"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

иногда кривился, поскольку просьбы иногда оказывались… Даже не знаю, как и охарактеризовать… Почти неприличными своей незамутнённой простотой, но запретить давнюю традицию считал неправильным — имидж монарха, открытого для доступа любого жителя Империи, следовало поддерживать.

Елена Седьмая тоже отвлекалась на незапланированные аудиенции, а вот к Ханне ручеек просителей оказался настолько мал, что был ей совсем не в тягость. Ну, и хорошо! Супруга в последний день переживала, хватит ли доставленных во дворец экземпляров модного журнала, предназначенных для раздачи, но всё обошлось, и дворянки, и даже представительницы среднего сословия не были обделены.

***

Родители Юандра Дайодотосовича Кислякова относились к той породе людей, которые свою относительную незначительность пытались компенсировать эпатажем. Это у них, как я понял, наследственное, и даже вычурные имена предков по обеим линиям указывали на буквальную зависимость от общественного мнения. Если дедов звали Хэфэйст и Деукалайон, а бабушек — Аталэйнт и Коллистрэйт, то сей факт как-то должен отразиться на внуке. И отразилось: растранжирил имеющиеся у него средства на пустое, по мнению соседей-дворян, то есть на выращивание диковинных растений. Я мог бы согласиться, что потратить кучу денег лишь для того, чтобы любоваться на кактус, растущий у своего дома, — явный перебор в местных реалиях, но это оказалось мне на руку.

В результате, после соответствующего разговора со мной Кисляков получив в своё распоряжение почти бескрайние земли на которых развил такую активную деятельность, что оставалось только радоваться его незашоренности и готовности действовать. Да, мне приходилось иногда придерживать этого сорокалетнего холостяка, ибо он часто пытался бежать быстрее собственной тени. Эта существенная проблема решилась довольно изящно, а именно подбором менее рисковых помощников-агрономов, с которыми Юандр Дайодотосович был обязан считаться.

Я ещё зимой передал запас семян, привезённый предусмотрительной тётей Эйлиш, со строгим наказом не засевать все сразу и оставить не менее половины на следующий год. Теперь же выслушивал отчёт о проделанной работе и смотрел столбцы цифр, наглядно показывающие, что успешно взошло и созрело, а что оказалось потраченым почти впустую. К счастью, последнего оказалось мало, да и в этих случаях Кисляков божился и клялся в следующий раз учесть ошибки.

— Хорошо, — не стал я сильно распекать главного агронома. — У всех могут быть свои недочёты и промахи, а мы многого не знаем, поскольку стоим в самом начале неведомого. Но надеюсь, в будущем вы наберётесь опыта, и положительный результат не заставит себя ждать.

— Благодарю, мессер, за сие ободрение! — поклонился мужчина.

— Сейчас же хочу дать вам новое задание. В принципе, ничего сложного в нём нет, но, на мой взгляд, результат должен буквально изменить жизнь простого люда в России.

— И что же это? — подобрался агроном.

— Гречиха.

— Гречиха? — только моё присутствие удержало собеседника от гримасы.

— Именно так, Юандр Дайодотосович, — строго посмотрел я. — И настаиваю отнестись к этому поручению со всем тщанием. Если результат подтвердит мои смелые ожидания, а вы через пару-тройку лет составите подробные рекомендации земледельцам, как готовиться к посевной, как собирать и использовать зерно, то не исключено, что в будущем вам поставят памятник.

Реакция на мои слова была таковой, что я посчитал необходимым повториться:

— Это не шутка. Уверен, что гречка является очень полезной и в самое ближайшее время по популярности может догнать пшеницу, и уж точно опередит просо. Просто примите это.

— Как повелите, мессер, — поклонился Кисляков, но было видно, что к моему прогнозу он отнёсся со скепсисом.

— Теперь поговорим об овоще, который в Арелате называют patate, а я — сладким картофелем. Некоторое время тому назад наше министерство сельского хозяйства закупило в одной европейской державе семена некоторых культур. Так вот, патат и жёлтая морковь, выращиваемые на экспериментальных полях в течение двух лет, не показали каких-то значимых результатов, и были признаны министерскими агрономами бесперспективными. Что случилось с желудёвой тыквой и другими культурами мне неизвестно, и концы уже не найти.

Агроном весь превратился в слух.

— Семена патата и жёлтой моркови удалось разыскать в закромах министерства, но боюсь, из них мало что может вырасти. Мне следовало бы вспомнить о них раньше, но дела и заботы о более важных государственных вещах не дали сего сделать. Вот довольно свежие семена растения, которое я называю просто картофелем, а в Арелате кличут земляным яблоком. Оно является родственным патату и внешне довольно похож, но на вкус иной. Вам надлежит заняться их выращиванием. Теперь поведаю, почему министерские агрономы признали эти растения бесперспективными.

Если Кисляков до этого был просто внимательным, то сейчас мужчина даже перестал дышать.

— Хотя в европейских странах патат и земляное яблоко размножают семенами, на самом деле следует использовать клубни. Употреблять в пищу тоже следует эти же клубни, а не ягоды, которые довольно ядовиты. Запомнили?

— Да, мессер, — руки агронома лихорадочно задёргались в поисках блокнота и карандаша.

— Во время роста картофель следует окучивать хотя бы один раз и можно это делать не обязательно землёй, а обычными опилками. Я напишу сроки и прочие необходимые детали. Обратитесь к моему алхимику Оресту Неоновичу, и он подробно расскажет о таком явлении как повышенная кислотность почвы. К счастью, на тех землях, где вы работаете, такой неприятности нет, но знать всё равно необходимо, поскольку почти везде севернее столицы озвученная проблема имеется. И да, держать клубни следует в полной темноте и не допускать их позеленения ни в процессе роста, ни при хранении.

Мы ещё поговорили о сопутствующих проблемах, и я отпустил агронома с надеждой, что он ничего не перепутает по неопытности.

Глава 12

Я предполагал, что мои дядья и кузены вернутся в Империю ещё до нового года, поскольку им уж очень нравилось блистать на праздничных мероприятиях, но ошибся. Прибывший нарочный привёз известие, что в Жемайтии поздней весной намечается какой-то грандиозный праздник, и мои приглашённые туда родственнички предположили, что нет смысла возвращаться в Империю, дабы почти сразу же снова не отправляться в обратный путь.

Хм… Неплохая уловка. Вроде бы и всё решили сами, но и приличия соблюли, испросив государей-соправителей. Таких хитрецов ещё поискать! Мдя… Пришлось Елене Седьмой самой отвечать, что она дозволяет и прочее, и прочее. А как по мне, то век бы родственничков не видеть.

Поскольку я уже как-то подостыл к выступлению на очередной новогодний праздник, то переложил это дело на Ханну. А что? Ей надо набирать популярность в народе, а как