Фантастика 2026-90 - Василий Седой

сама. Сумеет — хорошо, а нет — будут проблемы. Сегодня она не любит природу, а завтра может счесть уборку недостойным занятием для наследницы городничего Вязьмы. Что ж… В последнем случае я сама подам дисциплинарный рапорт на её имя.

Кадровая перестановка в группах — дело внутреннее. Полковник Минусинский даже вникать не стал, почему вдруг курсантка Вяземская освобождена от поездок к датчикам. В журнале инцидентов напротив первого дня стоял нолик, остальное не его проблемы.

А вот Ярослав на ноль не купился. Он сразу просёк, почему вдруг его лучший друг на вид чуть краше зомби, однако спрашивать не стал. По крайней мере, у меня. Думаю, они с Йером закрыли эту тему в частном порядке.

Я зашла в кабинет дежурного офицера незадолго до отбоя. Группа Красноярского два часа как вернулась из патруля, и сейчас Яр методично заполнял журналы, щёлкая стилусом по интерактивной столешнице. Занятие скучное и времени отъедает порядочно, но его не избежать. Военный бюрократизм неистребимый зверь, волком бы его выгрызть!

— И как это понимать, Тобольская? — поинтересовался он, стоило мне озвучить идею сольного патруля.

— В исключительных случаях у подпоручика есть такое право. — Положив на стол планшет с открытым документом, подвинула его на подпись. — Теперь я намерена им воспользоваться.

Красноярский не шелохнулся.

— Мой ответ: нет.

— Это не предложение, это доклад о принятом решении. Всё строго по уставу. Подпоручик Тобольская считает патрулирование в одиночку оптимальным для выполнения поставленных задач. Угрозы оценивает как минимальные, в поддержке не нуждается.

— Формально — да, право у тебя есть. Но я предлагаю другой вариант. — Яр провёл пальцем по столешнице, и над ней вспыхнула голографическая проекция списка личного состава его группы. — Возьми одного из них. Любого, кроме Владивостокской.

— Позволь отказаться, — я даже не взглянула на список. — В таком случае в твоей группе останется семь человек, а в моей станет девять. Извини, но мне хочется выиграть справедливо, а не потому что вы оказались в заведомо слабой позиции. В поддавки я не играю.

Яр со свистом выдохнул и откинулся на спинку кресла.

— Я не даю тебе форы. В журнале пусто, но мы оба знаем, что моя группа сейчас впереди со счётом два-ноль. Тенденция наметилась.

— Главное не старт, а финиш, — важно изрекла я. — Перед тобой псионик шестого ранга. Мне здесь бояться почти некого, ты сам это прекрасно знаешь. Большинство стихийных тварей на склонах Чанбайшаня владеют только одним видом эссенции, для меня они не опаснее комнатной собачки, а психокинез вытащит из любой заварушки. Тем более, если мне не придётся сдерживать силы.

— Вася, — имя прозвучало как предупреждение.

— Подпоручик Василиса Анатольевна Тобольская, — поправила его. — Ты старше меня по званию, Красноярский, но формально наш статус в системе прав и обязанностей ВС ВКР идентичен. Должность одна — командир группы. Поэтому ставь подпись, и я пойду.

— Должность одна, но отвечаю за всех я. Меньше всего мне надо, чтобы кто-то из вас пострадал. Йера хватило за глаза.

Стоило догадаться, что разговор пойдёт не по сценарию. Как тут не вспомнить их с Алёной ночной разговор? Ярослав категорически не хочет, чтобы со мной «что-нибудь произошло» не только как старший по званию.

Шагнув ближе, я опёрлась ладонями о столешницу с его стороны, нагло вторгаясь в личное пространство.

— Не драматизируй, Яр. Я не только сильный псионик, я — лидер курса, бывший председатель, капитан «Львов» и командир группы. Такие граждане в особом отношении не нуждаются.

— Люди не одиночки, Василиса. Какими бы сильными ни были. У тебя есть товарищи, и даже если они будут молчать — они рядом. Это поважнее регалий.

— То же самое применимо к тебе, — сказала уже не так воинственно. — С патрулями я справлюсь, но если станет спокойнее — готова быть на связи.

Красноярский смотрел на меня несколько долгих секунд. Размышлял и взвешивал. В серых глазах мелькнула усталость и что-то еще, чему я не сразу нашла название. Похоже на беспокойство.

— Каждые три часа, — ответил он.

— Четыре.

— Три с половиной. И если что-то пойдёт не так, я узнаю об этом не из журнала происшествий. И уж точно не из трёпа Йера. Его версии интересно слушать, но сколько в них правды — вопрос на засыпку.

Что ж, разумная предосторожность. Придраться не к чему, сама бы поступила так же.

— Спасибо.

Я забрала планшет сразу, как только Яр поставил свою подпись в графе «Возраженiй нѣтъ». Без этой маленькой детали, увы, не обойтись на случай, если у Камышловского возникнут вопросы.

— Пока справляешься с работой, можешь оставить в казарме вообще всю группу, — с сарказмом добавил Яр.

— Не могу, — невольно улыбнулась я. — В одиночку мне физически не хватит времени объехать все тридцать две точки до захода солнца и потом…

— Тебя проклянут свои же, — закончил он.

Поднявшись с кресла, блондинка привалился к столешнице рядом со мной. В голографических экранах мелькали строчки кода, похожие на звездные карты. К журналам возвращаться не торопился. А я не торопилась уходить, хотя в казарме сейчас весело — ребята рассказывают о сегодняшнем патруле и делятся впечатлениями.

Рихард с Наташей наткнулись на стаю из семи земляных енотовидных собак третьего ранга и выкосили их под ноль, а Роман с Алёной завалили рысь.

— Всё, больше никаких движений кадрового состава, — вырешил Яр. — Лимит исчерпан. Сперва перевод Владивостокской, теперь снятая с патрулей Вяземская… А прошло всего три дня.

— Целых три, попрошу.

— Это, конечно, меняет всё.

Взяв прядь моих волос, выбившуюся из вечно небрежного пучка, Яр беспардонно заправил её за ухо. Таким простым жестом, будто это самая естественная вещь в наших отношениях. Я замерла, но задуматься себе не позволила, а то ещё сделаю какую-нибудь глупость. Например, спрошу, где здесь заканчивается долг и начинается личное. Не хотелось разрушать момент.

— Кстати, — сказала, чтобы заполнить тишину, — не успела поблагодарить тебя вчера. За Алёну. Не знаю, по какой причине ты поменял её на Аню, наверное, это секрет, но спасибо. И от меня, и от моих ребят, которым теперь не придётся убирать казарму. Половина из них предпочла бы встречу с водяным волком, нежели с ведром и тряпкой.

Парень скосил на меня взгляд:

— Да, секрет. Тебя это беспокоит?

— Нет. Просто любопытно.

—