За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

Если бы у девчонок был какой-то боевой опыт, они и сами могли бы справиться — залезли бы на скалы и перестреляли гостей сверху, как в тире. В точности как попытались, но не смогли сделать племянники — хотя место для этого они выбрали идеальное. К сожалению, боевой опыт у них нулевой, да и стрелять они не особо умеют. Отвлечь на себя смогут, но вряд ли можно ожидать от них чего-то большего. Собственно, я и сам далеко не ветеран, но всё же…

Я пробежал весь путь до входа минут за сорок. Вообще эта пещера совсем не то место, где стоит передвигаться бегом, но я посчитал риск приемлемым. В любом случае, гости не будут сидеть на одном месте два часа — за это время они точно найдут полянку с нашими животными, и девчонкам придётся туго.

— Дара, что там у вас? — я прижал мобилку.

— Они уже здесь. Двое залезли на скалу, похоже, там остались какие-то следы. Перекрикиваются друг с другом, я их язык не понимаю.

— Я уже у входа. Когда я скомандую, вы их отвлечёте огнём, а я по ним постреляю со спины.

— Поняла, — коротко ответила Дара. — Они топчутся там, где нас обстреляли, рассматривают следы. Место открытое, мы могли бы по ним пострелять.

— Пусть сначала эта парочка слезет со скалы, а то мы замучаемся их оттуда снимать.

Саженях в четырёх от главного в сторону отходил узкий боковой ход, через который можно было попасть на пологую тыльную сторону скалы, с которой нас обстреливали, и на которой сейчас сидели два абрека.

— Кеннер, верхние собрались слезать.

— Понял. Если оба пойдут в пещеру через боковой ход, мне придётся стрелять. Если услышите выстрелы — стреляйте сами. Прижмите их к земле, а я их сверху отработаю.

Я прижался спиной к стене у бокового входа, и через пару минут оттуда послышались шаги одного человека. Они всё-таки решили разделиться и обойти скалу с разных сторон. Когда рядом со мной нарисовалась тень человека, шаги внезапно смолкли, и джигит экспрессивно выругался. Ну да, удариться головой в пещере для неопытного человека дело совершенно рядовое, да и для опытного тоже. По тени было видно, что он повернулся назад и наклонился, подбирая свою шапку. Солнце стояло низко и тени были уже длинными, но всё же по моим прикидкам до него было всего пара шагов, и я решил рискнуть. Я быстро и бесшумно вышел из-за угла — джигит уже выпрямлялся с шапкой в руке. Я одним длинным шагом приблизился к нему вплотную и вогнал нож ему в печень. Он вскрикнул, но я успел зажать ему рот.

— Дара, один в минус. Второй пошёл с другой стороны скалы. Что там происходит?

— Четверо рассматривают следы. Ещё один показался из-за скалы и идёт к ним.

— Я лезу на скалу. Как только они соберутся вместе, начинайте стрелять. Следите, чтобы они не ушли в пещеру или обратно по тропе. Если поползут в вашу сторону — не паникуйте, я их сниму.

— Поняла, — отозвалась Дарина.

Я почти уже добрался до плоской площадки на вершине скалы, когда девчонки начали стрелять. Кто-то взвыл и внизу закричали разными голосами. Я осторожно выглянул — вся компания была как на ладони. Двое абреков спряталась за большим валуном, а другая пара — за валуном чуть поменьше, саженях в трёх. В стороне лежал, зажимая живот руками и подвывая, ещё один. Девчонки периодически постреливали, но джигиты уже отошли от неожиданности. Те, что укрылись за большим валуном, сидели, прислонившись спинами к камню, и что-то планировали, оживлённо переговариваясь. Я достал светошумовую гранату.

— Дара, я сейчас брошу светошумовую. Закройте глаза и зажмите уши. Я жду пять секунд и кидаю, готовьтесь.

— Принято, — откликнулась она.

Граната приземлилась точно в паре саженей от парочки. Я зажмурился и плотно зажал уши. Бухнул взрыв. Те двое, что смотрели на гранату сейчас сидели, бессмысленно мотая головами. Вторая пара почти не пострадала, но тоже выглядела ошалевшими. Я прикончил их несколькими выстрелами, и они, по-моему, даже не поняли, что их убивают. Заодно прикончил и раненого в живот, чтобы не мучился.

— Дара, не стреляйте, я выхожу.

— Принято, больше не стреляем.

Я быстро спустился и обошёл скалу. Двое живых ещё не очнулись. Один из них явно был обычным горским джигитом — тем, кто в более развитом обществе называется быком или торпедой. Я загнал ему нож в ухо. Второй оказался интереснее — он не походил на обычного козопаса. Холёная морда, более качественная одежда, хорошая винтовка — всё это ясно указывало, что он тут старший. Я вытащил у него из кобуры пистолет — гравированный, с накладками из слоновой кости. Нетрудно было догадаться, что нашу скромную экспедицию решил навестить сам достойнейший Хаджарат. Я стянул ему руки за спиной и оставил приходить в себя.

— Дара, можете подходить, тут всё чисто, — сказал я в мобилку.

Через пару минут подошли девчонки, с опаской оглядывая следы боя. Смотрелись они бледновато, но расставаться с обедом вроде не собирались.

— А этот что — живой, что ли? — с испугом спросила Смела, глядя на связанного абрека, который вдруг застонал.

— Да, это их главный, — ответил я. — Хочу с ним пообщаться немного, как очнётся. Как там Иван, кстати?

— Да что ему сделается, — с раздражением отозвалась Смела. — Поправляется, встаёт, ходит. Лучше бы уж лежал. А как вы там?

— Немного повоевали, там были какие-то существа вроде крыс. Но сейчас всё спокойно. А так скучно у нас, целыми днями бродим по пещере, ищем такие особые камешки. Ещё недельку там просидим. Кстати, я вас туда забираю, наверху останется один Иван. Вам обязательно надо в пещере посидеть хоть немного, это вам очень пригодится для развития способностей.

— А как же Ваня? — спросила Дара. — Разве ему не нужно?

— Ему тоже нужно, но кто же захочет вместо него расплачиваться за его дурость? Да и зачем он там нужен, раненый? Здесь от него хоть какой-то толк есть.

Тут пленный, наконец, начал приходить в себя — открыл глаза и осмотрелся мутным взглядом.

— Здравствуй, Хаджарат, — приветливо сказал ему я. — Ты не представляешь, как я рад, что ты решил сам к нам заглянуть.

Он посмотрел на меня непонимающим взглядом и понемногу начал осознавать своё положение.

— Где мои племянники? — спросил он.

— Не беспокойся, ты скоро с ними встретишься, — заверил его я. — Они вон под той осыпью.

— Ты сын шакала, —