Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

Услышал до боли знакомую мелодию. За поворотом у стены расположился гитарист в тёмном костюме. Очень похоже на «Кукушку» Виктора Цоя.

'Аномалий тёмных непроявленных, сколько?

'Скажи, мне ментал,

«Пропо-о-ой!» — надрывался парень, и я почувствовал ком, подкативший к горлу.

Я уже не там, я здесь. Душевная рана, которую я запрятал поглубже и про которую решил забыть, вновь напомнила о себе.

Да к чёрту! К чёрту эти воспоминания. Никакого от них толку, только душу себе терзаю. А смысл? Какой в этом смысл? Проще пока вообще не вспоминать об этом. Что случилось, то случилось, ничего тут не поделаешь. Надо жить здесь и сейчас.

После этих мыслей стало полегче.

— Держи, друг, — прошептал я, найдя в кармане десять рублей, и положил деньги в шляпу музыканта. Тот продолжал играть, но встретился со мной взглядом и улыбнулся, кивнув.

Уходил я из перехода уже улыбаясь.

«А я вообще не скучаю по Ровену, если честно», — отозвался в моей голове Карыч.

«Там никого из родных у тебя не осталось?» — спросил я, и пернатый захихикал.

«Да ну, полно! Десять братьев и двенадцать сестёр!» — воскликнул Карыч. — «И я рад, что избавился от них. Хоть отдохну от этого щебетания! Они ведь на шее у меня сидели. Воксарион дай энергии. Ты работаешь на Гроха, попроси у него. А с чего⁈ С чего я должен что-то выпрашивать, скажи мне⁈.. Ладно, ну их в слизевое болото…»

«Пройдёт время, ещё соскучишься», — заметил я.

«Да хрен там!» — воскликнул Карыч и вновь затих.

Мы как раз вышли из подземки и проходили мимо поста. У одного из полицейских в руках был какой-то раструб. Страж порядка направил устройство в толпу и внимательно следил за показаниями.

Я беспрепятственно прошёл мимо, добрался до знакомой улочки. Метров сто — и я заскочил во двор, заметив на детской площадке компанию. Знакомые все лица. Рыжий Толян, неугомонный ревнивец, да троица его дружков.

— Смотри чо делается-то, — услышал я со стороны лавочек, на которой заметил двух бабушек. И в голове созрел очень интересный план.

— А вот и наш любовничек, — оскалился Толик, направляясь в мою сторону.

— Тебе в прошлый раз мало было? Ещё захотел? — усмехнулся я, и Толик подошёл вплотную, пытаясь придавить взглядом.

Ну а я не отвернулся, лишь сконцентрировался, почти не слушая Карыча, который распинался в голове и перечислял все способы наказания, которые пришли ему в голову, зачастую не самые гуманные.

— Ага, можешь не отмазываться. Я видел недавно у клиники, — оскалился Толик, обдавая меня чесночным запахом. — Под ручку с моей Настюхой прошёлся. Ты думаешь, я совсем дебил?

— Так и думаю, ты угадал, — кивнул я.

— Да ты чо, урод, попутал, что ли? — набычился Толик и прислонил свой лоб к моему.

Хорошо, не надо делать лишних движений. Вот через лоб я и передал ему изрядную дозу веселящего анестетика. Но необычную. Решил подкрутить степень весёлости на полную.

Импульс вошёл в Толика, и он содрогнулся, отошёл на пару шагов, почесал лоб и громко засмеялся.

— Да блин, — хохотнул он, растерянно оглядываясь и продолжая давить идиотскую улыбку.

— Толян, всё нормально? — попятился один из его дружков.

— Эй, мы щас полицию вызовем! — донеслось с лавочки, и Толик рассмеялся, подбегая к угрожающей ему бабуле.

— Ты чего кричишь, красотуля? — погладил он её по плечу. — Полиция, шмалиция. Не надо никого звать…

Оп-па, по-моему, мой анестетик подействовал немного по-другому. Я действительно отправил веселящий заряд. И в качестве объекта для внимания Толика выбрал именно бабушек. Не думал, что именно так он отреагирует. Как и не предполагал, что всё получится прям вот настолько чётко.

— Толян, ты сдурел⁈ — окликнул его лысый, один из замерших дружков, затем ощерился на меня. — Ты чо с ним сделал, слыш?

— Спать, — коснулся я его руки, на которую тот натягивал кастет. Лысый упал на землю, а остальные его приятели разбежались.

Между тем Толик хохотал как умалишённый, пытаясь обнять полную бабулю. А я не мог не воспользоваться такой возможностью, достал смартфон и начал снимать видео.

Приступ нежности Толяна продолжался, но недолго.

— Красотуля, ну успокойся, прошу тебя, — он снова погладил полную бабушку по плечу, попытался поднять её с лавочки. — Давай потанцуем.

— Ты где красотулю увидел⁈ Маньяк! — возмущённо воскликнула старушка, отталкивая его и хватаясь за сумку.

— Я узнала его, Никитишна! Это ж маньяк! Колготочник! — воскликнула вторая, с лицом, изъеденными глубокими морщинами. Она схватилась за пятилитровую пластиковую бутылку с водой.

— Точно! Ах ты, мразина! Получай! — размахнулась полная бабуля.

— Да ты что, ягодка⁈ Успокойся! — Толик попытался вновь обнять бабушку.

Сумка бабули врезалась под дых Толика. Удар получился приличным. Того согнуло пополам, а сверху прилетела бутылка с водой от второй бабули, роняя злодея на землю.

Тот хохотнул, вскочил на ноги, и на него обрушился новый град ударов.

Ну всё, хорош, а то так и забьют его до полусмерти. Я вытащил из Толика избыточный анестетик, и тот моментально очнулся, но вновь получил увесистой сумкой, на этот раз по голове.

Из подъезда вышла третья бабушка, застывая у дверей с пакетом семечек.

— Мочи маньяка! — зарычала морщинистая бабуля, подбадривая подругу, затем обернулась к замершей соседке. — Глашка, чо стоишь⁈ Звони в полицию!

— Да что такое, а⁈ Прекратите вы!.. — просипел очнувшийся Толик, закрываясь руками. Он был дезориентирован, не понимал, что происходит.

— Ах ты ж паскудник! Я тебе прекращу, зараза! Изнасиловать меня хотел, да⁈ — зарычала полная бабуля, обрушивая сумку на его голову и вновь роняя жертву на землю.

— Я