Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

было так уверенно, что я тут же взял чашку и отхлебнул добрую половину. Действительно полегчало. Вика заметила это, довольно кивнула, ушла, бросив по пути:

— Скоро обедать позову.

Мысли мои переключились на еду. От обеда я бы не отказался. Не срослось…

Чуть за полдень пришла клиентка — совсем молоденькая девчонка, ровесница нашей Вики. Глаза у девчонки были грустные, припухшие от слез. Мне она показалась растерянной, испуганной.

Клиентку в комнату проводил Влад. Вика едва глянула на нее, как скрылась на кухне, а вскоре вернулась со знакомым уже подносом. На нем стояли 2 чашки с отваром и мисочка с печеньем.

— Пей, — моя помощница протянула девчонке чашку, — тебе надо успокоиться.

Та послушно обхватила ладонями горячие керамические бока, сделала глоток, сказала:

— Спасибо, вкусно.

— Здесь мята, душица, ромашка, боярышник, шишки хмеля и мед, — пояснила Вика, — пей, это полезно.

После строго глянула на меня. Я схватил свою чашку, заверил:

— Я пью, пью.

— То-то же, — сказала она ворчливо и отобрала старую мою чашку.

Клиентка прыснула, спрятала улыбку в керамическом нутре бокала, потянула в себя аромат. Лицо ее разгладилось. Вид стал довольный.

— Замечательный запах, — сказала она.

Я кивнул. Мне не хотелось ее спугнуть.

— А помощница у вас строгая, — заметила девчонка. — Но добрая. Вон как заботится.

С этим я тоже согласился, подвинул к ней ближе печенье, спросил:

— Как тебя зовут?

Она послушно ответила:

— Лена.

— Вот что, Леночка, пей чай и рассказывай, что у тебя стряслось.

Девчонка вздрогнула, опустила взгляд, на ресницах появились слезы. Я думал, что случилось нечто страшное, но все оказалось куда банальнее — любовь. Несчастная, нужная только ей первая любовь.

Сколько таких историй случается в жизни? Сколько взрослых относятся к ним серьезно? Почти никто. Только для этой девочки все было серьезнее некуда. Пришла она за приворотным зельем. И ей надо было срочно помогать, чтобы глупостей не надела. Чтобы не наглоталась таблеток или не бросилась из окна.

Вот только приворотность я сотворить не мог. Не было такого рецепта в моем багаже знаний. Зато было другое. Для начала я потребовал у Вики очередное яйцо. Девочка, замирая от предвкушения чуда, разбила его в воду, подержала миску в руках, загадала самое заветное желание, заглянула внутрь, тихо ойкнула и тут же вручила пиалу мне.

— Что это значит? — Спросила она.

Я ничего от этого гадания не ждал. Затеял его просто так, для антуража. Потом хотел заболтать девчонке зубы, успокоить, утешить. Но символ в чашке говорил сам за себя. Я поставил пиалу на стол, придвинул к ней.

— И что ты здесь видишь?

Я принял самый что ни на есть мудрый вид, а с серегиной смазливой мордой это было довольно сложно.

Лена всхлипнула.

— Сердце, — пролепетала она еле слышно, — разбитое.

— Как думаешь, чье?

— Мое…

— Правильно, — согласился я. — А знаешь почему?

Девочка помотала головой. Потом предположила робко:

— Я страшная? Я его недостойна? — И залилась слезами всерьез.

Только этого мне тут не хватало. Прибежала Вика, принесла чистый платок. Посмотрела на меня с укоризной. Мол, чего ты творишь, шаман хренов! Не видишь, человеку плохо. Я поймал ее руку, пожал, успокаивая. Сказал девчонке:

— Нет, Лена, не поэтому.

Она встрепенулась с надеждой.

— А почему?

— Ты просто все перепутала, полюбила не того человека. Там, — я ткнул пальцем в потолок и принялся самозабвенно сочинять, — судьба каждого из нас расписана. Есть люди, которые нам суждены. А есть чужие. Ты выбрала не своего. Он чужая любовь. Он создан не для тебя. От этого и все страдания.

Пока она не начала задавать вопросы, я всунул ей в руки каменную палочку, лежавшую без дела на столе. Приказал:

— Перемешай, только думай не о нем, а о своем будущем без него, после него. Спроси у судьбы, что ждет тебя дальше.

Лена восприняла все серьезно, нахмурила лоб, принялась мешать, высунув от усердия кончик языка. Глаза она закрыла. Я твердо решил — что бы там не вышло, распишу ей счастливую жизнь. Пусть успокоится, пусть обретет надежду. Врать не пришлось. Высшие силы оказались на моей стороне.

Лена открыла глаза, отложила палочку и изумленно вытаращилась.

— Так не бывает… — пробормотала она и заразила меня своим удивлением.

Я поднялся, встал у нее за спиной. Рядом пристроилась Вика. Мы втроем молча смотрели в чашу. В ее глубине снова было сердце. Ровное, объемное, совершенно целое.

* * *

Лена ушла абсолютно успокоенной и счастливой. Унесла с собой Викин сбор. Обещала две недели его пить. Денег брать с нее я не разрешил. Вика и Влад спорить со мной не стали.

Зато Лис, когда за клиенткой закрылась дверь, набросился с возмущенным шипение.

— Совсем сбрендил? А если узнают? Что будешь говорить? Пожалел? Не позволила совесть? — Он хлебнул чая из моего бокала, бухнул чашкой о стол. — Хотя, откуда у тебя совесть! Всех нас подставляешь и хоть бы хны! Сволочь ты, Серега.

Он грохнул дверью и ушел во двор. Вика глянула на меня без капли осуждения и бросилась следом за ним. Я тяжело опустился на стул. В голове был сумбур. И, вроде, сделал доброе дело, а на душе скребли кошки. Как так? Вспомнилось не кстати — добрыми намерениями выстлана дорога в ад? Да? Кажется, к этому самому аду я уверенно приближаюсь семимильными шагами.

Дальше до самого вечера воскресенье обошлось без сюрпризов. Лис со мной принципиально не разговаривал. Я тоже не лез на рожон. Вика сначала пыталась нас примирить, но потом плюнула, взялась за блины. Дом сразу наполнил аппетитный запах.

Влад притащил из машины здоровенный кусок марли и канцелярские кнопки. На мой удивленный взгляд сказал:

— Сил нет кормить кровососов. Зажрали совсем.

Тут я с ним был полностью солидарен и принялся помогать. Лис ушел на крыльцо. Из окна было видно, как нервно он курит. Одну за одной. Беспрестанно.

Слегка примирил нас вечер.

Сначала Вика надумала смотреть гардемаринов. Расставила стулья, притащила с кухни табурет, усадила всех рядком. Потом…

Потом началась программа «Время». Диктор с траурным видом поведал:

— Сегодня в 06:40 утра рейс SU-4076 авиакомпании «Аэрофлот», летевший из Нерюнгри в Якутск был захвачен…

Дальше я не слушал. В глазах потемнело, ладони вспотели. Все оказалось правдой. Все оказалось реальностью.

Лис дослушал новость до конца, отобрал пульт. С каменным лицом нажал кнопку. В комнате стало тихо. Влад и Вика смотрели на меня со смесью восхищения и обожания. Воланчик не выдержал первым:

— Серега, так ты у нас ясновидящий? Круто!

Он вскочил, бросился ко мне обниматься, Вика захлопала в ладоши.

А