Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

– Прошу генерала не беспокоиться, – Цзю Вэй тоже слегка поклонился в ответ.

Их взгляды встретились, они кивнули друг другу, и Ци Шу удалился.

Глядя, как эта прямая фигура исчезает за дверью, Цзю Вэй повернулся к Фэн Сиюнь:

– В том, что ты оставляешь его, действительно есть смысл.

– Ци Шу спокойного нрава, с ним здесь я могу не беспокоиться о тылах. – Фэн Сиюнь проводила взглядом уходящую фигуру Ци Шу.

Цзю Вэй посмотрел на нее некоторое время, затем вдруг сказал:

– У меня всегда был вопрос: чего на самом деле ждет этот господин Ланьси?

– Он? – Фэн Сиюнь тихо засмеялась. – Вероятно, ждет наилучшего момента!

Глава тридцатая. Десять ли парчи, покрывающей небесный балдахин

В начале четвертого месяца двадцать седьмого года эры Цзинъянь правительница Цинчжоу Фэн Сиюнь отправилась из столицы Цинчжоу в Юнчжоу.

Шестого числа четвертого месяца правительница прибыла в пограничный город Цинчжоу – Лянчэн.

Седьмого числа четвертого месяца правительница прибыла в пограничный город Юнчжоу – Дяньчэн, куда правитель Юнчжоу отправил господина Сюнь Аня лично встретить ее.

Двенадцатого числа четвертого месяца Фэн Сиюнь и ее свита были уже в десяти ли от столицы Юнчжоу.

– Что это за аромат?

– Да, что так приятно пахнет?

– Это аромат орхидей, да?

– Юнчжоу называют страной орхидей, похоже, это действительно заслуженно.

– Конечно! Ветер полон аромата орхидей.

В длинной процессии экипажей раздавались звонкие голоса девушек – это были служанки, сопровождавшие правительницу Цинчжоу, все молодые и живые.

В нефритовой повозке правительницы Цзю Вэй открыл окно, и поток свежего аромата ворвался с утренним ветром, сразу освежив его.

– Этот аромат орхидей такой чистый и далекий, действительно редкость.

Фэн Сиюнь бросила взгляд в окно, где весенний ветер дул над бескрайними зелеными полями, которые в солнечном свете выглядели как зеленый бархатный ковер, вызывая желание протянуть руку и погладить.

– Нашу прародительницу рода Фэн, Фэн Дуин, посмертно нарекли «Су», но люди не называли ее правительницей Су, все предпочитали называть ее правительницей-Фениксом. А первого правителя Юнчжоу, Фэн Цзи, посмертно нарекли «Чжао», но народ дал ему другое имя – «Чжаомин, Король Орхидей». – Говоря это, она протянула руку, ловя падающие через окно бледно-золотые лучи утреннего солнца. – «Чжао» означает почтительный и красивый, «мин» – освещающий все стороны света. По преданию, у него была белоснежная кожа и черные волосы, он был необычайно красив, в те времена его называли первым красавцем Великого Востока, заставляя бесчисленных женщин влюбляться с первого взгляда. После того как он стал правителем, он хорошо управлял государством, его достижения были выдающимися, и народ его очень любил, поэтому он действительно заслуживал титул «Чжаомин». Что касается слова «орхидея» – это потому, что он особенно любил орхидеи, а народ Юнчжоу, подражая ему, по всей стране выращивал орхидеи. Со временем орхидеи Юнчжоу стали лучшими в Поднебесной, и страну назвали страной орхидей.

– Неудивительно, что аромат орхидей такой особенный, – вздохнул Цзю Вэй. – Орхидеи Юнчжоу лучшие в Поднебесной, а орхидеи столицы, должно быть, лучшие в Юнчжоу. В этот раз стоит хорошенько насладиться ими.

Фэн Сиюнь выпрямилась, нефритовая повозка продолжала неторопливо двигаться вперед, а изысканный аромат орхидей становился все ближе и чище, очень похожий на запах того человека. Она невольно пробормотала:

– Интересно, эти орхидеи черные или белые?

– Говорят, когда родился наследный принц Юнчжоу Ланьси, по всей стране расцвели орхидеи, и с момента его рождения орхидеи во дворце Ланьлин в Юнчжоу цветут независимо от сезона, никогда не увядая, – вдруг сказал Цзю Вэй, на его лице появилась легкая многозначительная улыбка. – В дикой местности, еще не видя орхидей, уже чувствуешь их аромат – эта страна орхидей действительно заслуживает своего имени.

– Поэтому в Юнчжоу и существует такая легенда: господин Ланьси – это перерождение Чжаомина, Короля Орхидей, дарованный Небесами хозяин Юнчжоу! – спокойно улыбнулась Фэн Сиюнь, но в ее глазах не было улыбки, только ирония. – Такие легенды… – Она, казалось, хотела сказать что-то еще, но в итоге произнесла лишь нейтральную фразу: – Действительно неплохо.

Услышав это, Цзю Вэй похлопал Фэн Сиюнь по руке, больше ничего не говоря.

В этот момент нефритовая повозка внезапно остановилась, и снаружи раздался голос евнуха:

– Докладываю владыке, прибыли посланники из Юнчжоу для встречи владыки.

– Так быстро? – Фэн Сиюнь удивилась, затем встала, сделала шаг, но остановилась, уставившись на дверь повозки, и через мгновение беззвучно вздохнула: – Действительно прибыли.

Дверь тихо открылась снаружи, и четыре дворцовые служанки, источающие тонкий аромат орхидей, вошли, поклонились и хором сказали:

– Просим владыку выйти из повозки!

Две служанки подняли жемчужные занавески, две другие помогли Фэн Сиюнь медленно выйти. Как только она переступила порог, прохладный аромат орхидей окутал ее, и, подняв глаза, Фэн Сиюнь невольно вздрогнула всем телом.

Перед повозкой была большая дорога, ведущая в столицу Юнчжоу. По обеим сторонам дороги стояли горшки с цветами, а посередине была расстелена яркая, как утренняя заря, парчовая дорожка, усыпанная белоснежными орхидеями. С первого взгляда это выглядело как снег, покрывающий красные сливы, или красные сливы, обернутые снегом, – чистое и яркое, прекрасное и изысканное. Фэн Сиюнь подняла голову и посмотрела вдаль: орхидеи и парчовая дорожка, словно длинная река, уходили за горизонт. Утреннее солнце покрывало эту цветочную реку тонким золотым светом, и в этом великолепном сиянии она почти поверила, что находится на цветочной тропе, ведущей к небесным чертогам.

– Какая необычная церемония встречи! – Голос Цзю Вэя словно донесся из-за пределов мира.

В тот момент Фэн Сиюнь не могла разобраться в своих чувствах: было ли это удивление? сомнение? радость? или печаль?

– Си-эр, возможно, вы начнете новый путь. – Цзю Вэй, глядя на эту сказочную цветочную реку, искренне вздохнул. – Это не то, что можно сделать без чистосердечного намерения.

Фэн Сиюнь обернулась и взглянула на Цзю Вэя, слегка улыбнувшись, ее улыбка была легкой, как аромат орхидей на ветру, но в глубине глаз отразилась тяжесть, добавляя ее выражению оттенок крайней беспомощности и легкой печали.

– Приветствуем правительницу Цинчжоу!

Перед повозкой на колени опустилась большая группа людей, и ясный голос внезапно прозвучал, такой громкий, что казалось, мог сдуть эту нереально красивую цветочную реку.

Фэн Сиюнь повернулась лицом к толпе перед повозкой.

– Просим правительницу Цинчжоу! – Молодой человек в серебристых одеждах стоял на коленях перед всеми.

Фэн Сиюнь шагнула вперед, опираясь на служанку рядом, спустилась с повозки шаг за шагом, ее ноги ступили на парчу цвета зари, перед ней были бесконечные белоснежные орхидеи, а