Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

моря, голубая гладь неба, трава под ногами и береговой обрыв, на котором росла эта трава, – все состояло из подобных кубов. Демон, стоявший на обрыве, прикинул и решил, что часть ландшафта явная иллюзия. Мир был слишком большим даже для такой громады, как Грейбокс. И все-таки, несмотря на это, все внутри Легбы кричало о том, что этот странный мир множества островов, соединенных между собой повисшими в воздухе мостами, простирается на многие километры.

«Занятная штука, – отметил он. – Надо будет присмотреться к гиперам, когда с этим заданием будет покончено. Подобные фокусы в духе перекрестка».

– Ого! – раздалось тем временем позади Легбы.

Демон почти моментально развернулся, но уже во время движения распознал, что голос принадлежит Чену.

– Ага, – сказал он, рассматривая близнецов.

Мир изменил и их.

Собранные из кубов в странные человекоподобные силуэты, они стояли рядом друг с другом. Демон с опаской взглянул на собственное тело, но оно выглядело нормальным. Хотя не исключено, что братья тоже видят его сквозь призму физики данного мира.

– Кого-нибудь поймал? – спросил Вин.

– Если кого и поймали, то меня, – ответил Легба.

Демон еще раз кинул взгляд на лежащий перед ним мир. Искать здесь какие-либо следы – бесперспективно. Они могли потратить сотни часов и не найти ничего.

Эти же соображения каким-то образом уловил Чен или же сам успел подумать в схожем направлении.

– Вряд ли нам понадобится обойти все, – заметил он. – Гиперы любят шокировать открытыми пространствами, но все самое важное предпочитают хранить в каких-нибудь закутках.

– Как, например, в этом? – Вин указал на один из квадратов в земле.

Дерн в том месте был иного цвета, и, приглядевшись, Легба заметил, что границы участка от других отделяет небольшое углубление, достаточное для того, чтобы зацепить пальцами и приподнять.

– Может и в этом, – Чен подошел ближе. – Стоит проверить.

Демон присел и сунул пальцы в щель между квадратами. Рука тут же налилась холодом, кисть защипало. Квадрат легко поддался и пошел вверх – но от краев его к другим квадратам тянулась вязкая масса. Будто кто-то приклеил кусок дерна, но клей не успел застыть. Легба ухватился за квадрат второй рукой и с силой рванул его вверх, но ни с первой попытки, ни со второй не сумел оторвать – с одной стороны «клей» оформился в плотную резину, с другой – в черный непрозрачный целлофан с липкими белыми нитями, то ли жвачка, то ли паутина. То ли насмешка, то ли ловушка. Легба вздрогнул: показалось, что на него таращатся – не пойми откуда – глаза, россыпью. Маленькие, немигающие, на матовых квадратиках-липучках.

– Нужно разрезать ее, – пробормотал Вин. – У тебя же был с собой нож…

– Был, – Чен вытащил из кармана брусок, сложенный из кубиков серебристого цвета. – Но здесь он, как мы видим, бесполезен.

Легба фыркнул и, подтянув дерн к лицу, вцепился зубами в резину.

Один укус. Другой.

Что могут какие-то гиперы против демонских клыков? Превратить и их в свои дурацкие кубики? Как бы не так.

Резина сначала не поддавалась, потом начала рваться, хлестнула демона обрывками по щеке, но он, вместо того, чтобы зажмуриться и податься назад, наоборот сунулся ближе. Под квадратом виднелось чье-то лицо, собранное из совсем мелких квадратиков, черно-белых.

Острый подбородок.

Узкий нос с горбинкой.

Тонкие брови – одна выше другой.

Прищуренные глаза желтого цвета.

Несмотря на то, что портрет не отличался точностью – в этой инкарнации мира мало что ей отличалось – он очень живо передавал…Что именно?

Демон понял, что не может подобрать точное определение. Настроение? Мысль? Намерение? Да, скорее намерение. Обещание предпринять какие-то шаги. Несущие боль и страдание, но в то же время сулящие неизведанное, новое, сложное. Что-то, похожее на инициацию. Быть призванным заново – но уже со всем имеющимся багажом знаний об этом мире, подняться выше на ступеньку, сравняться с…

Тут квадрат наконец окончательно оторвался. Легба покачнулся, однако не потерял равновесие; извернувшись, отбросил кусок дерна в сторону и опять вернулся к портрету, чтобы тщательно рассмотреть его без мешающих клочков и тянущихся жил липкой субстанции. И не смог сдержать рычания.

Чен присвистнул:

– Когда это они успели?

Под свежевыдранным дерном не было и следа чужого портрета.

Только перекошенное от удивления и ярости лицо демона, даже не лицо – оскаленная морда, а за плечами у него – фигурки-близнецы. Одна из них собрана просто из мелких черных плиток, а вторая – из белой мозаики, на каждом кусочке которой виднелась выгравированная цифра.

Вин вздрогнул и схватился за лицо. Быстро ощупал нос, оттянул нижнюю губу, со всхлипом втянул воздух и принялся тереть глаза.

– Вин, ты… – Чен посмотрел на брата. Нет, хотел посмотреть. На месте квадратиков – белых с черной точкой – которые здесь обозначали глаза, виднелись черные провалы. Как будто кто-то вырвал их из лица Чена. Зато мозаичный Чен на фреске улыбался во весь рот и подмигивал. Попеременно. То правым глазом, то левым.

– Раздери их сеть! – Чен с осторожной беспомощностью водил перед собой руками, а брат, вместо того, чтобы помочь ему, продолжал судорожно ощупывать собственное лицо. Будто потерял связь…

– Точно! – Легба попытался переключиться в виртуал.

С первого раза не получилось – все те же квадратики до горизонта и шорох мозаики, которая повторяла за братьями все их жесты. Со второго раза, когда он отрубил слух и зрение – вышло.

Между братьями кинули заклинание-зеркалку, каждый из них страдал сам, но принимал свою боль за страдание второго. Демон потянулся к ним, чтобы распутать код, но тут снизу, из-под ног послышалось тихое, довольное хихиканье.

Легба вывалился обратно в мозаичный мир. Фреска превратилась в открытый люк, из которого выглядывал бледный растрепанный гипер с кривой ухмылкой. У него была расцарапана щека и заплыл фиолетовым левый глаз. Но – главное! – он состоял не из кубиков.

– Слышь, страхолюдина, – проговорил гипер. – Не желаете прогуляться по тропе смерти?

Если чего-то демон и желал, то не этого. Впрочем, Легба не мог определить другого выхода, кроме того, который открыл этот ухмыляющийся незнакомец.

– А разве у нас есть выбор? – озвучил эту мысль Легба.

– Конечно, – гипер степенно кивнул. – Выбор есть всегда. Например, все глубже и глубже встраиваться в местную реальность. Неплохое наказание для того, кто вздумал нападать на Привратника. Весь «Гипермир» это одобрил. У нас был бы ручной демон, который со временем, правда, стал бы напоминать кубик, но ведь это ничего, правда?

– А ты, значит, не такой, как все? – спросил Чен, повернув голову на звук. – Помочь нам хочешь?

– Да, я же добрый, сами убедитесь.