Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

– Я всегда не могу быть спокоен насчет этого господина Ланьси. – Линь Цзи, подняв голову и глядя на двоих на высоком павильоне, сказал голосом, тише которого не бывает.

Сюй Юань обернулся и взглянул на него, взглядом предупреждая его не говорить лишнего.

– Но… только его величественная элегантность достойна нашей владыки. – Взгляд Сю Цзюжуна упал на высокий павильон, где изящество этих двоих заставляло людей смотреть на них с восхищением, даже если бы они не стояли на возвышении.

Стоявший позади Цзю Вэй, услышав эти слова, не мог не взглянуть на Сю Цзюжуна. На его лице было выражение растерянности, потери и искренней радости, а его лицо… от межбровья до переносицы коричневато-красный шрам полностью разделял все лицо на две половины. Но нельзя было сказать, что это лицо было уродливым, потому что обе половины разделенного лица были очень изящными и красивыми, но нельзя было и сказать, что это лицо было красивым – это была разбитая красота, этот шрам словно был на твоем сердце, время от времени причиняя боль.

Цзю Вэй невольно протянул руку и похлопал Сю Цзюжуна по плечу, сам не зная, почему он это сделал.

Сю Цзюжун повернулся и улыбнулся ему, и эта улыбка была чистой, как у ребенка, слегка застенчивой, словно ему было неловко, что кто-то увидел какой-то его секрет.

– Эй, посмотрите на тех принцев напротив, почему мне они так не нравятся? – Грубоватый Чэн Чжи перевел взгляд на принцев напротив. По сравнению с их пятеркой та сторона выглядела очень внушительно, во всяком случае, их было не сосчитать.

– Хотя они все выглядят прилично, но по сравнению с… – Линь Цзи взглянул на принцев, затем поднял голову к павильону. – Все же тот, кого выбрала наша владыка, лучше.

– Замолчи! – Сюй Юань понизил голос, обернулся и строго посмотрел на обоих, чтобы они не говорили необдуманно и не позорили Цинчжоу.

Линь Цзи и Чэн Чжи под его взглядом действительно замолчали, только Сю Цзюжун внимательно осмотрел всех принцев напротив, затем тихо сказал:

– Они все выглядят довольно хорошо, каждый выдающийся.

– Пфф! – Цзю Вэй не мог не засмеяться.

Холодный взгляд Сюй Юаня обратился к Сю Цзюжуну, и хотя он не упрекнул его словами, Сю Цзюжун понял его намерение и сразу замолчал. Только Цзю Вэй продолжал непринужденно улыбаться, а люди из королевской семьи Фэн напротив не обращали на них внимания, сосредоточив взгляды на высоком павильоне. Господин Сюнь Ань выглядел обеспокоенным, его брови время от времени хмурились.

Наконец с высокого павильона полились звуки циня и сэ, то мелодичные и чистые, как горный ручей, играющий и текущий между зелеными горами; то плавные и нежные, как легкий ветерок, проходящий через ивовые ветви; то яркие и красивые, как разноцветные бабочки, танцующие среди цветов; то спокойные и холодно-элегантные, как огненно-красные сливы, цветущие в снегу… Вдруг звуки циня стали высокими, достигающими облаков, а звуки сэ – низкими, как шепот; внезапно звуки циня стали эфемерными, как шелковые нити на ветру, а звуки сэ – устойчивыми, как сосна, стоящая на ветреном утесе; то звуки сэ становились бурными, то звуки циня – туманными… Звуки циня и сэ то разделялись, то соединялись, когда соединялись – текли плавно, как реки, впадающие в море, когда разделялись – были живыми, как чистые потоки, текущие разными путями…

На мгновение все погрузились в эту прекрасную и гармоничную музыку, подобную небесной мелодии. Даже правитель Юнчжоу на высоком павильоне закрыл глаза, тихо слушая, а двое играющих, чьи пальцы все еще летали над инструментами, не могли не встретиться взглядами, с некоторым удивлением и некоторой естественной радостью.

Когда вспыхнул блеск клинков, половина людей все еще была погружена в музыку, а другая половина была ошеломлена холодным, острым и ослепительным блеском!

Свет клинков был подобен снегу, падающему на землю, покрывая все небо, скрывая все от взоров, под ярким солнцем верхний ярус павильона Сифэн был полностью скрыт снежным сиянием, уже нельзя было видеть правителя Юнчжоу, Фэн Ланьси и Фэн Сиюнь.

Очнувшаяся дворцовая стража поспешила к павильону, сейчас было не до соблюдения ритуала: если кто-либо из этих троих пострадает, даже девяти жизней не хватит, чтобы расплатиться! Но как только они приблизились к верхнему ярусу, снежное сияние сбросило их одного за другим, некоторые упали на землю с переломанными руками и ногами, некоторые погибли на месте, а те, кому повезло не пострадать, уже потеряли душу и мужество, не имея больше сил подняться в павильон!

– Владыка!

Четыре генерала Ветра и Облаков одновременно воскликнули, бросившись к высокому павильону, но на полпути из снежного сияния вылетело несколько холодных лучей, подобных серебряным змеям, обвивающим их шеи. Четыре генерала одновременно выхватили мечи, защищая шеи.

Раздался звонкий звук, это был крик боли от столкновения клинка с мечом. Серебряные змеи отступили, четыре сверкающих больших клинка упирались в мечи четырех генералов. Держали клинки четыре человека, с головы до ног закутанные в белые как снег одежды, только глаза, видимые снаружи, были холодными и безжалостными, как лед!

– Вы…

Только генералы начали говорить, как большие клинки уже обрушились с воздуха, это была снежная безжалостность, способная отсечь жизненную силу всех вещей в мире, такая безжалостная и жестокая!

– Сначала разберемся с ними! – крикнул Сюй Юань.

– Да! – ответили остальные трое в унисон.

В мгновение ока четыре генерала взмахнули длинными мечами, с великолепным жаром яркого солнца, словно четыре золотые радуги, устремившиеся к четырем снежным клинкам, а Цзю Вэй уже отступил в сторону, молча наблюдая за битвой перед ним.

С другой стороны Байли, господин Сюнь Ань и принцы уже были защищены прибывшей дворцовой стражей. Придворные и слуги на первом ярусе уже были в полном беспорядке, кто-то кричал от страха, кто-то шипел, призывая на помощь, все в смятении. Дворцовая стража поспешила вперед, чтобы вывести их из павильона, а многие стражники все еще пытались подняться на третий ярус, но свет клинков и энергия мечей на втором ярусе останавливали их.

А на третьем ярусе высокого павильона снежное сияние, как покрывало, плотно запечатало павильон, люди внутри не могли выйти, люди снаружи не могли войти… Вдруг крик феникса взлетел к девяти небесам, все невольно посмотрели на высокий павильон. В снежном сиянии смутно виднелась белая фигура с золотым сиянием, летающая вокруг павильона, и это густое снежное сияние никак не могло удержать и скрыть ее