Газлайтер - Григорий Володин

Её имя произносили с уважением даже те, кто ещё недавно отпускал в её сторону снисходительные усмешки. Авторитет Данилы вырос до небес — и её влияние цвело рядом.

Айра шла по коридору с прямой спиной. Придворные расступались.

На повороте взгляду открылась сцена. В нише между колонн, под фресочным потолком, её мать, королева Шакхарии, беседовала с здоровяком Буром. Эти двое держались очень близко и доверительно.

Айра едва заметно улыбнулась. Конечно, и тут не обошлось без Данилы. Она прекрасно помнила, как он рассказывал, как ловко отшутился перед королевой, отвергнув её предложение стать фаворитом и выставив всё так, будто Бур уже занял это место.

И теперь королева и Бур, похоже, действительно сближаются.

У Данилы вообще есть особенность — его мысли имеют привычку материализовываться.

Айра отвернулась и пошла дальше. Как бы то ни было, теперь она — законная наследница, избранница героя Гона и не собиралась уступать трон никому.

Бур мог надеяться разве что на руку её матери — но не на власть.

В своих покоях Айра сбрасывает на кресло кожаную куртку, в которой скакала на шестилапке сквозь чащу на охоте. Самое время расслабиться. Она направляется к связи-артефакту, чтобы вызвать служанок и приказать наполнить ванну с лавандой и горячими камнями.

Но едва она тянется рукой, как сверху раздаётся звонкое:

— Тяв!

Прямо с потолка ей на ладонь падает тонкое серебристое кольцо, перевязанное ниткой с аккуратной запиской.

Почерк узнаётся мгновенно — резкий, угловатый, безошибочно дроттнинг Светланы.

«Надень меня ;)»

Айра улыбается. Это уже не в первый раз — она ведь носила кольцо Светланы. И знает, каково это — быть подключённой к мысле-сети Вещих-Филиновых. Она не колеблется ни секунды — кольцо скользит на палец.

— Айра, ну наконец-то! — раздаётся в голове звонкий голос Светки. — Ломтик что-то долго до тебя добирался — целых десять минут! Поздравляю, избранница рода! Теперь ты официально носишь наш символ. И всегда с нами на связи, даже если в Шакхарии шторма и мрак.

Айра прикрывает глаза. Внутри — тёплая волна.

— Спасибо, дроттнинг Светлана, — говорит она, искренне, почти шёпотом. — Для меня это большая честь. Я не подведу вас.

— Да ладно! — смеётся Светка. — Ты ещё главного не знаешь. Готовься — счас офигеешь! Я, между прочим, беременна! Прикинь⁈

— Правда? — Айра распахивает глаза.

— Ага. Теперь, конечно, морду всяким гулем не набьёшь… хотя иногда так хочется! Ну да ладно. Это считай, как отпуск по вынашиванию героя Царста. — в голосе Светланы ни капли сожаления, только хохот и лёгкая бравада.

— Поздравляю. Это замечательно!

— Ты знаешь, когда я тебя впервые увидела, подумала — «какая же стерва, взяла бы и придушила!» — Светка неожиданно переводит тему.

— А я и была стервой, — спокойно соглашается Айра. — Чего скрывать-то?

— Ну, как и я когда-то. Правда, я тогда ещё мелкая была, но хоть вовремя исправилась, — хмыкает Светка. — А потом ты тоже встретила Даню.

Айра кивает, хотя знает, что та не видит.

— Да. Конунг Данила — тот, кто умеет ставить тебя перед собой. Просто ты сама вдруг хочешь стать лучше.

— Вот и я о том же, — говорит Светка уже мягко. — Ты, видимо, бесила меня потому, что я видела в тебе саму себя. А потом с тобой произошло то же самое, что и со мной. Даня нас обеих — как это сказать, перелепил что ли… И вышло-то ничего, да?

Айра усмехается уголком губ.

— И правда.

Светка замолкает на секунду, а потом:

— Ладно, хватит о прошлом, рассказывай. Что вы там делаете в своей Шакхарии? Чем развлекаетесь, как живёте? Кого мучаете?

Айра смеётся — открыто, чисто, давно не так.

— Сейчас расскажу. Только… сначала ванну наберу. С меня сажа не счищается уже второй день, задрала!

— Во-о-от, уже звучишь, как настоящая Филинова, — довольно фыркает Светка.

* * *

Сегодня мы с Камилой планируем отправиться в Междуречье— навестить Золотого Дракона и проверить, насколько он готов к Одарению. Но пока до выхода есть немного времени, я решил выкрасть пару часов для самого себя. Пора, наконец, перезагрузить голову. Последние дни в ней стоит такой перегруз, будто весь Астрал уплотнился прямо под черепной коробкой. Надо сбросить напряжение. Сбросить — и отстроиться.

Остальные жёны тем временем собираются в Москву — на банкет у Паскевичей. Наряды, украшения, предсветская суета — в общем, мне туда точно не охота влезать.

Я устраиваюсь в своём медитативном зале, предварительно заперевшись. Сажусь в привычную позу. Погружаюсь в ментальный Бастион.

Первым делом проверяю, чем заняты мои легионеры. О, работают! Упражняются с огоньком. Савельич, старик-душа, навёл в замке порядок. Служанок-НПС больше не позажимать в углах — значит, остаётся только одно: тренироваться. И парни тренируются.

А вот себе, любимому, всё никак не удаётся выкроить пару часов. Иногда так и тянет — просто взять и закрыться. Уйти в себя. Отключиться от внешнего мира, заглушить мысле-речь. Но, увы, графу такое непозволительно. Внешний мир не ждет. Если надолго вырубишься — потом разгребай последствия. Слишком много завязано на моей голове.

Так что сейчас, пока выдалась минутка, надо использовать её по полной.

Я нащупываю в памяти Странника нужные сегменты. Осторожно вытаскиваю пласты информации — те, что касаются астральной материализации. Именно они интересуют меня в данный момент.

Вообще, астральная материализация делится на два типа.

Первый тип — это разрыв пространства. Взрыв, по сути. Грубая, но чертовски эффективная вещь. Боевое применение Астрала. Психическая энергия, выброшенная в мир с силой тарана. Я сам не раз использовал её — и битве с Ратвером, например. Вспышка, щелчок, и всё.

Многие Грандмастера-телепаты владеют этой техникой без особых проблем. Хотя вот Жанна Горнорудова, вроде бы, не умеет… Хотя с неё станется — хитрющая дама. Может, притворяется.

Но вот вторая категория — куда интереснее. Материализация объектов. Не рвань и грохот, а Творение. Та самая техника, которой пользовался Демон Мираж, когда на Буяне поставил Костяную Башню. С точки зрения практического боя — техника сомнительная.

Не очень-то удобно в разгаре сражения лепить из Астрала оружие, скажем. Или защитную стену. Не до того.

Но в стратегическом, философском, даже метафизическом смысле — это великая круть. Это правка канвы реальности. Просто вдумайтесь: что если бы мой Бастион — тот, что сейчас в ментальном пространстве, со всеми легионерами, архивами, залами