Фантастика 2026-90 - Василий Седой

по правилам или нет. Попробуешь воспротивиться, и всё, что нашла, моментально улетит Фридриху вместе с моим письмом — достаточно нажать одну кнопку на телефоне. А он человек жёсткий. Первым делом убьёт всех, кто помогал тебе, и начнёт с Самаркандского и Луговского. И, конечно, тайна твоей личности перестанет быть тайной.

— Так же, как план Фюрстенберга. Ты ведь понимаешь, что тут, — кивнула на планшет, — не единственная копия?

— Понимаю. Но неужто ты хочешь проверить, кто из нас выйдет из «битвы секретов» победителем?

Чего мне хотелось, так это убить его. Сильнее, чем кого-либо в этой или прошлой жизни. Устранить угрозу самым радикальным из возможных способов, невзирая на последствия. Сдаётся мне, они были бы куда менее разрушительны и для меня, и для Княжества. Но… нечем.

Впервые за весь разговор Александр позволил себе лёгкую улыбку:

— Выиграет только Фридрих. Ни одна из улик в твоём «расследовании», — он выразительно показал кавычки пальцами, — не ведёт к нему напрямую.

— Пусть так. Сосуды всё равно его опознают.

— К тому времени они будут мертвы. И ты тоже. Разве упрямство стоит того? — И сам же ответил: — Нет. Я показал тебе выход, Тигрица, довольно. Только став моей женой, ты будешь в безопасности, в первую очередь от такого человека, как Фридрих. Твои близкие в том числе…

Он собрался добавить что-то ещё, когда дверь внезапно съехала в сторону.

— У меня есть ещё один выход для неё, — прошипел Ярослав.

Бессчётное количество раз я видела его ярость на тренировках и в симуляторах, но там она всегда была под контролем. Сейчас контроля не было, или же он был слишком жёстким. В полумраке больничной палаты глаза Яра стали бледно-серыми, почти бесцветными, а лицо спокойным и абсолютно безжалостным. Перемена была столь разительной, что испугалась даже я, хотя на меня он не смотрел вовсе.

Давно, интересно, он подслушивал под дверями?

Как показало дальнейшее — очень.

Лезвиестихийного клинка в его руке прошили огненно-электрические всполохи убийственного заряда. Александр моментально понял ситуацию и тут же скользнул назад. На его клинке вспыхнула бело-голубая дымка.

— Вот, значит, как?

Ярослав не ответил, ударил сразу. Шипящая эссенция сорвалась с лезвия, целя по корпусу.

Александр резко ушёл вниз, и огненный заряд впечатался в шкаф с лекарствами. Микстуры вскипели, рванув маленькими бомбами с грохотом, способным разбудить мёртвого и всю станцию заодно.

Я скатилась с койки на чистом рефлексе. Наплевав на боль в боку, сиганула на другой конец палаты в угол между тумбочкой и шкафом, чтобы не словить шальной удар. Или не стать заложницей. Клинок, принесённый Красноярским, валяется где-то у порога, психокинез молчит, а собственное тело едва слушается. Помощи от меня никакой.

Кузен ударил сверху вниз по диагонали. Стихия воды встретилась с огнём, сталь чиркнула о сталь с противным визгом, от которого свело зубы. Яр надавил, пытаясь прижать противника к койке, но тот ушёл кувырком, на лету выставив щит земли, и тут же обрушил серию быстрых уколов.

Оба без доспехов — бой будет коротким.

Яр встретил пробивной удар жёстким блоком. Его отбросило на несколько шагов, ноги скользнули по мокрому от разлитых микстур линолеуму. Александр не дал опомниться: второй взмах, третий, четвёртый. Каждый — точный, экономный, без единого лишнего движения.

Красноярский нырнул в сторону. Клинок Игрека вгрызся в койку и с отвратительным скрежетом разломил её пополам. Часть заряда земли срикошетила в тумбочку в метре от меня, разнеся её в щепки.

Следующий удар Яра со свистом рассёк воздух там, где только что была голова Александра, и пробил дыру в стене возле двери. Тобольский молниеносно прыгнул вперёд, вложив вес в прямой удар в грудину. Яр скрестил оба клинка, приняв урон на блок. Эссенции противоположных стихий при соприкосновении взорвались с такой силой, что воздушная волна выбила окна. Меня прижало к полу, уши заложило, будто нырнула глубоко под воду.

Мужчины замерли в клинче с перекошенными от напряжения лицами.

— Убьёшь меня — отправишься под суд, Красноярский, — процедил Александр.

— Переживу.

Яр намеренно сместил нажим влево. Пострадавшая лодыжка Игрека подогнулась, но он успел оттолкнуть противника и уйти вбок.

Секунда передышки, и палату разорвала серия огненных росчерков. Яр атаковал, не жалея сил. Удар, блок, ещё удар! Пролитый спирт с глухим хлопком вспыхнул под ногами голубоватым пламенем.

Защита у Александра грамотная, но один удар всё же достиг цели. Кончик клинка Яра прочертил линию поперёк его ключицы. Высокая температура мгновенно прижгла рану, обуглив края до черноты. К запаху лекарств примешалась острая нотка палёного мяса.

Зарычав, Игрек ударил с разворота, целя в шею. Яр уклонился на сотую долю секунды позже, чем нужно, и вражье лезвие глубоко полоснуло его по правому плечу. Закрепляя успех, Тобольский перешёл на тяжёлые удары земли и замахнулся для финального. Его лезвие вспыхнуло тысячами бриллиантовых искр.

Ярослав не стал его блокировать. Вместо этого он резко шагнул вперёд, почти вплотную, и нырнул под замах. Движение было рискованным до безумия, но не больше, чем оставаться на месте. Александр, уже вложивший весь вес в удар, не успел затормозить инерцию. Его корпус провернулся, открываясь, и в этот момент левый клинок Ярослава с неприятным хрустом прошил его тело насквозь.

Тобольский рвано выдохнул. Глаза расширились от шока, рот открылся в немом вопросе.

— Ты знаешь, за что, — глухо прорычал Яр. Затем провернул лезвие и резко выдернул, забрызгав кровью себя и пространство вокруг.

Александр сделал два неверных шага назад, прижимая руку к ране. Он смотрел на неё с каким-то недоверчивым выражением. Только потом его колени подогнулись, и он тяжело осел на пол, опрокинувшись на бок. Под телом с пугающей быстротой начала растекаться алая лужа.

Умер?.. Похоже.

Ярослав стоял над ним, тяжело дыша. Кровь из его собственного плеча текла густой струйкой, капая с пальцев на пол и смешиваясь с кровью Александра.

Забыв о слабости и боли в боку, я подорвалась из укрытия.

— Ты что натворил, Яр? — хрипнула сдавленным голосом. — Ты только что сломал себе жизнь!

— Спас твою и твоё дело.

Он продолжал разглядывать покойника жуткими глазами, словно убеждаясь, что тот больше не встанет.

Шагнув вперёд, я заслонила Яру вид на врага и ладонями повернула его лицо, заставив смотреть на себя.

— Убийство невиновного стихийника его должности даже губернатору не сойдёт с рук, ты ведь понимаешь?

— Невиновным он не был. Он убил моего отца и угрожал тебе.