Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

старую реликвию». Сломанные мечи? О них можно было придумать отличную историю. Старая плитка? Ну, коли уж она была не целиком расколота, её всегда можно было почистить, подкрасить, немного отполировать – и вот она уже блестела как новенькая, а кто же откажется заиметь обеденный стол, выложенный плиткой из бассейна самого Бранимира Хельми? Однажды целая группа бескастовых притащила мне наковальню, отмеченную символом Дома Ортан, а я сделал на ней целое состояние! Думаю, леди Ленка Мейно и поныне использует эту наковальню в качестве туалетного столика.

– Туалетного столика? – я приподнял бровь. Серьёзно?

– Знать, – развёл руками продолжатель, точнее, последователь дела Великого Комбинатора. Тут конечно не впаривание чайного ситечка «Эллочке-людоедочке», но где-то близко (Подробнее про Великого Комбинатора можно почитать в комедии «Двенадцать Стульев», весьма интересная и довольно «острая на слово» книга, актуальная и сегодня.* Примечания автора для тех, кто уже стал жертвой новой реформы образования и не знаком со многими действительно хорошими вещами).

– Ясно. Расскажи мне подробнее об этих «бескастовых», – велел я собеседнику.

– Да чего рассказывать? – пожал плечами гном. – В Орзамаре твоя судьба определяется с момента твоего рождения, каста даёт тебе всё – обучение, поддержку, защиту, связи. Если тебе не повезло родиться без касты или вылететь из неё, то ты – «пылеглот». Твоя жизнь ничего не стоит и ни один уважаемый гном никогда не подаст тебе руки. Касту сменить невозможно, она даётся тебе при рождении и остаётся с тобой после смерти. Разве что стать Совершенным, тогда да – сам ты сразу возвысишься до уровня, которому и Король слова поперёк сказать не посмеет, сможешь основать свой Благородный Дом и тем самым стать Знатью. Только таких за всю историю было с десяток, одна из которых живёт и поныне – Бранка из Кузнецов, – всё это я знал уже и так, правда, до этого считал, что «бескастовые» и «неприкасаемые» несколько разные явления, но нет, первое – определение гномское, а второе, видимо, я сам «повесил» просто на ассоциациях. Ну да ладно. А гном продолжал, – поскольку шансов стать Совершенным примерно столько же, сколько найти алмаз в дерьме бронто, а у бедных и безграмотных ещё меньше, то им ничего не остаётся, кроме как самая чёрная, неблагодарная и опасная работа. Вот таких я и нанимал для того, чтобы они искали мне ценности из покинутых тейгов. Платил, по их меркам, очень щедро – каждый член подобной экспедиции мог заработать по пять-десять золотых. Помнится, та наковальня обошлась мне в полсотни.

– А за сколько ты её продал, почтенный?

– Э-э-э, кажется, за девять сотен, – н-да. Как там говорилось, «нет того преступления, на которое не пойдёт капиталист за триста процентов прибыли», а тут этих процентов почти полторы тысячи. И всё честно, чинно и все счастливы.

– М-да, но вернёмся к бескастовым. Как именно ты их нанимал? Не спускался же в «Пыльный город» с криками «ищу добровольцев на самоубийственный поход»?

– Нет, разумеется нет! Я посылал мальчишку из Слуг. За десяток серебряков, через местных побирушек, вполне можно распространить любую новость, ну или собрать сведения. Но сами по себе объявления были, да.

– И никто не попытался тебя прижать? – бизнес выглядел очень доходным, вроде как легальным, но всё-таки контачил с «неприглядной стороной» общества, а потому я просто не могу поверить, что эта самая сторона не попыталась как-то поиметь свой процент.

– Я честно платил все положенные налоги! – даже немного возмутился коротышка, – а потому у стражи ко мне никаких претензий не было и свою работу по моей защите в городе они выполняли исправно. Сам я в экспедиции отправлялся редко и всегда в окружении небольшой армии наёмников… Эх, славные были времена… если вы говорите о Хартии, Ваше Величество, то они, скорее всего, брали свой «налог» как раз с пыльников, но этим я никогда не интересовался – меня не трогали и ладно, – н-да, толку от его рассказа, откровенно говоря, немного.

– И как же от владельца «небольшой армии» ты дошёл до странствующего торговца с одной телегой и… не совсем здоровым сыном?

– Да как-то всё глупо вышло. В очередной раз пылеглоты принесли мне трофей с глубинных троп – пару искусно сделанных наручей. По уже сложившейся схеме я их почистил, поправил, да выставил на продажу. И всё бы хорошо, но одна знатная дамочка заявила, что эти наручи были специально выкованы для её погибшего брата. Ну и обвинила меня в воровстве. Слово Торговца, что только начал взбираться вверх по иерархии Касты и до титула «уважаемый» которому было ещё работать и работать, против леди из Благородного Дома. Мой магазинчик закрыли, а меня самого арестовали. Не знаю, что на неё нашло, может берсерк какой покусал, может я где до этого дорогу перешёл или просто настроение у неё дурное было, но факт оставался фактом – эта стерва, прости Камень, не успокоилась, пока бы полностью не отсудила всё моё имущество, а меня бы или лишили касты, или казнили, или отправили к Легиону. То есть, я бы оказался гарантированно мёртв во всех трёх случаях, а на мне уже тогда был юный Сэндал. Потому я подкупил стражу, чтобы они «забыли» запереть двери наших камер, и бежал на поверхность. Здесь дела пошли не лучшим образом. Мои связи с Орзамаром вообще и Торговой Кастой в частности оказались полностью разрушены, а потому предложить что-то уникальное наземникам или продать продовольствие сородичам я никак не мог, а обычные товары… все предпочитают вести дела или со своими сородичами, или со старыми и проверенными партнёрами, с которыми сотрудничают уже несколько поколений, так что конкурировать было сложно… вот и получилось так, как получилось.

– Понятно, – н-да, не такого я ждал, хотя, если подумать, то это было логично – подземные коротышки наверх не от хорошей жизни подаются, – то есть, выходов на… обходные каналы поставки у тебя нет?

– Простите, Ваше Величество, – гном склонил голову, – возможно, у меня осталась парочка друзей среди Торговцев, Ремесленников и Кузнецов, да пара обязанных Слуг, но ничего более.

– Жаль, но тогда я хочу услышать подробности взаимоотношений между кастами и внутри оных. Ты, кажется, упоминал какую-то иерархию?

– Это с удовольствием! – приободрился Бодан. – Отношения там у нас запутанные и уходят в такие дебри веков, что аж страшно становится…

Дёрнув колокольчик, я распорядился слугам