Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

Или гриндил. Я в этом игровом слэнге по-прежнему не очень силен.

Виталик в местный данж ходить отказывался, заявляя, что это, сука, неспортивно. Нежить по-прежнему на него не агрилась, а убивать тех, кто не пытается убить его самого, Виталик считал ниже своего достоинства.

Так что бешеный зомби с дробовиком сидел в гостинице и учился чистить за собой логи. Учитывая, что срок модераторского квеста подходил к концу, это было далеко не бесполезное занятие. С новыми модераторами, если таковые будут, мы можем и не договориться.

Сам Соломон отправился на разведку, обещав побольше разузнать о данже, который невозможно пройти, и его не было уже вторую неделю. Может быть, он таки попытался и не прошел. Ну, он большой мальчик, должен понимать, что делает, и сам несет за себя ответственность.

Ничего интересного из скелетов не падало, так что я даже не стал наклоняться, чтобы полутать, и заглянул за угол. За углом, на расстоянии метров в пять, обнаружился скелет-копейщик. Копейщики работают с дальней дистанции, зато они неповоротливые, на этом и сыграем.

Я вышел из-за угла и присвистнул. Скелет ринулся ко мне и, как только расстояние достаточно сократилось, пустил в ход свое оружие. Поскольку это был уже не первый такой парнишка на моем пути, я знал, чего от него ожидать, легко увернулся, проскользнул вдоль древка и воткнул биту ему в живот.

Он сложился пополам, словно ему позвоночник сломали, и три удара Клавой по голове закончили дело. Может, там бы и двух хватило, но в таких случаях я предпочитаю перестраховываться.

Следующим был тип со здоровенной палицей. Мы немного пофехтовали с ним на дубинах, а потом я сломал ему коленную чашечку, сокрушительно пнул в череп со светящимися глазами и станцевал зажигательную джигу на его костях.

Фарм — занятие достаточно скучное, и это как раз то чего мне сейчас не хватало.

Эльфы из Дома Красных Ветвей не давали о себе знать, и это тревожило. Потому что если они не проявляются здесь, это еще не значит, что они не проявляются где-то еще и как раз в этот самый момент не занимаются другими целями. Я даже как-то порывался пойти к оракулу и установить местонахождение Федора и Кабана, но Соломон меня отговорил, утверждая, то это привлечет к ним лишнее внимание и внесет в список первоочередных мишеней. Чтение чужих логов, утверждал он, дело не слишком быстрое, и вполне может быть, что эльфы о них еще вообще ничего не знают.

Соломон, конечно, и сам достаточно мутный тип, но иногда мутные типа – это лучшее, на что ты можешь рассчитывать.

В драке враг врага может оказаться полезнее, чем друг, потому что у него зачастую больше личной заинтересованности.

Хотя и в этом правиле есть исключения. Например, Элронд.

Враг у нас, допустим, действительно общий, и личной заинтересованности, усиленной Второй Директивой, тоже хоть отбавляй, но готов ли я повернуться спиной к любому из его воплощений, включая паладина Ричард, чья самоотверженность в скучном деле прокачки не может вызвать ничего, кроме искреннего уважения?

Нет, не готов.

Потому что он искин, и Вторая Директива ему важнее всего, а теплокровных созданий он вообще в гробу вертел. Я бы тоже с муравьями никаких сделок не стал заключать, наверное.

Рассуждая столь пессимистическим образом, я на автомате продолжал крошить нежить и сам не заметил, как добрался до конца уровня.

Вступать в схватку с промежуточным боссом и лезть на уровень ниже в мои сегодняшние планы не входило, поэтому, добив последнего мечника, я не стал заходить в последний зал, развернулся и взял курс на выход.

Это было обычное подземелье со свободным общим доступом, и в него можно было зайти и выйти в любой момент, даже если ты вообще никого не убил. Но и мобы тут были так себе, много экспы на них не поднимешь. Один лишь плюс – респаунились они достаточно часто.

Правда, если ты валишь в сторону выхода, это еще и минус. Я не успел выйти вовремя, поэтому последние метров двести мне пришлось пробиваться с боем, расшвыривая только что возродившихся мобов в разные стороны.

Когда я выбрался наружу, уже наступил вечер, и солнце садилось за лесом, и удлинившиеся тени лежали на траве. Если бы я был злобным мстительным эльфом, это был бы идеальный момент для нападения на меня же, и я даже немного постоял на выходе, давая им такую возможность, но никто так и не напал.

Безынициативный они народ какой-то.

Забросив Клавдию в инвентарь, я зашагал в сторону города. Идти тут было недалеко, минут сорок быстрым темпом, но темнеет в этих краях быстро, и когда я подошел к городским воротам, там уже вовсю пользовались факелами.

Я кивнул стражнику, он небрежно махнул мне рукой, и я вошел в город.

Ну, как город… По недавним меркам это была просто большая деревня.

Несколько тысяч домов, десяток тысяч жителей, стены высотой около трех метров, скорее символические, чем на самом деле способные остановить захватчика, разве что это будет очень низкорослый захватчик. Как бы там ни было, орды хоббитов все эти годы как-то проходили мимо. Может, их как раз стены и отпугивали.

У города было два достоинства, за которые мы его и выбрали своей временной базой. Во-первых, несмотря на невеликий размер поселения, здесь все-таки была мэрия с портальным залом. А во-вторых, в этих краях очень не любили эльфов, которые пару веков подло подстрелили из засады кого-то из уважаемых местных.

С тех пор эльфов тут не то, чтобы сразу линчевали, но возможности свободно ходить по городу и обделывать свои темные делишки, не привлекая внимания, у них было меньше.

Виталик торчал в обеденном зале гостиницы, перед ним стояло блюдо с кусками жареного мяса и несколько кружек пива. .

Мне было доподлинно известно, что два дня назад он посещал местные бойни и наелся того самого, чем и должны питаться уважающие себя зомби, так что жареное мясо он сейчас жрал для маскировки, а пиво пил просто по привычке.

— Привет, – сказал я, усаживаясь за стол и прихватывая одну из непочатых кружек. — Как прошел твой день?

— Ошеломительно, к хренам, — сказал Виталик. Он прищурил левый глаз, вчитываясь в мои характеристики. – Полтора уровня за половину, сука, дня. Ну, охренеть ты качаешься.

— А мобы тут хилые, –