Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

вызвал «на ковёр» командир части и, грозно хмуря брови, пятнадцать минут полоскал мне мозги на тему недопустимости дуэлей. На этом моё наказание завершилось, и я отправился на небольшой фуршет с шампанским и икрой, устроенный мной для офицеров в честь моей первой дуэли. Самое смешное, что немного позже туда подошёл полковник Рыков — без мундира — и как ни в чём не бывало поздравил меня с первой победой.

После истечения дебаффа мой график ужесточился: время на прогулки по городу, посиделки в офицерском клубе и даже посещение Ольховской пришлось сократить.

Я снова активно тренировал телепорт и «элементальный щит», к тому же добавилась ещё и «Каменная стена». Кстати, для тренировки я выезжал за город на заброшенные каменоломни. Заклинание оказалось просто идеальным для войны, так как мгновенно материализовывало каменную стену практически любого размера в рамках своего уровня. На текущем, третьем уровне высота и длина стены достигали трёх метров, а толщина — метра, чего с лихвой хватало, чтобы укрыться за ней от огня практически из любого ручного оружия и большей части заклинаний. Правда, был и минус: после использования стену нельзя было убрать.

За тренировками незаметно промелькнуло десять дней, и я наконец‑то достиг капа в «Наблюдении», попутно войдя в негласный топ‑двадцать самых высокоуровневых игроков.

Новую серию опытов я начал с тайной надеждой на какой‑то прорыв, но, увы, всё, что я смог, — это при некотором напряжении (видимо, сказывался низкий интеллект) увидеть полное описание дротика: вроде материал, прочность, характеристики и имя мастера, его изготовившего. Естественно, там стояло имя Крысобоя, правда, с припиской «призывное существо игрока № 34».

Покрутив дротик, выглядевший как набор символов в форме маленького копья, я ничего, что можно было с ним сделать, не обнаружил.

— Ладно, нужно пробовать с другими предметами.

Убрав дротик из фокуса, достал топор.

— Топор, системный предмет.

— 9‑й уровень.

Материалы: дерево — 84 %, сталь — 7 %, железо — 9 %.

— Прочность: топорище — 77 %, головка — 91 %.

— Заточка: 0,7 мкм.

— Урон: 9–88 ед. Исключение — критические удары в уязвимые части тела.

— Мастер‑изготовитель: Крысобой (призванное существо игрока № 34).

— Начать ремонт. Да/нет?

Последняя строка висела в воздухе над топором.

— А вот и изменения, — пробормотал я, едва дыша, боясь спугнуть удачу.

Мысленно нажав «да», получил новую строку:

— Недостаточно материалов. Дерево — сто семьдесят граммов, сталь — тринадцать граммов, железо — восемьдесят четыре грамма.

Почесав переносицу, я уже хотел было поискать необходимое, но в этот момент истекло время команды Texture Transparency 100 m, и мир вернулся к своим привычным параметрам.

— Получается, Reboot Core — это команда для ремонта системных предметов, — сделал я очевидный вывод.

— Но зачем тогда такие сложности с активацией через команду Texture Transparency 100 m? А зачем у этой команды такой огромный объём сферы? Какой смысл было делать такой объём? Значит, логично предположить, что должно быть что‑то ещё? Похоже, эксперименты придётся продолжить.

Нужные материалы для ремонта топора я нашёл в саду и на кухне. Несмотря на то что топорище и кусок подобранной ветки были из разных пород деревьев, всё получилось. Кривая ветка стала короче на несколько сантиметров, а едва заметная трещина и все царапины на топорище исчезли. То же случилось и с головкой: команда Reboot Core «обгрызла» кухонный тесак, взяв из него потребное количество стали, и почти целиком поглотила крышку от кастрюльки, хотя, на мой взгляд, она была скорее жестяная, чем железная. Но при этом полностью восстановила топор, подняв значение «Прочность» до ста процентов. Внешний вид тоже претерпел изменения: теперь оружие выглядело так, словно только что вышло из рук мастера.

Немного подумав, я отправил одного из слуг в хозяйственный магазин купить ящик гвоздей и бухту стальной цепи. Второй поехал в столярную мастерскую за деревянными обрезками.

Удача вызвала во мне дикий прилив вдохновения и десятки идей разной степени бредовости, причём не все из них выглядели глупыми. Начал я с повторения пройденного.

Спустился в гараж, где имелась небольшая мастерская с неплохим набором инструментов. Имелись там и тиски, которыми я и воспользовался, зажав в них топор. После чего включил болгарку и принялся «ломать» оружие. Кстати, благодаря прочности даже болгаркой было очень непросто разрезать топор на несколько частей. Угробив два диска, своей цели всё же добился: передо мной на верстаке лежал топор, распиленный на четыре части.

Одну за другой быстро ввёл команды и направил фокус на куски топора. К моему удивлению, каждая часть всё ещё была системным предметом, правда, теперь без особого практического смысла — просто набором символов.

Почесав лоб, сдвинул все части таким образом, чтобы они снова «образовали» топор. Через мгновение над пазл‑топором всплыло предложение:

— Начать ремонт. Да/нет?

— Начинай, — согласился я.

— Недостаточно материалов, — возразила система, выкатив мне список потребного для ремонта: — Дерево — четыреста семьдесят семь граммов, сталь — сто восемь граммов, железо — двести граммов.

— Как‑то многовато материала просит, — пробормотал я. По моему мнению, пропилы «съели» не так уж и много материалов.

К этому времени слуги уже вернулись с моими заказами, и мне пришлось самостоятельно идти и забирать их, так как мой запрет не входить в дом всё ещё действовал.

— А про Фёдора почему‑то никто так и не спросил. Был человек — и нет, а всем наплевать, — пробормотал я, не глядя высыпав на пазл топора нужные ресурсы.

Команда, забрав строго затребованный объём материалов, полностью восстановила топор.

— А ведь при распиле пострадало не только материальная оболочка, но и некоторые символы. Получается, команда может работать и с кодом. Интересно, а код без материальной оболочки вообще бывает?

Следующий опыт был более трудоёмким и дорогим и основывался на некоторых моих наблюдениях. Во время изучения разных предметов в фокусе я заметил, что одними и теми же символами в разных видах оружия обозначаются одинаковые части, причём частенько материальная форма была и близко не одинакова. Для примера: режущая кромка дротика имела почти идентичные символы, что и режущая кромка топора; единственное отличие заключалось в обозначении остроты. Дротик был на пару микрон острее.

Поставив новый диск на болгарку, я принялся за работу, варварски распиливая дорогое системное оружие. Добив последний диск, я стал обладателем целой кучи системного хлама.

Заказав слугам по телефону алмазных и абразивных дисков, принялся собирать новый пазл — на этот раз из топора,