Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

— Нет, — ответил я и добавил, — я тоже на это надеюсь.

* * *

Костюм я натянул. Парик же отказался надевать наотрез. Ну его, все равно не перед кем красоваться. Лис пригрозил раздобыть мне черной краски. И выкрасить в радикальный цвет, как незабвенного Кису Воробьянинова. Эта идея неожиданно понравилась Вике. Она сказала:

— Вези краску! А я покрашу его сама.

Моим мнением, ясное дело, поинтересоваться забыли.

Следующий визитер появился часам к десяти. И мне он был незнаком. Он тоже подкатил на авто. Впрочем, в отличие от куратора, ломиться внутрь не стал — вежливо постучал в калитку.

Влад подорвался и с энтузиазмом кинулся открывать. Там задержался на пороге, о чем-то перекинулся парой фраз, получил конверт, сунул туда нос и в немалом изумлении оглянулся на дом, на окна. Нашел меня взглядом, сделал квадратные глаза, задвигал бровями.

Вика тихонько прыснула, так комично это все выглядело в исполнении Воланчика.

— Надо идти, — сказал Лис, бережно подталкивая меня к дверям.

Наши с ним выводы совпали. Я покривился, представив, как придется ползти вниз по ступеням, но деваться было некуда. Деньги сами себя не заработают.

Визитером оказался мужчина лет сорока. Холеный, в костюме. Мое появление его изрядно напугало.

— Вот! — Влад не дал мне поздороваться, сразу сунул в руки конверт. — Это тебе.

Я машинально сжал пальцы, потом открыл внезапный дар и обалдел не меньше друга. Внутри лежала банковская пачка купюр по сто долларов.

— Мне? — Я едва совладал с голосом. — Я должен кого-то убить?

Визитер шарахнулся и едва не перекрестился.

— А вы можете? — Спросил он испуганным шепотом.

По виду его стало понятно, что спрашивает он всерьез, без дураков.

— Не пробовал, — честно ответил я, чем напугал его еще больше.

От волнения гость дал петуха:

— Нет! — Прокашлялся он, взял себя в руки. — Нет-нет, убивать никого не нужно. Я приехал к вам от мужа Анжелы Аркадьевны.

Во мне проснулся артист. Я поднял бровь и наклонил голову на бок. Посетитель поспешил пояснить:

— Она была у вас недавно. Вы ей еще к мужу лететь запретили.

Я милостиво кивнул.

— Помню такую. Послушалась, значит.

— Послушалась, — он облегченно вздохнул, потом замялся, — только вот ведь, э-э-э-э… как неловко вышло. Анжела Аркадьевна женщина эмоциональная, открытая. Она вам, — он поднял глаза, глянул на меня в упор, усмехнулся, особо выделил следующее слово: — НЕЧАЯННО, наговорила лишнего. Теперь не знает, как загладить вину.

Влад выразительно хмыкнул. Я принял вид смиренный, благостный. Согласился с визитером:

— Конечно, нечаянно, я сразу так и понял. И зла не держу. Можете так уважаемой Анжеле Аркадьевне и передать.

— Вот и славно. Будем считать инцидент исчерпанным. Тогда вот еще, — он как фокусник в цирке залез в карман пиджака и извлек оттуда второй конверт, ничуть не худее первого, — она очень просится к вам на прием. Не одна. С подругами. Не соблаговолите ли назначить время?

Влад откровенно заржал. Мы оба глянули на него с укоризной. Тот стушевался и сбежал.

— Сегодня, в 18.00 вас устроит? — Спросил я, и второй конверт перекочевал в мои руки.

Посетитель окончательно расслабился, направился к машине, бросив на прощение:

— Непременно будем.

* * *

В доме царило напряженное молчание. На меня смотрели с восхищением и суеверным ужасом. Я выложил на стол оба конверта.

— А я что вам говорил? — Тут же влез Воланчик. — А вы не верили!

Я не стал уточнять, о чем именно идет речь. Обернулся к нему.

— Ты бы завязывал со своими смехуечками! Будешь так ржать, всех клиентов нам распугаешь!

Влад стушевался, промямлил:

— Серый, ты чего? Я же не специально. Я же не привык еще. Вы бы только слышали, — обратился он к Вике и Лису. — Сущий Версаль!

Потом подбоченился и чопорно изрек:

— Не соблаговолите ли назначить время?

Вика тоже расхохоталась. Лис же достал из конвертов деньги, взвесил на ладони. Спросил тихо, словно не мог поверить своим глазам:

— Неужели двадцать тыщ?

— Похоже на то, — ответил я. — Только теперь нам эту уйму деньжищ придется отрабатывать. Клиентка прибудет к шести вечера. Ей не терпится вылечить свою порчу. И с собой привезет еще целую прорву экзальтированных порченых куриц.

— Придется лечить. — Согласился Лис, возвращая гонорар в конверты. — Порча дело серьезное. А как?

Я почему-то уставился на Вику. Мне казалось, что она лучше всех нас должна знать, что делать. Девушка пожала плечами.

Всех успокоил Влад. Он закружил по комнате, непрестанно потирая руки.

— Мы их так вылечим! — Обнадежил он. — Мы им такое шоу устроим! Надо только дров раздобыть. Я им такой шаманский костер забахаю!

Он внезапно встал, как вкопанный, воздел обе руки к потолку и завершил мысль:

— Закачаются!

* * *

Не знаю, кто должен был закачаться, но деятельность все развили бурную. Влад сорвался в колхоз договариваться на счет дров. Лис, слегка шалея от своей покладистости, спросил:

— Я могу чем помочь?

Ответила ему Вика:

— Сможешь добыть котел? Большой, чтобы подвесить над костром?

Слава поскреб в затылке и нерешительно протянул:

— Не обещаю, но постараюсь.

Вскоре уехал и он, а мы остались одни. Вика отправила меня лежать, поправлять здоровье. Принесла с кухни табурет. Поставила его у меня перед кроватью. На табурет умостила тарелку с бутербродами и новую чашку своего отвара. Протянула мне пульт.

— Если Слава все найдет, — сказала она, — твое дело будет ходить кругами, подвывать и бить в бубен. Я все остальное беру на себя.

У меня не было сил ни спорить с ней, ни расспрашивать о чем-то еще. Я предоставил событиям идти своим чередом. Просто ткнул на пульте кнопку, нашел канал 2х2, хлебнул пару раз чайку и задремал под незатейливую музыку.

Разбудили меня ближе к обеду посторонние голоса. Шум шел снаружи. Телевизор, что бы не мешал мне спать, какая-то добрая душе сподобилась выключить. Я поднялся, выглянул в окно. Там кипела жизнь — Влад с умным видом дирижировал двумя мужичками весьма сомнительной наруужности. С улицы во двор таскали дрова. Поленница уже была полнехонька. Все, что не влезло, складывали рядом с навесом прямо на траву.

Я решил не мешать чужой работе и улегся обратно в постельку. Жутко захотелось почитать книгу. Жаль, что в этой дыре не наблюдалось ничего подходящего. Я опять включил телевизор, взялся за чай, примерился к бутерброду, но съесть не успел.

— Положи! — Одернула меня из дверей Вика. — Аппетит перебьешь. И вообще, хватит тебе уже спать, вставал бы. Обед скоро.

Она отобрала у меня бутерброд и унесла тарелку к себе на кухню.

— Вот так всегда! —