Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

как голос феникса. В тот момент трое на земле увидели только ослепительный белый свет перед глазами, и в головокружении им показалось, что белый феникс взмахнул крыльями и пронесся мимо. Прежде чем они успели среагировать, крылья феникса уже скользнули по их шеям, и прежде чем они почувствовали боль, все ощущения покинули их, и когда их души уходили, они смутно подумали: так вот каково непревзойденное искусство Белой Фэнси – «Феникс, взлетающий к девяти небесам»?

Фэн Сиюнь приземлилась, белая лента уже вернулась от шей троих. Она быстро обернулась, ища взглядом Фэн Ланьси, и, увидев его, невольно вздрогнула.

Семь снежных клинков уже превратились в тысячи, окружая Фэн Ланьси со всех сторон. Свет клинков становился все ярче и плотнее, создавая резкие порывы ветра, постепенно формируя острый вихрь. Там, где проходил вихрь, твердый мраморный пол покрывался слоями каменной пыли. А что с Фэн Ланьси, находящимся в центре вихря?

Она невольно подошла ближе. Хотя она знала, что его боевые навыки не уступают ее собственным, она все равно не могла не беспокоиться. Когда она уже собиралась вмешаться, вдруг услышала, как Фэн Ланьси издал тихий холодный звук, и тонкий аромат орхидей медленно разлился вокруг. Пока все еще не понимали, что происходит, в снежном вихре вдруг появились маленькие черные орхидеи, одна, две, три… все больше и больше, все шире и шире. В мгновение ока снежный вихрь был полностью покрыт черными орхидеями.

– Рассейся!

Голос Фэн Ланьси был все так же элегантен, как музыка, и все черные орхидеи внезапно собрались в один огромный цветок. Когда лепестки черной орхидеи постепенно раскрылись, тонкий аромат мгновенно окутал весь павильон Сифэн и одновременно непрерывно звучал звон металла.

Когда весь свет клинков рассеялся и черные орхидеи исчезли, люди наконец смогли ясно увидеть: на высоком павильоне Фэн Ланьси спокойно стоял, на земле лежали семь безжизненных людей в белых одеждах, снежные клинки разбились на бесчисленные осколки, разбросанные по земле. За этими людьми и осколками клинков стояла правительница Цинчжоу Фэн Сиюнь, а за ней – раненый правитель Юнчжоу.

– Отец-правитель, вы в порядке? – Фэн Ланьси обошел Фэн Сиюнь и направился к правителю Юнчжоу, помогая ему медленно подняться.

– Господин, осторожно! – только что вздохнувшие с облегчением люди снова закричали от испуга.

Снежный свет внезапно вспыхнул, безжалостно устремившись к правителю Юнчжоу и Фэн Ланьси, – это были четыре человека в белых одеждах, сражавшиеся с четырьмя генералами Ветра и Облаков. Их братья в высоком павильоне были ранены или убиты Белым Ветром, Черным Дыханием в мгновение ока, и когда они пришли в себя, уже ничего нельзя было изменить. Вся их ненависть и ярость вырвались наружу, они были готовы умереть, лишь бы забрать жизни этих двоих!

– Отец-правитель!

В тот момент все подданные своими глазами увидели, как их любимый наследный принц встал перед правителем, отбивая клинки нападавших взмахами рукавов. Но один клинок все же устремился к наследному принцу, а правительница Цинчжоу словно оцепенела, стоя неподвижно и глядя, как снежный клинок вонзается в тело наследного принца!

– Господин! – Все люди не могли смотреть и закрыли глаза.

Этот крик, казалось, пробудил Фэн Сиюнь, и в момент, когда взметнулась белая лента, убийственная аура, словно поднявшаяся из преисподней, пронеслась по воздуху. Павильон Сифэн охватила дрожь, и все невольно содрогнулись в глубине души. Это чувство было подобно наступлению конца света, словно когда они откроют глаза, все сущее перестанет существовать!

Все снова стало спокойным. В павильоне Сифэн больше не было ни света клинков, ни убийственной ауры, ни криков боли, ни возгласов испуга, только теплый, ослепительный солнечный свет и легкий ветерок с запахом крови.

Фэн Сиюнь опустила голову, глядя на землю. Белый, как нефрит, пол и красная, как шелк, кровь сплетались в яркую картину. Белые одежды, безжизненные люди, холодные осколки клинков, словно украшения на этой картине, подчеркивали ее жестокость и холодность.

Все напряжение и волнение внезапно отступили. Она подняла голову, посмотрела на раненого, но по-прежнему спокойного Фэн Ланьси, затем на правителя Юнчжоу, держащегося за грудь, с бледным лицом, все еще находящегося в шоке, и наконец на спешащую дворцовую стражу. Внезапно она все поняла. Все стало ясно, и в тот момент она почувствовала такую усталость.

Глава тридцать первая. С печалью и радостью спрашивая об аромате орхидей

Перед павильоном Ланьжо Цзю Вэй задумчиво смотрел на горшок с орхидеями у подножия лестницы, в его сознании постоянно всплывало выражение лица Фэн Сиюнь в павильоне Сифэн несколько дней назад.

Он помнил, как правителя Юнчжоу и наследного принца Фэн Ланьси сопровождали обратно во дворец, и все последовали за ними, только Фэн Сиюнь осталась стоять перед павильоном Сифэн, долго глядя на белоснежный, как нефрит, павильон, а затем обернулась к нему и тихо улыбнулась:

– Цзю Вэй, новый путь никогда не бывает гладким. И ты не можешь идти так, как хочешь.

Ее улыбка была легкой, как облако и дым, но в глубине глаз была такая печаль и разочарование.

– Эх!

Цзю Вэй только хотел вздохнуть про себя, но неожиданно вздох вырвался наружу. Он опустил голову, глядя на тщательно приготовленный ароматный чай в руках, сомневаясь, стоит ли его относить.

– Господин? – осторожно позвал его очень нежный голос.

Цзю Вэй обернулся и увидел красавицу, более прекрасную, чем орхидеи у подножия лестницы.

– А, это госпожа Фэн. – Он был немного удивлен, но быстро понимающе улыбнулся. – Пришли навестить правительницу Цинчжоу?

Фэн Циу кивнула, на ее холодном и прекрасном лице также было удивление.

– Почему господин здесь?

– Правительница Цинчжоу пригласила меня быть ее поваром, поэтому я, естественно, сопровождаю ее, – спокойно улыбнулся Цзю Вэй, его глаза блеснули. – Раз уж госпожа Фэн идет к правительнице Цинчжоу, не могли бы вы заодно отнести этот ароматный чай? – Не дожидаясь ее согласия, он вложил поднос с чаем ей в руки. – Госпожа, идите первой, а я приготовлю еще несколько вкусных закусок. – С этими словами он быстро удалился.

Проводив Цзю Вэя взглядом, Фэн Циу посмотрела на поднос с чаем в руках, тайно удивляясь тому, что хозяин павильона Лужи, свободный как облака и журавли, стал поваром правительницы Цинчжоу. Размышляя об этом, она поднялась по ступеням к павильону Ланьжо и попросила евнуха доложить о ней. Через мгновение евнух вернулся, сообщив, что правительница Цинчжоу приглашает ее.

Она последовала за дворцовым служителем через ворота. Павильон Ланьжо, как и дворец Ланьлин, был полон орхидей, изысканный аромат окутывал ее. Пройдя немного, она издалека увидела фигуру, стоящую на нефритовом мосту. Ветер дул, белые