Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Лучший залог успешных переговоров — личная мотивация не так ли?

— Поэтому иди домой и забудь обо всём, что видела, — велел я. — Быстрее, пока они ещё не приехали! Если Отдел найдёт тебя сам и спросит — скажешь, что случился прорыв, открылся Могильник, ты испугалась, но успела убежать. Если не спросят — то ты тем более будешь молчать, ясно?

— Я-ясно! — тут же закивала головой блондинка. Может, она была не большого ума, но мужа, кажется, любила всерьёз, и угроза подействовала.

— Тогда уходи, скорее! — велел я, буквально чувствуя, как невидимый мне сейчас Смерть скептически хмыкает, глядя мне в затылок. — Так, теперь к тебе, мадам Александра…

Эта не так глупа, и рычагов давления тоже нет — на первый взгляд. Но я собирался импровизировать на ходу, так что…

— Погоди-ка, — я застыл, глядя на то, что гадалка держала в руках. — Это у тебя… то, о чём я подумал?

…так вот почему она так испугалась приезда Отдела.

Глава 15

Говорят, в мире есть вещи, в которым невозможно привыкнуть. Слишком страшные, слишком странные, слишком ненормальные и опасные, чтобы человеческое сознание воспринимало их как норму, даже видя в сотый раз.

Что ж; прорыв Могильника к таким вещам не относился.

Само собой, это было событие. Причём событие далеко не повседневное. Но и экзистенциального ужаса у обывателей, как в первые годы, он уже не вызывал.

— …а милиция-то зачем приехала? — старушка с авоськой и нежно-сиреневыми волосами остановилась метров за десять от покорёженного здания.

— Дык положено же, — отозвалась ей в тон другая, чьи волосы отливали синеватым серебром.

— Положено-то положено, а зачем положено? — допытывалась первая. — Чего они сделают-то? Скорая — я вот понимаю, если кто пострадал, ну вот они, стоят. Пожарная — тоже бывает, загорится что. А милиция?

— Да правила такие, вот и всё! — вторая переложила клюку во вторую руку и уставилась на открытый Могильник со всё нарастающим интересом.

Здесь, снаружи, пока всё было мирно — если, конечно, забыть о том, что часть здания оказалась замещена на какой-то древний склеп с неровными стенами. Вход в салон мадам Александры теперь представлял из себя тесный каменный коридор с чадящими факелами по стенам; часть витрины превратилась в сплошную стену, но уже метров через пять-семь всё оставалось по-прежнему.

Тем не менее, из соседних подъездов спешно выбегали жильцы, а те, для кого выход оказался перекрыт появившимся Могильником, прыгали на растянутые пожарными полотнища, жмурясь и крестясь перед прыжком. Оказавшись внизу, они сливались с прохожими-зеваками и бабками со двора и, стоя, обсуждали ситуацию. Различить их можно было лишь по тому, что прохожие были обуты как подобает, а покинувшие дом жильцы — в тапочках или вовсе босиком.

— Бабули! — подошедший к двум старушкам милиционер нахмурился. — Вот для этого здесь мы, чтобы вы внутрь не лезли.

— Да разве мы лезем-то? — удивились обе бабушки. — Нам ведь жить не надоело…

— А затем так близко стоите? По протоколу — посторонние не ближе, чем за двадцать метров от входа. Ну-ка, отошли, отошли… Это для вашей безопасности.

Старушки и прочие наблюдатели, ворча и качая головами, отходили подальше.

— А Отдел-то где? — уточнил кто-то. — Почему ещё не приехал?

Милиционер только развёл руками.

— С меня какой спрос? Они отдельно от нас едут. Наверное, в пути.

— Безобразие! — старушка с серебристо-синими волосами потрясла клюкой. — За что только налоги платим?

— А если сейчас оттуда нежить попрёт?!

— У меня дома кот остался, некормлен! Пока они не разберутся, я ж теперь домой не попаду!

Впрочем, словно в ответ на их возмущения, раздался визг тормозов, и во двор залетели сразу несколько массивных машин Отдела, откуда тут же стали выпрыгивать одетые в броню и увешанные защитными артефактами охотники на нежить со спектральными автоматами наперевес.

— Всем сохранять спокойствие! — крикнул один из выскочивших. — Работает Отдел по борьбе с некротическими прорывами!

Охотники брали здание в кольцо, но внутрь пока не заходили; пара человек, одетых в гражданское, подбежали к толпе.

— Кто тут жильцы? — один махнул удостоверением. — В доме была нежить? Любая, это важно. При прорыве Могильника даже самая безобидная мелкая нежить может стать опасной.

— Да не-е-е… — протянула старушка с сиреневыми волосами. — Это в соседнем, за два дома отсюда, там бабайка какая-то живёт…

— А вон в том — два привидения, — подсказала её синеволосая подруга.

— В этом никого? — два следователя Отдела переглянулись. — Никаких шумов, стуков там? Ничего паранормального до сегодняшнего дня не было? Очень важно знать это…

— Да гадалка это! — оскорблённым тоном заметил кто-то из третьего ряда.

— Гадалка?

— Говорил же, что доиграется она однажды!

— Да! Кто вообще позволил открыть этот салон на первом этаже жилого дома?

— Вызвала кого-нибудь, поди, вот и…

— Арестуйте её уже! Это она всё!

Следователи Отдела вновь посмотрели друг на друга.

— Думаешь, гадалка могла сделать что-то такое?.. — уточнил один у другого вполголоса.

— Такое? Какое такое? — другой мрачно помотал головой. — Открыть Могильник гадалка точно не могла. Вызвать ненароком сдуру каких-нибудь хтоней — в такое я бы ещё поверил, но Могильник…

— Да я знаю, что такое Могильник, можешь не объяснять, — первый был так же серьёзен, как