, там собирается сила, – спокойно ответила Фэн Сиюнь.

Цзю Вэй посмотрел на полных восхищения людей внизу, затем обернулся и посмотрел на благородную и величественную, но не лишенную изящества Фэн Сиюнь рядом, и внезапно понял. За эти более чем десять лет ее талант, созданная ею армия Ветра и Облаков уже сделали ее известной во всех девяти провинциях, народ Цинчжоу глубоко уважал ее, но это было лишь чувство, рожденное из легенд, несравнимое с тем, что они испытывали сейчас, когда своими глазами увидели эту мудрую, добрую и прекрасную правительницу, и их уважение и любовь шли из глубины сердца.

– Ты готовишься?

– Тот день скоро наступит, и только если они будут едины со мной, я смогу защитить их! – Фэн Сиюнь подняла голову, глядя на безоблачное голубое небо.

Во время этой поездки Фэн Сиюнь также разобралась с несколькими коррумпированными чиновниками, вызывавшими недовольство народа, что еще больше усилило восхищение людей.

К середине двенадцатого месяца правительница завершила инспекцию и вернулась в столицу с искренним уважением и любовью народа Цинчжоу.

«Солнце же светит, почему все еще так холодно?»

Перед павильоном Ханьчэнь Цзю Вэй, держа корзину с едой, поднял голову, глядя на яркое солнце в небе, бормоча жалобы, прижимая корзину к груди, чтобы еда внутри не остыла.

Открыв двери павильона, он увидел Фэн Сиюнь, задумчиво смотрящую на кучу вещей на столе.

– Что это все?

– Цзю Вэй. – Фэн Сиюнь подняла голову, взглянула на него, слегка улыбнулась, затем снова посмотрела на стол. – Это все редкие вещи.

– О? – Цзю Вэй поставил корзину на стол и окинул взглядом эти предметы.

Они не были драгоценными, сделанные из меди, железа, дерева или шелка, отлитые или вырезанные, нарисованные или написанные, различных странных форм и узоров, покрывающие весь стол. По сравнению с золотом и нефритом, которые можно было увидеть повсюду во дворце, эти вещи можно было считать лишь ломом.

– Все это подарки от друзей из мира боевых искусств Белой Фэнси. – Фэн Сиюнь взяла со стола медную табличку с вырезанным на ней клыком. – Эту медную табличку с клыком мне подарил глава семьи Ци, когда я спасла их третьего молодого господина.

– Тот легендарный «дух» Ци Саньшао, который никогда не вырастет и не состарится? Он ведь самое важное сокровище семьи Ци. – Услышав это, Цзю Вэй протянул руку и через рукав взял табличку. – Вещи их семьи всегда наполнены призрачной энергией, обычные люди не могут к ним прикасаться. Хм? Эта табличка главы семьи Ци очень полезна, с ней семья Ци Инь-Ян будет выполнять твои приказы. Они действительно щедры.

– Хотя люди из семьи Ци обычно холодны, они очень ценят благодарность и верны своему слову. – В голосе Фэн Сиюнь звучало уважение, очевидно, она высоко ценила семью Ци.

– Холодная, отдаю тебе. – Цзю Вэй вернул медную табличку Фэн Сиюнь. – Не только люди в их семье холодны, но и все вещи, созданные ими, тоже. Посмотри на этот медный клык, он холоднее льда в этом двенадцатом месяце!

– Ха-ха, неужели настолько преувеличиваешь? – Фэн Сиюнь с улыбкой смотрела, как Цзю Вэй постоянно трет руки.

– Я не как ты, с внутренней энергией для защиты. – Цзю Вэй посмотрел на легкую одежду Фэн Сиюнь, затем на свою громоздкую хлопковую одежду, не мог не вздохнуть. – Если бы я знал, я бы тоже изучал боевые искусства, тогда бы не страдал от жары и холода.

Фэн Сиюнь покачала головой:

– Ты думаешь, изучать боевые искусства легко?

– Я знаю, что нелегко. – Цзю Вэй достал из корзины дымящуюся лапшу. – Поэтому я и не учился, готовить еду легче. Давай, ешь быстрее, иначе остынет.

– Сегодня только лапша? – Фэн Сиюнь взяла миску.

– Эта лапша стоила мне немало времени. – Цзю Вэй сел напротив нее, играя с вещами на столе. – Сначала попробуй.

– Хорошо. – Фэн Сиюнь попробовала и сразу похвалила: – Очень ароматная и гладкая, этот бульон похож на костный, но вкуснее, из чего ты его сделал?

– Этот бульон можно назвать костно-мозговым. Я варил свиные ребрышки три часа, чтобы получить эту миску, затем добавил немного ласточкиного гнезда, а перед подачей – немного измельченных грибов шиитаке. Жаль, что сейчас зима, если бы было лето, бульон из лотоса и ребрышек был бы еще ароматнее и слаще.

– Тогда летом сваришь мне бульон из лотоса и ребрышек.

– Ты думаешь далеко вперед. – Цзю Вэй разговаривал с ней, перебирая вещи на столе. – Это железная летающая ласточка семьи И, это деревянный цветок персика великого мастера Нань Чжао, это «дождь из цветов сливы» женщины-мастера Мэй Синьюй, это «небесный указ» ученого Юй Вэнь Яня… Ого, эти куски металла и дерева редкие и ценные вещи. Зачем ты вдруг достала их?

Фэн Сиюнь проглотила последний глоток бульона, отодвинула миску, вытерла губы платком и, глядя на эти талисманы на столе, сказала:

– Конечно, потому что они мне понадобятся.

Рука Цзю Вэя, игравшая с талисманами, замерла, он посмотрел на Фэн Сиюнь и через мгновение сказал:

– Ты хочешь, чтобы они помогли вам? С их репутацией в мире боевых искусств они действительно могут собрать для тебя немалую силу.

– Нет. – Фэн Сиюнь покачала