Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

экономии времени Аринаш заночует у Мирона, а я сгоняю в усадьбу и соберу вещички. Мне спать надоело до чёртиков, потом ещё голова побаливает. Видать, предупреждения Васи о последствиях злоупотребления антисомнусом были не беспочвенны.

Глава 22. Не летите, дети, сигналы искать...

Запись 103.

Коперник сонно и лениво раскидывал лучи по небу, когда мы наблюдали за тем, как открывались наружу ворота трюмного отсека. Теперь можно вылетать. Мирон и Аринаш устроились сзади, а я не без внутреннего трепета села за штурвал. Эх, детство, наивная весёлая пора, когда ты искренне веришь в собственное бессмертие и в нерушимость своего мира, а потом ты уходишь из школы, затем вслед за родителями пропадают Шарлотта и Алиса, а после ты сама попадаешь на Сомниатор, начинаешь драться за свою жизнь, убивать, калечить, а каждое твоё слово определяет, что с тобой станет на следующий день, если он наступит. Жизнь такая странная штука.

Мы могли бы вылететь ещё ночью, но Мирону и Аринаш нужно было хоть чуть-чуть поспать, а дремать во время полёта они отказались наотрез: Мирон не мог себе такого позволить ввиду профессионализма несостоявшегося капитана неокорабля, а Аринаш хотела видеть всё. Впрочем, мне тоже не очень нравилось летать ночью: нельзя музыку включать — услышат, идентифицируют и в детдом. Потом в колонию для несовершеннолетних. Два моих детских кошмара.

Мне же просто не хотелось, чтобы нас заметили местные. Но если сводки Васи верны и никто не хочет находиться вблизи места сражения, значит, нас просто будет некому замечать.

— Здравствуйте! Вас приветствует Рони, желаете включить автопилот и лететь по заданной координате? — очнулся ото сна искусственный интеллект.

— Здрасьте, идите лесом, поведу сама, — ответила я. Эта Рони достала меня ещё во время ремонта, заявляя, что двигатели неисправны, хотя Камень утверждал обратное. Моя Сорока отлично знала, что перечить мне нельзя, надо только заткнуться и включить мне музыку. Всё. Дети нервные, вдруг ещё убьют. Я, в общем-то, и не хотела, чтобы машины были прям уж такими умными: начнут качать права насчёт рациональности и зачем им люди, а мы далеко не всегда сообразуемся с понятиями логики, причинно-следственной связи и прочего, иначе бы фантазёров, грезящих о других мирах, не было. Машины просто пока не могут понять людей, поэтому лучше и не быть умными: сойдут с ума и перегорят. С нами бы они точно не выжили.

Ставшая податливой Сорока поднялась в воздух, и вскоре "Вереск" остался внизу. Аринаш радостно завизжала, а Мирон стал поглядывать на мои руки, работавшие с рычагами, кнопками, штурвалом.

— Сорока достаточно проста в эксплуатации, даже дети могут на ней летать, — пояснила я.

Мирон всё равно мне не поверил.

— Да ты чёртов вундеркинд! И о тебе не говорили по вещанию!..

— Говорили, — прервала его я, — как о подростке с ярко выраженными девиантными наклонностями и поэтому являющимся опасным для общества, но это было давно и мне было плевать, просто кто-то раздул из этого историю. Я не какая-нибудь маньячка, мне просто не хотелось, чтобы люди мыслили шаблонами и не смотрели на небо. Собственно, из школы я ушла, потому что пришлось драться с толпой, которая была готова меня разорвать. А единственный взрослый человек там просто боялся поднять голову, чтобы не загреметь в сам-знаешь-куда.

— Да ладно вам философствовать, точно мы сейчас мудрецы, — прервала нас Аринаш, — а лучше посмотрите, как прекрасен этот мир, как чудесно ещё одно утро, которое мы можем наблюдать задаром, просто потому что живём здесь и сейчас!

Да, девушка была права: пейзаж был чудесен. Эх, на планере трудно подняться так высоко, за облака, не задыхаясь, а тут ты под надёжным стеклопластиковым куполом. Что ж, разговоры и вправду были лишними.

— Рони, включи музыку, — тихо, но чётко попросила я. — Установи соединение с моим наушником.

Только мои друзья испытали всю прелесть полёта на Сороке со мной, как меня снова вышибло из равновесия: в голове раздались звуки помех.

— Вася? Это ты? Эй, ученье — свет, Вася? — кричала в мыслях я по каналу П-рации, но мне в ответ снова были помехи.

"Головой ударился!" — испуганно мелькнуло в моей голове.

— Вась?

— Да-да, Лу, что случилось? — наконец раздался желанный голос.

— Ой, Вася, это у тебя там помехи были? Я просто... — "за рулём", хотела я подумать, но вовремя вспомнила, что меня вообще-то никуда не отпускали, — отдохнуть хотела, а тут в ушах...

— Нет. Я ничего не слышал. Ты уверена, что это от моего канала, а не от... — голос замолчал, словно боясь, — Рэдрика? Он вроде бы отключён, но если передатчик уцелел...

Я поднесла Камень к виску. В эту же секунду снова раздались помехи, мне даже показалось, что кто-то пытался произнести моё имя.

— Ты сейчас в усадьбе Шарлотты? — спросил тем временем Вася.

— Да, — солгала я и взглянула в синий слайд.

Ледяной поток пробежал по моему позвоночнику, волосы словно покрылись инеем, даже голос Васи в голове заморозился от ужаса: помехи были с канала Рэдрика.

Кто-то по его рации пытался достучаться до меня.

— Лу, Лу, что там? — снова спросил Вася. — Если ты собралась действовать, лучше останься в усадьбе. Прости, что не поговорил с тобой по-человечески, мне не стоило впадать в упадническое состояние, и лекарство сработало не сразу. Я сейчас в Аустершене, с архипелага Вечности пришлось уйти. Мой Камень зафиксировал в соседнем районе возле материка странную аномалию, которая может быть опасна для жизни человека. Её природа пока не опознана. Из-за сама-знаешь-чего у нас не было возможности найти средства на подробное изучение подобных явлений, вдобавок это связано с каппа-лучами и слишком опасно. Ты знаешь, откуда помехи?

— Помехи были от твоего канала... Наверное, это последствия твоей аномалии. И я вовсе не собиралась... куда-то лететь. Я сейчас вообще не летаю, у меня всякие фобии в последнее время. Не переживай за меня, я просто насторожилась лишний раз. Удачи тебе! Конец связи... И я в усадьбе Шарлотты вместе с Аринаш и Мироном, они там тоже отдохнуть хотели после бессонных ночей, так что и Мирона пока не тыркай, хорошо?

— Ладно, Лу... — недоверчиво попрощался Вася и отключился.

Мои пальцы медленно разжались, Камень скользнул на своё обычное место.

— Лу, штурвал! — раздался голос Мирона.

Я очнулась и выровняла полёт.

Впервые