"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Яловецкий

я чувствую, как что-то внутри цепляется за эту его уверенность, и как между нами вдруг становится жарко. Адарис стоит так близко, что достаточно сделать полшага и его рука коснется моей. Я смотрю на его лицо, на эту твердую линию губ, на глаза цвета горного озера, где в глубине уже нет злости, только тревога, которая похожа на заботу, но он, конечно, не скажет этого вслух.

Адарис наклоняется ниже, так близко, что я вижу, как дрожит упавшая ресница на его щеке, как уголки губ слегка подрагивают от напряжения. Я тянусь к нему в ответ. Он следом выдыхает, сдаваясь самому себе, и в этот момент его губы касаются моих. Все внутри замирает, на миг исчезают все тревоги, треск огня, даже мой страх растворяется. Его поцелуй настойчивый, и я отвечаю, как будто ждала этого момента с самого утра. В его поцелуе есть обещание, что он не даст меня в обиду, и я позволяю себе поверить в это, прижаться к нему сильнее и остаться в этом ощущении, потому что сейчас рядом с ним мир кажется безопаснее, чем где бы то ни было.

Тишину кузницы режет пронзительный крик, доносящийся снаружи. Я вздрагиваю, отрываясь от губ Адариса.

— Оставайся здесь, я пойду разберусь, — быстро бросает он, уже делая шаг к двери.

— Я пойду с тобой, — говорю я, уже двигаясь к выходу, не обращая внимания на его недовольный взгляд. Внутри все собирается в тугой узел тревоги, потому что я не хочу сидеть в стороне.

Адарис смотрит на меня несколько секунд, пытаясь решить, стоит ли спорить, но затем выдыхает, сжимая пальцы в кулак.

— Ладно, только держись рядом и никуда не уходи.

Мы выбегаем из кузницы. Снаружи по гравийной тропинке уже бегут двое стражников, кто-то кричит, зовет лекаря. Я едва успеваю за Адарисом, как его рука ложится на мою спину, чтобы не потерять меня в спешке.

Мы сворачиваем за угол, и уже там я вижу, что у бокового входа во двор собралась небольшая толпа. Служанки сбились в кучу, кто-то в панике держится за голову, другая прижимает к себе маленькую девочку, пытаясь заслонить от происходящего.

В самом центре на камнях у стены, согнувшись, сидит Виена. Ее плечи дрожат, лицо побледнело, волосы выбились из хвоста и растрепаны, а под ногами темнеет лужица крови. К ней уже кто-то склонился — один из стражников осторожно говорит с ней, второй оглядывается по сторонам, в поисках виноватого.

Адарис подает мне знак стоять в стороне, сам быстро проходит сквозь толпу.

— Все в сторону, — произносит он и, не глядя ни на кого, осторожно касается плеча Виены. — Лекаря сюда. Быстро.

Только сейчас, когда толпа расступается, я замечаю, что из руки Виены торчит стрела, ее древко глубоко вошло в предплечье. Кровь струится по коже, пачкая белоснежный рукав. Лицо у нее бледное, губы едва заметно дрожат, взгляд уходит куда-то в сторону, в страхе посмотреть на нас.

Эзар быстро подходит ко мне, с напряженным взглядом, и сразу кладет руку мне на плечо.

— Все в порядке? — спрашивает он, внимательно осматривая меня с головы до ног, в поисках следов крови или ранения.

— Опять… — выдыхаю я, смотря на Виену, все еще зажатую между стражниками и женщинами. — Кто-то напал на эриду. Виена ранена. Это уже третий случай за последний месяц. Не понимаю, как такое вообще возможно.

Эзар переводит взгляд на Виену, затем на толпу, лицо его становится холодным, губы сжимаются в тонкую линию.

— Еще немного и скоро все это закончится, Элария, — произносит он с таким холодом, что по моей спине пробегает дрожь.

Я внутренне напрягаюсь, пытаясь понять, что он имеет в виду, но не успеваю спросить, потому что в этот момент к Виене уже подбегает лекарь. Он быстро бросается на колени, туго перетягивает ее руку выше раны и только после этого осторожно касается древка стрелы, проверяя, насколько глубоко оно вошло.

— Готовьтесь, сейчас будет больно, — бросает он Виене, и я вижу, как она сжимает зубы.

Адарис поднимается с колен и разворачивается к толпе.

— Кто видел, что произошло? — спрашивает он, оглядывая всех. — Откуда стреляли?

Вперед выходит служанка, с дрожащим от волнения платком в руке.

— Я стояла у входа, — быстро начинает она, избегая смотреть ему в глаза. — Видела, как хладница только вышла из замка и… вдруг что-то просвистело, и она упала, а потом уже кровь, стрела… Я не сразу поняла, откуда, но вроде из-за ворот… Снаружи кто-то стоял, наверное.

Пока Адарис расспрашивает ее дальше, я отхожу в сторону, чтобы поговорить с Эзаром, чувствуя, как сердце все еще стучит слишком быстро.

— Ты знаешь, что здесь происходит? — тихо спрашиваю я, наблюдая за стражниками, которые уже бегут к воротам.

Он качает головой, лицо его не меняется, только губы сжимаются в тонкую линию.

— Не знаю, — отвечает он, взгляд уходит куда-то сквозь меня, — но если мы и дальше будем это глотать, если позволим стрелять в наших, это никогда не закончится. Кто-то решил, что может убивать эридов безнаказанно. Видишь? Все стало возможным.

Виена тихо стонет, когда лекарь одним уверенным движением вынимает стрелу из ее руки. Я не замечаю, как Адарис уже оказывается рядом и берет меня за предплечье уводя в сторону от толпы.

— Идем, — произносит он негромко, но так, что спорить не хочется. — Не смотри. Нам здесь больше нечего делать.

Я еще оглядываюсь через плечо, вижу, как лекарь накладывает повязку, а стражник отгоняет толпу, но уже следую за Адарисом, потому что его шаги становятся стремительными и злыми. Мне приходится ускориться, чтобы не отстать. Мы сворачиваем за угол, заходим в арку в стене и оказываемся в коридоре, где никого нет.

— Ты куда? — спрашиваю я, пытаясь угнаться за его широким шагом.

— Надо поговорить, — бросает он коротко, и я не сразу понимаю, что он имеет в виду. — С братом.

***

Адарис открывает дверь резким движением, врывается внутрь, будто заранее знал, что Дариан будет именно здесь. В этой комнате спокойно. Стены обшиты деревом, пол устлан старым ковром, по полкам выстроились книги в переплетах, пахнет пыльной бумагой и кожей. Свет из маленького окна ложится полосой на стол, за которым сидит Дариан, склонившись над раскрытым томом. За его спиной стоит Далия, которая сливается с белоснежной тюлью.