Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

заметно ближе. В сарае стоял чёрный пёс с узкой мордой добермана и рыжими подпалинами на мускулистом теле. Рядом чесал ухо задней лапой толстый сенбернар с обритой головой, а поодаль из угла косил карими глазами рыжий пудель.

— Хорош, — подумал Столбик, он впервые видел пацана в собачьем обличье, — породистый. Зачем дураку понадобилось из дому от полной миски сбегать?

— Надоело плюшевой игрушкой быть, — мысленно же откликнулся Арчи, а доберман вздрогнул. Он так давно не перекидывался в пса, что напрочь позабыл, каково это – слышать чужие мысли, — тискают, целуют, расчёсывают, тьфу – гадость.

— Пошли, что ли? – протянул Шляпочка, — как договаривались? Я пробегусь по Пригороду.

— Да, — мотнул мордой доберман, — я беру на себя центр города и Набережную с обеих сторон Алтанки, а тебе остаётся Залиния и Жареный бугор, — последнее относилось уже к Арчи.

— Там бродячих шавок полно, — в мыслеречи звучали капризные нотки хозяйкиного любимца, — вдруг задерут?

— В человечьем виде драться не боишься, — оскалил хищно зубы Столбик, — а в истинном – струсил? У тебя ж клыки не хуже, чем у других. Припечёт – ноги уноси. И не в коем случае к владельцу «Шевроле» не лезь. Фёдор не сказал, в чём там дело, но предупредил, что очень с опасным типом встретиться можем.

— Ладно, — энтузиазма в голосе пуделя заметно поубавилось, — если найду, что делать.

— Меня найти. Я сам доложу, — ответил Столбик, — ну, всё, парни, вперёд!

Глава 6 СЕРЫЙ, ДА СЕРЫЙ!

Столбик рванул с места, ему страшно хотелось первому найти автомобиль, который так необходим чародейке и Фёдору. Он пробежал по железнодорожным путям под перекидным мостом, лихо проскочив прямо перед маневровым тепловозом, резким гудком пытавшимся вспугнуть нахального пса, и пролез под железными воротами. Город выглядел привычно и непривычно одновременно: собачьи воспоминания нахлынули, угрожая вытеснить сознание, но доберман гордо пробежал мимо помеченного по крайней мере пятью собаками дерева и потрусил по краю тротуара в сторону вокзала. При этом он внимательно осматривал автомобили возле супермаркетов, маленьких магазинчиков, организаций, да и просто жилых домов. Пока ничего похожего на искомый внедорожник ему не попадалось. На привокзальной площади вокруг сквера с памятником какому-то царю, Столбик никогда не был силён по части истории государства Российского, стояли авто. «Шевроле» тёмно-красного цвета», — повторял про себя доберман, но тут до него дошла ужасающая истина: все машины были либо белого, либо разных оттенков серого цвета. Став собакой, он потерял способность различать цвета, мир поблек, выцвел, стал здорово напоминать чёрно-белый фильм, который однажды показывали по телевизору у Ленки – подруги безвременно почившего оборотца Лобзика.

— Всюду серый, да серый! – раздражённо подумал он, пробегая мимо ног ожидающих пассажиров таксистов, — непредвиденные сложности.

У привокзального кафе со странным названием «Уралочка» был припаркован «Шевроле», только автомобиль этот был чистого белого цвета. Столбику хотелось сплюнуть с досады, но собачья ипостась не позволила сделать этого. От длительного бега по солнцепёку здорово тянуло попить, а вода из лужи не показалась достаточно привлекательной. Он подбежал к автомобилю и задумался: должно же быть нечто, что отличает этот роскошный внедорожник от всех остальных его собратьев, которым не посчастливилось родиться столь большими и величественными. Шины? Ничего особенного, запах резины, пыли с лёгкой ноткой навоза. Не иначе, как белоснежный красавец возит в себе фермера. Выхлоп – самый обычный, ничем не примечательная вонь сгоревшего бензина. А вот масло, любопытненько. Пёс подлез под авто и принюхался, стараясь вычленить запах масла из смеси запаха мостики и разогретого на солнце асфальта. И, действительно, масло «Шевроле» пахло по-другому: в нос буквально лез запах, сильно смахивающий на запах свежей краски. Похоже воняло в Ленкином подъезде, когда делали ремонт и выкрасили панели. Столбик принюхался повнимательнее. Нет, не совсем краска, точнее, совсем не краска, но что-то похожее, химическое, резкое, от чего так и тянет чихать. Вот и отлично! Такое не пропустишь.

— А ну прочь отсюда! – под автомобиль заглянуло красное озлобленное лицо с суточной щетиной на щеках, — пшёл, кобель. Попробуй только нассать на мой автомобиль! Я с тебя шкуру голыми руками спущу и на бампере сушиться развешу.

В Столбика полетел смятый пластиковый стаканчик. Он сперва даже чуток струхнул по прежней собачьей привычке, потом взял себя в руки и с достоинством вылез с противоположной от небритого стороны. Тот попытался пнуть непрошенного гостя, но доберман проигнорировал агрессию в свой адрес и, не оглядываясь, поспешил прочь. Улица за улицей, переулок за переулком он обследовал свой участок, но кроме белоснежного фермерского красавца ни одного припаркованного на улице «Шевроле» ему найти не посчастливилось. Гаражи, — мелькнуло в голове, пока он справлял нужду в маленьком проходе за гаражами, вытянувшимися вдоль железнодорожной линии, — авто вовсе не обязательно будет стоять под открытым небом, предмет их поиска запросто может прятаться за запертой дверью. Тут помогло чутьё. Вблизи ничем похожим на насыщенный узнаваемый запах масла из фермерского «Юккона» даже не пахло. «Дешёвки», — сделал вывод пёс, резко выдыхая запахи недорогого бензина и какой-то едучей дряни, которая в изобилии встречалась вдоль железной дороги. Знакомая мягкая струя с отблеском оливкового масла попалась возле кирпичного особняка на одной из улиц, сбегающей вниз к Алтанскому лесу. Дом был двухэтажным, с ухоженными кипарисиками и плетьми начавшими цвести роз, которые, к глубокому сожалению Столбика, тоже были унылого тёмно-серого цвета. Он покрутился какое-то время возле особняка, вызвав остервенелый лай собрата из-за забора, полежал в тени у дома напротив в тайной надежде, что хозяевам приспичит поехать куда-то в самое ближайшее время, но нет. Никто из дома не выходил, никто не подъезжал и не выезжал из фартовых ворот с подъёмным механизмом.

Здраво рассудив, что этот гараж – не единственный, где может прятаться «Шевроле», Столбик отряхнулся и затрусил прочь, накрепко запомнив расположение кипарисового дома.

Шляпочка не торопился. Он ни в виде собаки, ни в виде человека вообще спешить не любил. Сенбернар с едва начавшей отрастать шерстью на обритой лобастой голове невесело брёл вдоль пятиэтажных домов. Надо же было так не повести! Пригород, подумать только. Почему именно ему из всех троих досталось самое далёкое место? Каких собачьих богов прогневил сенбернар, что они столь жестоки к нему? Пригородом в Междуреченске называли большой район, расположенный за рекой Алтанкой. Когда-то там были поля, но потом холм застроили, появилось