Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

что Эшело не пришёл на восстание: у него было слишком много дел. Помню растерянное лицо Шуля, когда он лежал на земле и глядел на свою пробитую ногу, говоря, что ничего не чувствует. Помню, как Андрэш что-то кричал мне, каким яростным было его лицо, как я вела его прочь от толпы, чтобы перебинтовать рану на боку, и как сердито он бил меня при этом ногой, требуя, чтобы я пустила его.

Я видела, как падали те, кого я повела на это. Видела, как люди в одинаковых мундирах хотели заколоть друг друга пиками. Видела, как откуда-то прискакали на крысоконях, как увозили чёрными ходами дьякоша и всех остальных.

Если их Тёмное царство существует, то это было оно. Крики, выстрелы, падающие тела, этот омерзительный горелый запах, эта живая масса, которая волновалась...

Мне было страшно. Очень страшно. Некоторое время я не могла пошевелиться, порой мне хотелось просто бежать отсюда, но ноги не слушались. И ведь это я способствовала этому безумию, этому братоубийству, этому Содому... Если Двое существовали, они бы сейчас уничтожили молнией всех нас, чтобы снова погрузить в тишину эту агонизирующую человеческую массу.

Последнее, что могу вспомнить, это то, как советник выбежал в самую середину этой одержимой паникой и самокалечением толпы, и в небо взметнулся столб огня. Тогда это безумие стало утихать, испуганное. Потом я почувствовала, что меня кто-то скручивает. Я вырвалась, ударила кого-то в живот и бросилась бежать.

Бежала я в то единственное место, в которое могла — к дому Варианша, к Фоку и Аринаш. Словно всё кончится, едва я переступлю порог. Словно всё исчезнет, потому что было лишь галлюцинацией. Словно это конец, а не только начало кошмара.

Запись 61.

— О, Шейз, ты уже вернулся? — меня встретило радостное приветствие людей, к которым я сейчас так стремилась. — Что это с тобой? Ты словно в печке побывал.

Я тяжело выдохнула. После агонии, после этого светопреставления, после ада — и в такую тишину, в такой мир в такую... семейность. Точно блудный сын в родном доме. Но нет, никогда мне не изгладить из памяти этого ужаса, никогда не забыть, к чему могут привести самые, казалось бы, чистосердечные и гуманные идеи. Никогда не забыть, что я оставила сейчас Шуля, Андрэша, маленькую девочку. Но что теперь делать? Что? Вернуться? Это безумие. Молча ждать, когда придут за тобой, — сойдёшь с ума. Бежать? Если только бежать...

— Шейз? — карие глаза Аринаш... Как можно от них что-то скрыть? Нет, они не должны пострадать из-за меня, но для этого им нужно знать правду.

— Шейз, а мы сегодня были у Риксы! — решил заполнить тишину Фок, что было очень мило с его стороны. — Тебя несколько дней не было дома, вот мы тебя не предупредили. Но всё прошло хорошо, представляешь? Он и вправду предложил нам очень выгодную сделку! Гильдия только выиграет от этого, несомненно, гильдия не может не выиграть от этого. Это очень выгодная сделка, как хорошо, что я пошёл с Аринаш! А он на неё — представляешь? — так смотрел! Эх, мне кажется, если бы мы задержались подольше, то вовсе бы не ушли. Какой у него дом! Красота! Я даже смог поговорить со своим братом! А ведь мы даже на балу не смогли встретиться! К счастью, отца Риксы не было дома. Но вообще-то он живёт отдельно от сына, однако иногда заходит. Важные все такие! Просто жуть!

Фок всё говорил, а Аринаш счастливо улыбалась. Я присела рядом на стул — ноги подкашивались. Но слушала Фока с вниманием.

— И вот мы вошли, а он нам раз — и пригласил сесть за стол и выпить! И не нааю, а кое-что другое!

— Лучше бы нааю! — засмеялась Аринаш.

— Я тоже об этом подумал! — воскликнул Фок. — Любезен был настолько, что даже мне стало неловко! А всё потому...

Из всего сказанного Фоком и дополненного Аринаш я сделала вывод, что приём был им оказан хороший. Именно это напрягало меня больше всего. Казалось бы, новая загадка должна была окончательно свести меня с ума, но смена пищи для размышлений позволила мне отвлечься.

Для чего же Рикса Шора всё это устраивает? Не похож он на филантропа. Наверняка он хочет сделать так, чтобы Аринаш была зависима от него... Да, да, точно, он именно этого хочет! Разве не этого он добивался во время бала?Аринаш будет парализована уколом долга, а он будет делать то, что хочет. Либо я слишком подозрительная, но мне в любом случае это не нравится.

"Тупая яшурка!" — вдруг мелькнуло в голове, — "ты причинишь им гораздо больше бед, чем десять таких Рикс! Разве ты не понимаешь, что они могут пострадать по твоей вине?! Их могут обвинить за участие в заговоре! А это в лучшем случае тюрьма! Они честные люди, а их посадят в тюрьму! И всё из-за тебя!"

О, всемогущий Велес, что же я наделала! Да, ты прав, внутренний голос! Это я во всём виновата! Но... Рикса тоже тогда опасен. Он ведь знает обо мне, а его отец — член Совета, значит... Он может влиять на дела Аринаш через меня. В смысле, это будет шантаж. Значит, мне нельзя прятаться. Выход один — добровольно сдаться, как в "Преступлении и наказании": явка с повинной может облегчить мою участь. Но надо придумать, как защитить от обвинения Фока и Аринаш. Хотя что тут придумывать — они же были у Риксы! Значит, не могли содействовать. А если Рикса станет отрицать? Да не может он, он же не ходил с отцом на парад! А ведь он посланник! Значит, дело идёт только о моей свободе... Что ж, я ей не умела пользоваться, и вот расплата. Сбежать? Это предательство. Я не могу предать Аринаш и Фока. А они не могут уйти вместе со мной, Аринаш тут от имени своего отца и Шинбарда. Так что придётся потрепать нервы Васе и Рэдрику. Хо, да я легко сбегу из тюрьмы! Меня там просто не выдержат! А уж с эшафота... Надеюсь, Шарлотта прихватит йодистого азота.

Видно, я нервно хихикнула вслух, потому что Фок замолчал и посмотрел на меня.

— Что-то не так, Шейз? Разве я неправильно произношу слово "кхальшоны"? А у тебя как дела? — Фок довольно поглядел на меня, ожидая хорошую историю, подобную той, что была рассказана им, только короче и не такая