Путь Стража - Алвур

разбираться тем, кто и зачем его послал. Когда я уже готов был поймать маленького зелёного духа, на мою вытянутую руку сел второй дух — тёмно-синего, почти чёрного цвета. Спустя несколько секунд его свечение потухло, а на моей руке, болтая ногами, сидела… Фея? Сантиметров тридцать в высоту, с серебристо-белыми волосами и светящимися крылышками.

— И чего это ты удумал? Не трогай сестрёнку, не то очень сильно пожалеешь.

— Ты кто?

— Пф. И ты ещё называешь себя духом? Да любой дух знает, кто перед ним находится.

— Я не любой, как видишь.

— Хмпф! Я дух Смерти, раз уж ты настолько беспомощен, что не способен почувствовать.

— Ага. Скажи ещё, что вон то — дух Жизни.

— Не скажу, раз сам догадался.

— Я о таких духах не слышал.

— А о том, что духи отображают аспекты бытия, слышал? Что заставляет тебя думать, что ты можешь существовать, а духи Жизни и Смерти нет? Никчёмный-никчёмный-никчёмный дух.

Её тонкий голос и вздёрнутый носик, а так же слегка раскосые глаза заставляли думать о чём угодно, но только не о текущей проблеме:

— Скажи «бака»?

— Хмпф! Вот ещё! С чего это я должна слушать твои команды?

— В переводе с одного языка «бака» означает «дурак». Подходит же?

— Бака-бака-бака! Хмпф. И правда, так намного проще и быстрее.

Это выглядело крайне мило. Сука, чем я занимаюсь…

— Так, стоп. Отложим веселье. Почему вы здесь объявились?

— Потому что то, что ты делаешь противоестественно. Её путь подошёл к концу, но ты упрямо пытаешься её оживить, не обладая нужными знаниями и силой. У тебя скорее получится бездумный кадавр, чем…

— Сестра, давай ей поможем?

Рука-лицо. Именно так отреагировала серебристая фея на подлетевшую к нам вторую, чьи волосы сияли золотистым светом. За собой она тащила душу Лелианы, которую посадила рядом со мной. Устроившись на коленях у души девушки, золотая фея стала наслаждаться поглаживаниями Лелианы по своей голове.

— Сестра, я тут вообще-то пытаюсь воспитательную беседу провести… И мы уже это обсуждали! Её время вышло! Мы не должны…

— Но в старуху-то ты братика позвала!

— Он… Вообще-то, там это было его решение! Я только собиралась её душу унести.

— Бе! Сестра бака! — Высунула язык золотоволосая, окончательно ломая мне психику.

— Так, стоп, что вы тут устроили⁈ У нас тут серьёзная история, а вы её ломаете.

— Серьёзная история? Тогда мы можем тебя покинуть, оставив тебя решать серьёзные проблемы, — резко успокоившись, кивнула золотистая.

— Я вообще не понимаю, как вы можете существовать и куда-то кого-то уносить! Есть же эти… Разломы между мирами, ведущие за Грань!

— Всё не так просто, как хотелось бы. Поверь, если бы вся проблема Тени решалась, как ты выразился, «разломами», мы бы занимались чем-то иным. То, что ты видел — это скорее проход в то место, которое предназначено для окончательного упокоения… Или сдерживания чрезмерно сильных сущностей. Туда отправлялись эльфы древности, туда должны были кануть забытые боги. Растворяясь в эфире их души смогли бы напитать силой мир и позволить новым душам рождаться в этом мире. Однако, произошло… Вот это, — серебристая обвела рукой окружающее пространство. — В результате, из-за действий одного эльфа, души не уходят за Грань, а проходят цикл перерождений в этом мире. Ты мог слышать о возрождённых людях — это тоже своего рода следствие, когда достаточно сильная душа возвращается в мир живых до тех пор, пока её не поймаем мы с сестрой. Или мы может отпустить её, пока она не исполнит свой долг. Такое тоже бывало. Когда над миром возникла Завеса, Грань стала почти недоступна.

— Более того, — вступила в разговор разомлевшая было златовласка. — Тот факт, что ты видел эти проходы, говорит лишь о том, что кто-то возомнил себя чересчур сильным или слишком обнаглел, в обход нас отправляя души за Грань.

— Почему вы вообще их туда уводите? Разве не проще это всё автоматизировать?

— Был бы ты духом — не задавал бы настолько глупых вопросов, братик, — фыркнула златовласка. — Смерть человека высвобождает энергию. Жизни и смерти, одновременно. Её мы и собираем, так же отправляя за Грань, питая эфир. Тысячелетия эта схема не давал сбоев, пока не так давно кто-то не пробил собой небо в Тени. Извне плеснула концентрация силы, а вовне утёк эфир.

Кулачок сереброволосой ударил по моей руке:

— Да, братик. Мы с сестрёнками тогда с ног сбились, перемещая энергию между планами и латая брешь! Некоторые из нас чуть не сгорели под взглядом Высшего!

— Я… Кхм… Извините.

— С тебя пряник! — Хором заявили мне феи. Вот и эти откуда-то знают… Рецепт пряников вспомнить что ли? Великая пряничная революция! Я отогнал от себя видения того, как здоровенные серокожие мужики поклоняются статуе пряника и спросил:

— Но причём тут в итоге Лелиана? И почему вы решили передо мной появиться?

— Правильнее спросить «причём тут Завеса», братик. Или Скверна. Или Тень. Все эти вещи нарушают естественный процесс бытия. Когда мы говорим о том, что цикл перерождения происходит в этом мире, мы говорим, что души не покидают его пределы и в его пределы не поступают новые. Лишь те, что уже были здесь. Души устают наблюдать одно и то же, пусть даже они растворяются в эфире. Им нужна смена обстановки, иначе наш мир скоро станет техногенным.

— А мы любим существовать, хотя и приносим смертным страдания. Но это тоже своего рода энергия…

— Я тут в итоге причём?

— Завесу необходимо уничтожить… Но не так, как хотят те, кто был здесь, открывая путь за Грань. Они не представляют уровень потрясений и разрушений от внезапного перемешивания планов Бытия между собой. К тому же, Тень сейчас скрывает, сдерживает и перерабатывает целое озеро Скверны. Очутись оно в реальном мире, и континент станет необитаемым!

— Точнее, его заполнят порождения тьмы и вурдалаки. А эти создания не имеют души в привычном понимании. Может быть для Бездны то, что заменяет их души и привычно, но не для нашего мира. Мы к этим осколкам даже прикоснуться не в состоянии, и их утягивает не за Грань, а в Бездну.

— Распутывание заклинания древнего эльфа должно стать постепенным, неспешным и максимально безболезненным для мира. Но перед этим надо будет очистить Тень от присутствующей в ней Скверны.

Золотая и серебряная