Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

Через некоторое время процессия правителя Юнчжоу приблизилась и остановилась в чжане от Фэн Сиюнь. Он не сразу приветствовал ее, а сначала рассматривал, словно оценивая свою будущую невестку, правительницу Цинчжоу.

Фэн Сиюнь спокойно стояла, с невозмутимым выражением позволяя правителю Юнчжоу смотреть, одновременно рассматривая своего будущего свекра.

Он был очень высоким, худым и старым. Сложные и роскошные королевские одежды на нем делали его еще более костлявым. Худое лицо, слои морщин, подобные увядшим хризантемам, только глаза, хотя и запавшие, были яркими.

Только взглянув на лицо правителя Юнчжоу, Фэн Сиюнь могла с уверенностью сказать, что он и Фэн Ланьси были кровными отцом и сыном. По его правильным чертам лица можно было смутно различить его былую красоту, черные зрачки, элегантные манеры делали его похожим на человека рядом с ней, даже тот проблеск расчетливости, иногда мелькающий в глубине глаз, был точно таким же.

В шаге позади правителя Юнчжоу стояла красивая женщина средних лет. Хотя она уже не была молодой, но все еще сохраняла семь частей благородства и три части красоты, подняв подбородок с высокомерным выражением – должно быть, это была его вторая жена из рода Байли.

За правителем Юнчжоу стояли различные принцы, принцессы и наложницы королевского дома, с разными одеждами и выражениями на лицах, только эти взгляды… В этот момент Фэн Сиюнь вдруг по-настоящему поняла смысл слов Фэн Ланьси, сказанных в тот день: «Одинокий род Фэн из Цинчжоу, возможно, самая счастливая королевская семья».

Правитель Юнчжоу тихо рассматривал свою будущую невестку, известную по всей Поднебесной. О ней он слышал много оценок, и теперь, увидев ее лично, он вдруг понял, почему его сын, никогда никого не просивший, ради нее вошел в павильон Цзитянь, куда он меньше всего хотел входить.

– Я стар и немощен, не смог лично встретить дорогого гостя, надеюсь на понимание правительницы Цинчжоу! – наконец заговорил правитель Юнчжоу. Его голос был старческим, но очень ясным, он медленно произносил каждое слово и в конце слегка поклонился с изяществом, словно вдруг помолодев на тридцать лет.

Увидев это, Фэн Сиюнь не могла не улыбнуться про себя. Каков отец, таков и сын. Фэн Ланьси был человеком, очень заботящимся о манерах, и, как оказалось, его пожилой отец был таким же – даже в старости он не хотел терять свое изящество перед людьми, особенно перед женщинами. Думая об этом, она уже ответила на поклон:

– Я младшее поколение, как я могла утруждать правителя Юнчжоу встречей?

На лице правителя Юнчжоу появилось выражение, которое можно было назвать улыбкой, хотя оно быстро скрылось среди слоев морщин.

– Стать одной семьей с правительницей Цинчжоу – это действительно счастье для рода Фэн из Юнчжоу!

– Иметь род Фэн из Юнчжоу в качестве родственников – для меня также большая честь, – вежливо ответила Фэн Сиюнь.

– Правительница Цинчжоу обладает божественной красотой феникса, а также талантами в гражданских и военных делах, заставляя всех мужчин Поднебесной восхищаться. – Взгляд правителя Юнчжоу слегка задержался на лице Фэн Сиюнь, затем скользнул по стоящему рядом с ней Фэн Ланьси и наконец упал на принцев позади него. – После сегодняшнего дня многие мужчины в Поднебесной будут очень разочарованы.

Фэн Сиюнь слегка улыбнулась, нежно и, казалось, с бесконечной любовью взглянула на Фэн Ланьси и сказала:

– Я не обладаю большими талантами и знаниями, быть с господином Ланьси всю жизнь – чего еще можно желать?

– О? – Правитель Юнчжоу долго смотрел на Фэн Сиюнь, через некоторое время на его лице появилась улыбка, похожая на одобрение или насмешку, но мгновенно превратившаяся в теплоту и доброту. – Я лишь желаю, чтобы правительница Цинчжоу и мой сын любили друг друга как муж и жена, не расставаясь до седых волос.

– Благодарю правителя Юнчжоу за добрые слова. – Фэн Сиюнь оставалась вежливой и элегантной.

– Владыка, благоприятное время настало. – Старый министр подошел к правителю Юнчжоу. Судя по его одежде, это был главный музыкант Юнчжоу.

– Тогда… – Правитель Юнчжоу окинул взглядом стоящую перед ним пару. – Пусть начнется церемония.

– Да! – Главный музыкант отступил, подошел к павильону Сифэн и громко объявил: – Церемония встречи начинается! Играйте музыку!

Когда голос главного музыканта стих, в тот же момент зазвучала музыка, очень мягкая, очень праздничная, очень радостная – это была древняя мелодия «Дракон и феникс приносят счастье».

Под музыку правитель Юнчжоу пошел впереди к высокому павильону Сифэн, за ним шли рука об руку Фэн Ланьси и Фэн Сиюнь, а за ними – два ряда людей: слева правительница Байли, господин Сюнь Ань, принцы, принцессы и придворные, справа – главный музыкант Цинчжоу, главный ритуальный служитель, четыре генерала Ветра и Облаков и сопровождающие евнухи и служанки.

Согласно ритуалу, на первом ярусе павильона Сифэн размещались придворные, на втором – члены королевской семьи, а на третий могли подняться только новобрачные и их родители.

Поэтому, поднявшись на первый ярус, все придворные, евнухи и служанки остановились. Но поскольку в королевской семье Цинчжоу осталась только Фэн Сиюнь, то, согласно договоренности во время сватовства, четыре генерала Ветра и Облаков и Цзю Вэй как родственники правительницы Цинчжоу поднялись на второй ярус. Когда правитель Юнчжоу поднялся на третий ярус, Байли только начала двигаться, как Фэн Ланьси бросил на нее легкий взгляд. Байли покраснела, ее взгляд стал холодным и ядовитым, направленным на Фэн Ланьси, а за ней еще четыре-пять взглядов, полных ненависти, устремились на него.

Фэн Ланьси не обратил на это внимания, повернулся к Фэн Сиюнь и протянул руку, чтобы помочь ей подняться на третий ярус.

Эта тонкая сцена не ускользнула от внимания Фэн Сиюнь, которая спокойно поднялась с Фэн Ланьси на высокий павильон, краем глаза взглянув на членов королевской семьи Фэн с некоторым весельем и некоторой жалостью в сердце – род Фэн из Юнчжоу действительно был намного сложнее, чем род Фэн из Цинчжоу.

На самом деле, согласно ритуалу, на такой церемонии правительница Байли как старшая по отношению к наследному принцу могла подниматься и спускаться вместе с правителем. Только… сейчас на верхнем ярусе павильона Сифэн были только правитель Юнчжоу, Фэн Ланьси и Фэн Сиюнь, а внизу дворцовая стража строго охраняла, и тысячи подданных с нетерпением ждали.

На третьем ярусе павильона правитель Юнчжоу восседал в центральном кресле, украшенном драконами и фениксами, Фэн Ланьси и Фэн Сиюнь стояли, соответственно, у левого и правого столов. На правом столе из зеленого нефрита лежал цинь, на левом столе из зеленого нефрита – сэ. Они молча смотрели на инструменты, одновременно подняли головы и посмотрели друг