Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

лужайки. Гуляющие посмотрели на хайнеса мало заинтересованными взглядами. Под ночным небом прохаживали в основном пары, которым спутник был куда интереснее главы государства. Лирки нигде не было видно.

— Вот шустрая! — раздражённо прошипел Риш и направился к первой встречной парочке.

Дана Лиркаа была слишком приметна, чтобы её могли просмотреть даже столь занятые друг другом гости. Узнав, что описанная женщина направилась в сторону Лунной беседки, Риш поспешил туда. Видимо, женщина стремилась уйти подальше от шумной толпы. Весьма просторная и по случаю бала ярко освещённая беседка располагалась довольно далеко от дворцового корпуса. Пройти к ней можно было только по одной узкой и извилистой тропке, ныряющей в густые и высокие розовые кусты — очень красивые и весьма царапучие. Столь царапучие, что Риш удивился, когда со стороны, прямо из крепкого переплетения розовых ветвей, его позвал хриплый голос:

— Эй, хвыба!

Присмотревшись, Узээриш разглядел голубоватое свечение шерсти, несколько меркнувшее в ярком свете, исходившем от беседки.

— Ты что там… Как ты туда залез? — изумился мужчина.

— Вдоль стенки прокрался. Давай сюда.

Риш с сомнением посмотрел на беседку, в увитом розами окне которой виднелась голова и плечи Лирки.

— Охота тебе к ней, такой злой лезть? — скривился подселенец.

И Узээриш решил, что стоит сперва собрать сведения.

— Надо велеть слугам почистить здесь стену, — тихо протянул он, пробираясь к зверю.

Тот нашёл довольно скромное, но вместительное местечко прямо под колючими ветвями и лежал, положив морду на лапы.

— Чего ты тут спрятался?

— А чего мне там сидеть, что ли? — раздражённо отозвался Иррес. — Знаешь, как в ней, такой злой, неприятно сидеть? Словно в пасть к какому-то чудищу попал, и оно тебя жрёт!

— Иррес! — тон сменился на укоряющий, и Риш понял, что выглянул господин Наэш.

— Она сейчас своего дружка прибить хочет, — продолжал делиться дух. — А с ней такой дело вообще иметь бесполезно. Увещеваний не слушает, доводам не внимает… Остаётся только зубами за шкирку и тащить в сторону. Мож, сейчас остынет немного.

— Очень злая? — осторожно уточнил Риш и всё же пробрался от стены под ветви и кое-как уселся прямо на землю — полы-то уже всё равно обтёр, — сгибаясь к самым коленям.

— Невообразимо! — азартно отозвался Иррес. В его голосе появились интонации рыбака, описывающего размеры щуки, откусившей у него половину удилища. Глаза так и полыхнули. — Останься она — случился бы такой скандал! Досталось бы и Викаше вашему, и дружку её, и всем, кто заступиться бы за них посмел. Месяц бы после этого только о ней и говорили! Так что пусть остывает. Дольше сидит, меньше проблем.

Риш тяжко вздохнул. Как теперь рассказать, что говорить о Лирке всё равно будут и даже, вероятнее всего, больше месяца? Проклятая рета!

— Ладно ты, но неужели хайрен Игренаэш не знал, что это за танец? — раздражённо спросил мужчина.

— Всё эта сволота знала! — не постеснялся в выражениях Иррес. — Он просто у нас помешан… — запнулся, но быстро продолжил, — помешан на замужестве Лирки. Так и хочет выдать её замуж! А тут ещё подвернулся один экземпляр, совсем неподходящий, но наш Наэш считает, что очень подходящий. Да, Наэш?

Бывший хайрен не отозвался.

— Вот он и засунул язык в то, чего у него нет. Мол, пусть деточка танцует, ничего не подозревает, а экземплярец этот слюнями от ревности исходит.

А вместе с этим «экземплярцем» и он, Риш, попал. Причём, судя по всему, только он и попал. Хотя настроения тогда осматриваться у него не было, может, кто-то ещё и повёл себя странно… В любом случае Риш его затмил и сейчас ощущал по этому поводу смесь ликования — ну затмил же! — и досады.

Знать бы ещё, с кем Лирку так упорно пытаются свести? Не Орлид, там и стараться не нужно. Мальчишка побежит в храм впереди процессии. Хвост бы весь ему выдернул! Тогда какая скляда…

Риш осадил себя, сообразив, что в размышлениях уходит не в ту сторону.

— Говорить о ней всё равно будут, — мрачно признался он.

— Ещё б не говорили, — Иррес гордо расправил уши и тут же зашипел, напоровшись ими на шипы. — Наша Лирка прям цветок в ночи! Хоёторский, который светится. Почти костровик. А сейчас не почти, а точно костровик! Тронь — сожжёт к Тёмным!

— Говорить о ней будут по другому поводу, — Риш вздохнул.

— Из-за брата твоего? Так он ж ребёнок. Сам говорил, что танец с ребёнком серьёзно не воспримут.

— Не воспримут, — Риш оторвал и закусил кончик листика.

— А чего тогда? — в недоумении оскалился Иррес.

— Я думал, что она сарена Ринара решила пригласить, — издалека начал Узээриш.

— Я тоже так сперва решил, — развеселился дух. — Думал, хочет на нём вместо дружка своего отыграться.

— Что ты говоришь? — возмутился господин Наэш. — Лиркая никогда не отыгрывалась на невиновных.

— А я всегда виноватый! — мигом вскинулся дух.

— И я бросился за ней, чтобы остановить, — продолжил хайнес, не обращая внимания на их перепалку.

Повисла тишина. Подселенец уставился на него, приоткрыв пасть и изумлённо вытаращив глаза.

— Ты бежал за ней? — недоверчиво переспросил Иррес.

— Не то что бы бежал… — с досадой протянул Риш.

Разинув пасть, подселенец разразился хриплым хохотом. Лирка вздрогнула и заозиралась.

— Ха-ха-ха, Наэш, ты слышал? — веселился дух. — Он бежал за ней! Ха-ха-ха!

Риш раздражённо прищурился. Впрочем, эта реакция была лучше той, на которую он надеялся.

— Веди себя тише! — рявкнула Лирка, и Иррес перешёл на задушенное и крайне мерзкое хихиканье.

— И теперь мне нужно как-то сказать ей об этом, — Риш посмотрел на женщину.

В обрамлении ветвей её лицо смотрелось как картина к раме.

— А ты хочешь сказать? — дух тут же перестал веселиться и насторожился.

— Предлагаешь ждать, когда кто-то другой скажет? — раздражённо отозвался хайнес. И, вздохнув, спросил: — Она меня опять ударит?

— Ну ты вроде хайнес, не должна, — нерешительно протянул Иррес. — Но она сейчас зла, так что… — он многозначительно умолк.

Его молчанием воспользовался господин Наэш.

— А что вы думаете по поводу случившегося? — аккуратно спросил он Сильнейшего.

— Я её сильно подставил, — признался Узээриш.

Подселенец почему-то хохотнул. Но