"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Яловецкий

за спину и стянуты веревками, плечи напряжены, в попытке их разорвать. Маски на нем нет, волосы растрепаны, на скуле темнеет след удара. Он смотрит прямо на меня, и от этого взгляда внутри все проваливается в пятки.

— Адарис…

Я тянусь к нему взглядом, забывая о холоде лезвия на шее.

Дояна сипло смеется за спиной.

— Не переживай, принц, — говорит она, и в ее словах слышится удовлетворение, а ладонь с ножом сильнее прижимается к моей коже. — Твоя хладница сегодня прольет кровь и без твоих угроз, она сделает ровно то, для чего была рождена.

— Отпусти ее! — голос Адариса срывается, становится хриплым, он подается вперед, насколько позволяют путы. — Мне не нужен трон, слышите? Я отказываюсь от всего, только отпустите ее, заберите все, что хотите, только не трогайте ее.

— Трон тебе и правда больше не понадобится.

Голос звучит спокойно и холодно.

Я поднимаю взгляд и только сейчас замечаю Хелмара, который стоит в другом конце комнаты у стола, опираясь ладонью о край. Свет лампы ложится на его лицо, подчеркивая сосредоточенность и странное удовлетворение в глазах.

Он делает шаг вперед, и взгляд его скользит по мне, затем по Адарису.

— Хладницу наследного принца кто-то убил, — говорит он ровно, поправляя край рукава, будто сообщает пустяк. — Далию. Она мертва. И теперь обряд слияния под угрозой.

— Вы думаете, это я? — вырывается у меня резко, голос срывается, я дергаюсь в хватке Дояны и пытаюсь подняться, но нож сильнее прижимается к горлу, заставляя снова опуститься на колени. — Я этого не делала, не я убивала ее.

Хелмар качает головой. Улыбка не сходит с лица. Он выпрямляется, скрещивая руки на груди и смотрит на меня оценивающе, как на вещь, которой можно распорядиться.

— Конечно, не ты, — отвечает он так же спокойно. — Это сделал твой господин, Адарис. Ему выгодно, чтобы Дариан в этот день остался без хладницы, без обряда слияния и без трона, который он так стремится отобрать. Он подстроил все, чтобы ослабить брата. А теперь мы сделаем так, что его план обернется против него самого.

— Не слушай их, Элария, — рычит Адарис, дергаясь так резко, что веревки скрипят от натяжения. — Я не убивал Далию. Даже думать так не смей. Я бы не сделал этого. Никогда.

— Вы лжете, — вырывается у меня, и взгляд срывается с него к Хелмару, к его спокойной, выверенной улыбке. — Это все ложь. Вы просто ищете виноватого, чтобы свалить все на него, чтобы вам никто не мешал делать то, что вы задумали.

Дояна тянет меня за волосы, заставляя поднять голову. Внутри поднимается злость на их холодную уверенность, на эту игру, где мы всего лишь пешки. Вижу, как у Адариса дрожат руки от ярости и бессилия.

— Если бы я хотел кому-то навредить, — говорит он, глядя прямо на Хелмара, — я бы не стал делать это так. И не втягивайте сюда Эларию. Она ни при чем.

— Если ты убил хладницу своего брата, — произносит советник. — Мы заберем хладницу у тебя, Адарис. Таков порядок. Таков наш ответ.

Слова падают тяжело, и смысл доходит не сразу. Заберут. Меня.

— Нет, — Адарис резко дергается, стул с глухим скрежетом сдвигается по камню. — Нет. Не смейте ее трогать! Слышишь меня, Хелмар? — рычит он. — Не смейте. Возьмите меня. Делайте со мной что угодно. Но ее не трогайте!

Советник спокойно смотрит на него, слегка склоняя голову, оценивая масштаб ярости, которую только что вызвал.

— Не беспокойтесь, — говорит он, приподнимая брови, словно сообщает что-то совершенно обыденное. — Она останется жива. Просто теперь мы сделаем ее частью трона Дариана.

Я замираю на миг, чувствуя, как внутри все вспыхивает от его слов. Они хотят сделать из меня хладницу Дариана, забрать у Адариса, слить меня с ним насильно, чтобы трон был их. Эта мысль бьет, как удар в живот, заставляя внутри все кипеть от злости, потому что я не вещь, которую можно передавать, как кубок на пиру, и этот нож у горла только усиливает эту ярость, заставляя тело напрягаться, готовое драться, и я думаю, что если они попробуют, то я укушу, расцарапаю, сделаю все, чтобы не дать им сделать это.

Дверь распахивается с резким скрипом, и в комнату двое стражников вталкивают Дариана. Он замирает на пороге, взгляд сразу выхватывает меня в руках Дояны, затем скользит к связанному Адарису с растрепанными волосами и отчаянным, звериным лицом.

— Что вы творите?! — его голос звучит иначе, чем обычно. В нем нет ни мягкости, ни привычной сдержанности, только потрясение и паника. — Почему она на полу? Уберите нож. Немедленно.

— Не переживайте, Ваше Высочество, — Хелмар медленно поворачивается к нему и одним движением поправляет перстень на указательном пальце. — Вашу хладницу убили, но мы нашли вам новую. Обряд слияния состоится. Просто следуйте плану, и все будет в порядке. Трон ждет вас с новой силой.

— Нет! — вырывается у меня резко. Я дергаюсь в хватке Дояны, пытаюсь подняться, но нож прижимается сильнее, так что я чувствую, как капелька крови стекает вниз по ключице.

Ненависть накрывает сразу. К Дояне с ее ножом. К Хелмару с его спокойной улыбкой. Эта злость толкает говорить громче.

— Я хладница Адариса! — кричу я, не отводя взгляда. — Вы не заставите меня. Я не вещь, чтобы перекидывать от одного к другому. Отпустите меня, или я закричу так, что весь зал услышит. Ваш план рухнет, потому что я не сломаюсь так, как вы хотите.

— Халевир, вы сошли с ума, — говорит Дариан глухо, с трудом удерживая голос ровным. — Я не позволю этого. Я не просил о таком. Я не приму корону такой ценой. Уберите от нее нож. Сейчас же.

— Это для вашего же блага, Ваше Высочество. Вам нужна хладница, чтобы короноваться. Без обряда слияния трон останется пустым, а порядок — под угрозой. А вашему брату хладница не нужна. Если у него ее не будет, он не сможет короноваться. Мы решим сразу две задачи. Заберем ее у него и сделаем вашей.

Слова падают одно за другим, как камни.

— Нет… — Дариан рассеянно качает головой, не веря услышанному. — Это не решение. Это насилие.

— Это власть, — строго констатирует Хелмар. — И порядок.