Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

а потом темнота. Но она ведь жива? И эта прохладная ладонь у нее на лбу, ладонь, сквозь которую сочилась благодать и блаженство, похожие на энерианские, не может принадлежать дракону!

Карина открыла глаза. Брайтон… Глава Союза, мягко улыбаясь склонился над ней, и ладонь на лбу была его. «Надо же, не зря мы называли его каким-то благостным, — подумалось Карине, — он такой и есть… Ему бы быть целителем, а не правителем…»

— Где мы? — спросила Карина, и ладонь покинула ее лоб. Чьи-то твердые руки сзади помогли ей сесть. Она оглянулась и узнала Артура. Артур, он пришел ей на помощь, и Брайтон, похоже, тоже не бросил брата…

— Спасибо… — тихо сказала она, не дожидаясь ответа, и облегченно откинулась на грудь Артура. — Что с Рональдом?

— Мы в другом мире, я успел увести вас, — ответил Брайтон. Он больше не улыбался, лицо стало серьезным. — А вот что с Рон’Альдом, ты, вероятно, знаешь лучше…

— Где он? — Карине сама не поняла, откуда взялись силы, чтобы взлететь на ноги и оглядываться вокруг в поисках антео.

Все такой же… Застывшая статуя. Подвижными оставались лишь пара мышц на щеках. На лесной полянке это казалось сюрреалистичным. В голову лезли мысли, что они просто на охоте, и Рональд стоит неподвижно, чтобы не спугнуть зверя. Но сейчас все прекратится, он обернется к ней, скажет что-то…

Карина вздохнула. Видеть его таким и знать, что внутри так плохо, как Аргоаху было лишь один раз… Самое болезненное, самое трагичное для Истинного дракона он проживает снова и снова.

Карина решительно подошла к нему, прикоснулась. Все как и раньше — ей даже на сантиметр не сдвинуть его тело. Из глаз потекли слезы, боль клешней сжала душу. Выжить самой и снова увидеть его таким. Невыносимо. Она предпочла бы снова и снова переживать самое страшное, что было с ней, лишь бы избавить его от этого.

Истинная пара, усмехнулась Карина горько. От этого все… Слишком больно дракону потерять истинную пару. Поэтому Аргоах не может выбраться из ловушки. И слишком больно ей, истинной паре дракона, видеть, как он страдает.

Нужно попытаться, хотя бы попытаться, подумала Карина сглатывая ком в горле. Кто еще, кроме нее, сможет его вернуть?

— Это древняя драконья ловушка, — пояснила Карина Брайтону и Артуру. — Дух живого существа попадает в прошлое — в самый страшный или болезненный момент. И проживает его снова и снова. Если не помочь ему, он так и останется там, пока не умрет от голода и жажды…

— Я не знаю, как это сделать… — обреченно сказал Брайтон. А Артур сжал и разжал кулаки, как часто делал, когда ощущал бессилие и злился на это.

— Я понимаю, — тихо ответила Брайтону Карина. — Вы можете усадить его? Мне это не под силу. Я попробую вернуть его…

— Хорошо, Карина, попробуй, — так же тихо и сосредоточенно ответил Брайтон. Артур быстро принес из леса бревно, и они с Брайтоном усадили Рональда на него. Карина подошла — теперь она могла смотреть ему в глаза…

О Боже! Каким же отсутствующим был его взгляд. Не пустым, именно отсутствующим. Карина обхватила ладонями его лицо, чтобы лучше вглядеться в черную бездну.

Бездна была холодной. Казалось, тепло, бархат и звезды ушли на самое дно. И она, Карина, должна упасть туда. Долететь до дна и привести антео обратно.

— Рональд, антео… — вглядываясь в черную бездну, погружаясь в нее, начала она, давя слезы, не давая себе плакать, чтобы взгляд не замутился. И сама себя одернула. «Нет, не так! Ты сама знаешь, что не так!»

— Аргоах… — всем мыслечувствием сказала она, и повторила, вкладывая все свое желание снова быть с ним. Снова видеть его и разговаривать с ним, дарить ему любовь и нежность, заботиться, делать счастливым. — Аргоах, антео! Это закончилось! Слышишь меня!? — Карина сильнее сжала ладонями его лицо и, как на элеонете, понеслась в глубь черной бездны. Сквозь космический холод и бесконечные дали без света, туда, где еще мерцали звездочки и притаилось знакомое бархатное тепло. — Слышишь меня?! Я здесь, все закончилось! Мы родились снова, мы вместе! Я здесь, рядом! Это закончилось, мы с тобой вместе! Не дай иллюзии убить тебя… Я рядом, твоя принцесса рядом…

Она падала все глубже в бесконечный космос. Бесконечный, огромный. А знакомое тепло все ускользало — оно было где-то в глубине. И Карине никак не удавалось до него добраться. Казалось, она приближается к нему, но дно бездны ускользает, уходит глубже.

— Аргоах! Вернись! Я здесь! Все закончилось! Мы родились снова, и мы вместе… — упрямо повторяла Карина и уходила все глубже. Забыв обо всем, утратив связь с реальностью… Сейчас была только она и бездна, поглотившая ее антео. А где-то там, внизу, был еще он — Аргоах-Рональд. Туда она и должна добраться.

* * *

Карина, падающая в черную бездну, не осознавала, что ее губы давно уже произносят слова древнего языка — языка уалеолеа. Что язык ушедшей расы бессмертных певуче разносится над поляной, как заклинание, как песнопение из древности.

Не видела, как вытянулись от удивления лица Брайтона и Артура, как они изумленно переглянулись.

Не заметила она, и как первый раз дернулись плечи Рональда, как шевельнулись пальцы на его руке, не ощутила ладонями, как его сведенное параличом лицо начало оживать.

* * *

Что страшнее для Истинного Дракона, чем потерять свою истинную пару? Разве что полная разбалансировка Вселенной. Ведь со временем Истинный Дракон начинает ощущать себя единым с ней, и дисгармоничные колебания вызывают у него дискомфорт. Именно такую потерю баланса в будущем предотвратил Аргоах.

А вот спасти свою истинную пару не смог, не успел…

Что страшнее для Истинного Дракона, чем потерять истинную пару? Терять ее снова и снова, из раза в раз лететь и бежать по мирах — и снова не успевать. Снова подхватывать ее догорающее тело, рыдать и шептать слова любви, пытаться задержать ее на этом свете любовью, ведь нет магии или лечения, что смогло бы остановить ее смерть. Плакать у кучки пепла и звать ее душу — и быть не в силах дозваться.

Снова и снова Асториан, его единственная истинная пара, догорала у него на руках. Снова и снова он пытался любовью и слезами облегчить ее страдания, отдать ей свою жизнь, чтобы спасти. И снова и снова все было бесполезно… Она опять рассыпалась пеплом.

Почему это повторяется? Может быть, потому что в тысячный или миллионный раз он успеет?! Успеет раньше, не допустит ее смерти… И он снова