Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

— Кудай, — тихо сказал Трувор. — Шаман.

Кудай поднял свой посох и заговорил — громким, гортанным голосом, который, казалось, разносился далеко за пределы того, что должен был позволять человеческий голос.

— Он требует, чтобы все северные люди покинули эти земли до заката солнца, — перевёл один из местных воинов, знавший язык чуди. — Иначе их всех убьют, а их головы принесут в жертву духам предков.

— Что насчёт нас, словен? — спросил Вадим.

Переводчик прислушался к продолжающейся речи шамана:

— Нам он предлагает уйти с миром, если мы выдадим варягов. Говорит, что наш народ обманут чужаками, и мы можем искупить свою вину, помогая изгнать их.

Вадим усмехнулся. Старый приём — разделить противников, посеять недоверие между союзниками. Но на этот раз он не сработает.

— Передай ему наш ответ, — сказал воевода переводчику. — Скажи, что словене и варяги теперь один народ под властью князя Рюрика, и мы не предаём своих. Скажи, что если он и его люди уйдут сейчас, мы позволим им уйти с миром. Если же нет — мы будем защищаться, и много крови прольётся на этой земле.

Переводчик громко прокричал ответ. Шаман выслушал, затем издал пронзительный крик и потряс посохом. Его воины ответили дружным воплем и ударами оружия о щиты.

— Он говорит, что духи жаждут крови чужаков, и он не уйдёт, пока не напоит их, — перевёл переводчик. — Они нападут на закате.

— Пусть нападают, — спокойно сказал Вадим. — Мы будем готовы.

Он повернулся к Трувору:

— Твои люди лучше стреляют из луков, мои лучше действуют в ближнем бою. Предлагаю твоим лучникам встать на стены, а моим воинам быть готовыми к прорыву, если они попытаются перелезть через частокол или выломать ворота.

Трувор кивнул:

— Разумно. Я поставлю самых метких на башни, остальных распределю по стенам. Твои люди будут держать резерв у ворот и самых уязвимых участков стены.

Они быстро распределили обязанности и силы. Защитники заняли позиции, проверили оружие, некоторые молились своим богам или проводили личные ритуалы, готовясь к бою.

Солнце коснулось горизонта, окрасив озеро и небо в кроваво-красный цвет. Вадим стоял на центральной башне рядом с Трувором, наблюдая за вражеским войском. Они молчали, каждый погружённый в свои мысли.

Странно, думал Вадим, как изменилась его жизнь за последние месяцы. Ещё недавно он был ярым противником варяжского правления, готовым поднять оружие против Рюрика и его людей. Теперь же он стоял плечом к плечу с братом князя, готовясь вместе защищать земли, которые они начинали считать общими.

Возможно, рассуждал он, дело было не столько в том, кто правит, сколько в том, как он правит. И если Рюрик действительно принёс стабильность и порядок, о которых так долго мечтали эти земли… может быть, это действительно был лучший выбор для всех.

Его размышления прервал звук рога. Войско чуди пришло в движение. Начиналась осада Белоозера, и от её исхода зависело не только будущее этого маленького форпоста, но и самой идеи единого государства под властью Рюрика.

* * *

### ВИКТОР

Ладога встретила их пасмурным небом и моросящим дождём. Рюрик стоял на носу своего корабля, всматриваясь в очертания укреплений, возведённых всего несколько месяцев назад под руководством Синеуса. Виктор молча стоял рядом, изучая горизонт и небо с той особой внимательностью, которая всегда поражала его учеников.

— Они уже близко, — тихо сказал он, обращаясь к Рюрику. — Флот свеев. Я чувствую их на ветру.

Рюрик давно научился не удивляться таким заявлениям от своего наставника. С тех пор как он узнал о истинной природе Виктора, многие странности в его поведении обрели смысл.

— Сколько у нас времени? — спросил он так же тихо.

— День, может быть, два, — ответил Виктор. — Ветер сейчас против них, это замедляет их продвижение. Но они придут, в этом нет сомнений.

Их корабль причалил к пристани Ладоги, где их уже ждал Синеус с группой воинов и горожан. На лице среднего брата читалось облегчение при виде подкрепления.

— Рюрик! — воскликнул он, помогая брату сойти на берег. — Никогда не был так рад тебя видеть.

Они обнялись, затем Синеус приветствовал Виктора и остальных прибывших.

— Каково положение? — сразу перешёл к делу Рюрик.

— Не самое лучшее, — честно ответил Синеус. — У нас около сотни воинов, включая местных добровольцев. Укрепления готовы, но северная стена всё ещё слабее других. По разведданным, у свеев не меньше двадцати драккаров, что означает почти тысячу бойцов.

Рюрик нахмурился. Даже с его подкреплением в две сотни отборных дружинников они всё равно оставались в численном меньшинстве.

— Что насчёт союзников? — спросил он. — Местные племена? Торговцы?

— Большинство рыбаков и охотников ушли вглубь леса, как только узнали о приближении свеев, — покачал головой Синеус. — Торговцы в основном эвакуировались вверх по Волхову, в сторону Новгорода. Остались только те, кто решил сражаться вместе с нами.

Виктор задумчиво смотрел на укрепления города:

— Численное превосходство — не всегда решающий фактор. У нас есть стены, знание местности и время для подготовки. Этого может быть достаточно, если мы используем их правильно.

Рюрик кивнул:

— Будем готовиться к осаде. Проверим все укрепления, распределим силы, подготовим запасы. Синеус, ты знаешь город лучше всех — проведи нас, покажи сильные и слабые места.

Следующие часы они провели, обходя укрепления Ладоги. Город был построен на высоком берегу Волхова, недалеко от его впадения в Ладожское озеро. Главная крепость на холме господствовала над окрестностями, а нижний город был защищён крепким частоколом и рвом с водой. С трёх сторон подходы защищали крутые склоны и река, так что подойти большими силами можно было только с северной стороны, где местность была более ровной.

— Здесь наше самое уязвимое место, — сказал Синеус, указывая на северную стену. — Мы укрепили её двойным частоколом и более глубоким рвом, но если они сконцентрируют атаку здесь…

— Значит, именно здесь мы сконцентрируем защиту, — закончил за него Рюрик. — Поставим лучших лучников на стены, выделим мобильный резерв для быстрого реагирования.

Они продолжили обход, отмечая места для размещения воинов, обсуждая тактику обороны. Виктор в основном молчал, время от времени вставляя замечания о деталях, которые другие могли упустить — о направлении ветра, которое могло бы помочь или помешать лучникам,