"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

— Если быть точнее, — ответил Эдвард спокойно, — то мать.

— Как маг к магу, значит… — с задумчивым прищуром протянула Ижен. — Отлично. Могу сказать, что это было занимательное представление. Меня порадовала и твоя младшая сестричка, которая оказалась довольно стойкой. Да и ее умение заставлять окружающих людей действовать ради твоего блага довольно полезное. С таким умением да в политику бы…

— Я уже могу идти? — неожиданно спросил Эдвард, явно осознавая, что Ижен в этой комнате он был уже не нужен.

Женщина взглянула на молодого юношу у дверей и, махнув ему рукой, беззаботно ответила:

— Конечно. Только не забудь потом написать мне объяснительную.

— Какую объяснительную?

— Как какую? Ту, в которой есть подробное повествование твоих переговоров и ухищрений ради бронирования целой ледяной башни на несколько дней.

Holname

Тяжело жить, когда ты сорокалетний, а тебя принимают за лоли 3

1. Долгожданная встреча

Перед глазами постепенно меркло. Стараясь сохранять остатки сознания и самообладания, Вивьен размышляла о своей жизни. Она вспоминала детство, юношество. Вспоминала семью и друзей в академии. Товарищей в отряде и все их последние посиделки. Казалось, будто еще недавно все они сидели у костра и обсуждали то, чем будут заниматься после завершения войны. А теперь она, единственная выжившая во всем отряде, висела прикованная к стене и ожидала своего часа.

«Я была главой отряда, — размышляла Вивьен, опустив голову, — я приказала им стоять до последнего, и я подписала им смертный приговор».

Перед глазами был виден лишь каменный пол, на котором в небольших расщелинах между камнями виднелись личинки различных насекомых и собственная засохшая кровь.

Тело Вивьен было настолько измучено этим заключением, что вот-вот могло сдаться. Она ощущала лишь покалывающую дрожь в кончиках пальцев, но совсем не могла двигать ни руками, подвешенными к стене справа и слева от нее, ни ногами, безвольно болтавшимися над полом. Глубокие раны, оставленные размашистыми ударами хлыста, были наспех обработаны какой-то вонючей зеленой мазью, которая никак не помогала их заживлять, но и не позволяла им загноиться. Нос был разбит, кровь на нем была размазанной и засохшей. От левой щеки и до ключицы тянулся большой синяк, полученный во время одного из побоев. Из одежды, некогда имевшей темно-синий цвет военной формы, на ней остались лишь порванные на коленях штаны и грязные бинты, перематывавшие ее грудь.

«Кажется, теперь я понимаю, о чем говорила мать. Я не была еще готова к тому, чтобы управлять кем-то. Я полагалась на собственную выносливость, особо не беря в расчет силы остальных».

На губах Вивьен появилась насмешливая улыбка. Отчего-то она вспомнила свое прощание с семьей перед ее отбытием на войну. Слова матери, которая говорила ей о том, что Вивьен еще не готова к командованию, только сейчас начали приобретать особый смысл.

«И пусть даже в той ситуации, в которой оказался весь наш отряд, у нас не было ничего иного, кроме как стоять на смерть, ответственность за этот приказ лежит на моих плечах. И вот теперь я, командир, одна из сильнейших во всем отряде, жива, а все остальные умерли либо во время сражения, либо во время пыток этих гадов».

Насмешливая улыбка превратилась в печальную. По щекам покатились слезы. Казалось, будто от этого, глаза, и без того видевшие все расплывчато, начали видеть еще хуже. Огибая женское лицо, слезы скатывались к подбородку и падали с него на пол.

«Я так больше не могу».

Вивьен закрыла глаза, окончательно отказываясь от всех своих попыток сохранить сознание, но неожиданно услышала рядом с собой шорох. Прозвучал тихий стук, подобный прыжку с какой-то невысокой платформы.

Встревоженная этим Вивьен открыла глаза и увидела в своей камере Сильвию. Девочка появилась внезапно и, словно из ниоткуда. На ее бледном, уставшем лице было заметно удивление, подобное удивлению, которое сейчас испытывала и сама Вивьен.

— Сильв… — сорвалось с губ старшей сестры.

— А вот и ты, — протянула Сильвия, начиная улыбаться, — радость моя. Живая? — Сильвия слегка наклонилась влево, а затем вправо, осматривая тело Вивьен со всех ракурсов. — Руки, ноги, вроде, на месте.

— Сильвия… — повторила Вивьен шокировано. Глаза ее расширились в изумлении. — У меня галлюцинации?

Сильвия насмешливо улыбнулась и подошла ближе. Совершенно спокойным беззаботным голосом она ответила:

— Если все твои галлюцинации проходят с моим участием, тогда я польщена.

Вивьен молчала. Все происходящее казалось ей сном, в который она погрузилась сразу после того, как отказалась от любой надежды.

Сильвия подошла вплотную и, разведя одновременно правую и левые руки, потянулась к оковам Вивьен.

— Давай-ка мы снимем это с тебя, — произнесла девочка, прижимаясь еще сильнее, — хорошо?

От Сильвии приятно пахло, хотя, возможно, так могло показаться только тому, кто все последние дни находился в одной темнице с трупами. Только лишь когда смысл слов Сильвии дошел до сознания Вивьен, она ответила:

— Не получится. Эти оковы специа…

Сильвия прикоснулась к оковам и резко выпустила свою ауру. В тот же миг Вивьен ощутила слабость. Тело ее повалилось вперед, прямо на сестру. Прозвучал громкий стук падения металлических оков на пол.

Сильвия, только и ожидавшая этого, подхватила Вивьен и крепко прижала к себе. Вивьен молчала. Ее подбородок лежал на плече девочки, так крепко и заботливо обнимавшей ее. Только в этот момент до Вивьен начало доходить, что все это было не сном.

— Как ты… — непонимающе протянула Вивьен.

Сильвия улыбнулась. Отстранив от себя сестру, но все еще удерживая ее за плечи, она радостно ответила:

— Не поверишь. Я уже спец по части уничтожения таких штук.

Вивьен ничего не ответила, а лишь продолжила смотреть на такую знакомую, и в то же время уже такую взрослую по сравнению с воспоминаниями из прошлого девочку.

В то же время Сильвия как-то задумчиво перевела взгляд на оковы, рухнувшие вниз. Материал, из которого были сделаны эти цепи, был действительно похож на тот, которым ее еще недавно сдерживали на суде. Разница была лишь в одном: величина креплений и твердость самого материала.

На свои собственные оковы Сильвия оказывала лишь небольшое давление ауры несколько дней подряд, а вот на оковы Вивьен ей пришлось потратить в одно мгновение большую часть оставшихся сил. Как итог, эти оковы лишь разъединились в местах скрепления, но сохранили свою форму.

— Ладно, — произнесла Сильвия, вновь переводя взгляд на