Путь Стража - Алвур

она колдует, даже разрушительные чары, её руки охватывает белый свет. У тебя такого и близко не наблюдается. Ты в этом плане больше похож на Морриган: у вас обоих ореол чар намного темнее.

— М-м-м-м… Никогда не замечал такого… И не слышал о том, чтобы вообще хоть кто-то о подобном говорил или слышал.

— Наверное, это просто дар Создателя! И не надо делать такое скептическое выражение лица!

— Хм… Скажи, а ты видела этот ореол до того как… Ну…

— Умерла? Я же… Умирала, верно?

— С чего ты вообще взяла, что ты умирала?

— Я… Помню кое-что. Не столько образы, сколько… Чувства. Это было словно падение в тёмную недвижимую воду. И чем глубже я погружалась, тем больше эта вода напоминала патоку — сложнее двигаться, думать и… Существовать. Ещё помню темноту, которая окутывала меня со всех сторон. А потом я увидела огромные ладони, что сжались вокруг меня, прогоняя темноту, даря тепло и спокойствие, понимание того, что всё будет хорошо. Тьма не сдавалась и несколько раз прорывалась сквозь их барьер, но всякий раз её прогоняли огромные руки. Потом я почувствовала, как меня куда-то тащит, словно бы несут… Обратно. А затем я очнулась.

— М-м-м-м… Да, невольно и поверишь в Создателя с такими-то видениями…

— Не столько в Создателя, сколько в его посланника… Или Вестника.

— А?

— Ну, ведь одна рука была вполне себе обычной, человеческой, а вторая очень сильно напоминала… Это.

Лелиана без отвращения, без гримасы или дрожи взяла меня за запястье правой руки и подняла её вверх. А я-то думал, что я забыл…

— Что это? — Склонила голову к плечу девушка.

— Рука, не видишь?

— Вижу, скорее, лапу зверя. Или чудной артефакт. Или химерологический протез. Или…

— Ладно-ладно, я понял, не совсем обычная рука. А на том что я маг и так сделал, мы не сойдёмся, да?

— Морриган сказала, что подобное образование за гранью её понимания, а уж магу из Круга и вовсе должно быть неподвластно.

— Много одна знает, — буркнул я. — Но здесь я всё же бессилен подробно объяснить, как так случилось. Стечение обстоятельств, пожалуй. Главное, что она всё же отросла. И прежде чем ты будешь кивать на Винн — она в своё время утверждала, что рука у меня потеряна безвозвратно. Как видишь, чародейка была не вполне права.

— Не чешется? — Лелиана начала ковырять между чешуек, прикрывавших костяшки.

— Знаешь, как-то не задумывался об этом… Но, если ты продолжишь… Я буду совсем не против…

Несмотря на то, что Лелиана была боевой девушкой, но она была всё же девушкой, и ногти у неё были несколько длиннее моих, хоть и короче того безобразия, что я видел на руках у многих дам в прошлой жизни. Проникая под чешуйки на руке, они задевали какие-то… Нервы? Не знаю точно, всё же времени, дабы изучить самого себя, особо не было, но было жуть как приятно. Прервал её Алистер, вынырнувший из-за нагромождения камней:

— О, Дайлен, ты… А… Кхм! Я, кажется, не вовремя. Зайду, пожалуй, в другой раз…

— А-а-а-алистер-р-р-р, — начав весьма мягко, под конец я перешёл на рык, — не подскажешь, почему у меня так сильно болят рёбра и спина? Будто кто-то большой и толстый на мне посидеть успел?

— Я не толстый! И вообще, ты просто отлежал себе всё.

— Прибью!

На счастье шустро юркнувшего обратно за камни Алистера, Лелиана всё ещё сидела на мне, а я это помнил, поэтому резко не дёргался, стремясь лишний раз не тревожить девушку и её раны. Убедившись, что слезать бард и не планирует, я слегка приподнял бровь:

— Что, защищаешь этого оболтуса?

— Ты его, конечно, не прибьёшь, но я не могу осудить Алистера… Слишком уж сильно. Вообще, то, что мы о тебе знаем, позволяет предположить, что устроенный здесь беспорядок — твоих рук дело.

— Беспорядок?

— Не заметил? Оглядись. Если что, то мы всё ещё в той же самой пещере.

Я чуть приподнялся на локтях, заставляя Лелиану съехать с живота на… Кхм. Не будем об этом. К тому же она завёрнута в одеяло, я её фигурку не вижу… Но это не мешает мне её вообразить! Я быстро завертел головой, отгоняя непрошенные мысли и образы, осматривая пещеру. Ну… Я бы и не догадался, что мы в той же самой пещере, столь разительно она отличалась от того, что было раньше: почти что голый потолок, с едва различимыми в темноте остатками сталактитов, пол, усеянный щебнем, крупными обломками всё тех же сталактитов и сталагмитов. То нагромождение камней, за которым скрылся Алистер, судя по всему, и вовсе было сформировано искусственно — уж больно оно по своей форме напоминало… Сферу. Будто бы кто-то укрылся барьером, а сверху на него насыпали кучу каменного мусора. Вот только, как оно держалось?

— Алистер говорил, что именно там они с Морриган укрылись от землетрясения. Когда обломков стало достаточно, Морриган что-то сделала со своим барьером, так что он стал быстро нагревать камни, отчего многие мелкие куски сплавились между собой и даже прилипли к крупным. Затем она их как-то остудила, сформировав таким образом этот… Это убежище.

— Но ведь быстро нагретый, а затем остужённый предмет становится очень хрупким…

— Я не специалист в этом, лучше тебе поговорить с Морриган. Да, и она на тебя очень зла, так что поговорить с ней тебе в любом случае придётся.

— Зла?

— Из-за этого, — Лелиана вновь подняла в воздух правую руку, слегка потреся. — Из-за этого, — девушка ткнула себе в плечо, чуть отпустив одеяло, из-за чего оно снова съехало, открывая вид на пропитанные кровью тряпки и рассеченные доспехи. — И из-за этого… Ой! — Лелиана обвела освободившейся рукой пещеру, отчего одеяло окончательно съехало с её плеч, открывая вид на всю печальную картину последствий для её тела. Нет, никакого шрама или голой груди я не увидел — всё было тщательно перемотано тряпками, которые Морриган готовила ещё в Редклифе в качестве бинтов. Однако сейчас, когда спала горячка боя и «отходняк» после него… Почти что пополам перерубленный доспех, смятый и разорванный в месте удара наплечник, лопнувшие ремешки креплений… Любому дураку понятно было, что человек, носивший этот доспех, должен был умереть после подобного удара. Однако же вот она, сидит, кутается в одеяло и печально всматривается в моё