Гонец. Том 1 - Григорий Володин

Идиллию нарушают приглушенные голоса, доносящиеся из-за густого кустарника прямо по курсу. Я притормаживаю. Кто-то отстал? Или те самые умники, что тормозили пятками, все-таки доигрались и свернули себе суставы на кочках?

Лишнее лезть напролом. На всякий случай я скидываю вещмешок в заросли папоротника. Разминаю затекшие плечи и, стараясь ступать как можно тише, крадусь в обход. Мало ли кто там. Мир для меня чужой, и хотя территорию вокруг Училища Гильдия вроде как обязана патрулировать, разбойников и лихих людей в Королевстве никто не отменял.

— Ты куда дернулась? Нам из-за тебя такой крюк пришлось делать, догонять! — доносится до меня грубый, раздраженный голос.

Ошибиться невозможно. Это Битч.

— Да что вам вообще нужно⁈ — испуганный девичий крик.

Хм, Кира?

Теперь я ступаю тише мыши, стараясь не хрустнуть веткой. Огибаю раскидистый куст и выглядываю из-за ствола. Битч и еще один конопатый парень из его клики зажали Киру у бурелома.

Вещмешков при них нет — скинули где-то на тропе. Все трое тяжело, загнанно дышат, их грудные клетки ходят ходуном. Парни действительно погнали девчонку по лесу как дичь. Загнали в тупик.

— Слышь, Битч, ты же вроде хотел жирдяя подкараулить и пришибить? — Конопатый оборачивается к дружку.

— Куда этот свиненок денется? — Битч отмахивается, не сводя хищного взгляда с замершей Киры. На его лице расплывается мерзкая, плотоядная усмешка, он медленно сжимает и разжимает крепкие кулаки. — Он, небось, еще в начале тропы пуп надрывает. А мне тут вдруг поразвлечься захотелось. — Он делает шаг вперед, нависая над девушкой. — Значит так, пигалица. С этого момента ты наша служанка. Уяснила? Будешь делать всё, что скажем.

Кира затравленно оглядывается, упираясь спиной в сухие ветки бурелома. На ее бледном лице читается ужас, но глаза горят яростным, отчаянным огоньком. Она дерзко вскидывает подбородок:

— Да пошел ты! Лучше сдохнуть, чем вам прислуживать! — шипит она.

— О, без проблем. Можно и так, — Битч щурится и делает еще шаг.

Я сжимаю челюсти. Ситуация дерьмовая. Киру надо вытаскивать. Проблема в том, что и Битч, и Конопатый — здоровые, крепкие парни. Они оба явно из неблагополучных семей, может, даже уголовников. Обозленные и привычные драться на улице. Вид крови их не пугает, а возбуждает. Как мне, в теле толстяка, их одолеть?

Ладно, чего думать-то. Тихо возвращаюсь к своему вещмешку. Сдергиваю завязки и высыпаю часть песка в траву — оставляю килограммов восемь, не больше. Закидываю одну лямку на левое плечо, а в правую ладонь загребаю щедрую горсть песка с земли. Затем так же бесшумно крадусь обратно.

Из-за кустов доносится вскрик Киры. Пора. Набираю в грудь побольше воздуха и ору во всю луженую глотку:

— Мастер Грон, сюда! Вот же они, наши потеряшки!

И тут же срываюсь с места, ломясь сквозь заросли. Ух, мои многострадальные ноги! Вылетаю на поляну как носорог. И Битч, и Конопатый в панике уже отпрянули от девочки, ожидая попасться наставнику. Увидев меня, Битч ошарашенно округляет глаза.

— Свинено?!. — только и успевает выдохнуть он.

В ту же секунду я с размаху швыряю ему в лицо песок.

— А-а-а, ублюдо-ок! — истошно он вопит, хватаясь за ослепленные глаза.

Я сбрасываю вещмешок с плеча и, раскрутив его за лямку, отправляю прямо в Конопатого. Получить восьмикилограммовым летящим снарядом в грудь — это глухой нокдаун. Долговязый со спертым хрипом отлетает в сторону.

Я же, не останавливаясь, вкладываю всю свою массу в рывок и плечом тараню ослепшего Битча. Мы вместе с треском влетаем в бурелом. Острые сучья впиваются ему в спину, он орет от боли, но я не даю ему опомниться — наваливаюсь сверху и остервенело луплю кулаками по лицу, не слушая его крики.

Да, согласен, не очень педагогично. Но куда деваться? Моя дыхалка толстяка закончится ровно через три секунды, и тогда меня можно будет брать тепленьким. А такой расклад никуда не годится.

Битч наконец затихает, обмякнув на сучьях, а я с тяжелым хрипом скатываюсь с него в траву. Обернувшись, успеваю заметить, как Кира подхватывает за лямку мой вещмешок и от души прикладывает им по голове Конопатого, отправляя того в глубокий нокаут. Умница, не растерялась.

Слабо улыбаюсь, показываю девочке большой палец и обессиленно валюсь на спину, жадно хватая ртом воздух. Сердце колотится так, словно готово проломить ребра, а перед глазами пляшут черные мушки. Адреналин отпускает, оставляя после себя звенящую пустоту.

— Лёня? — надо мной раздается ее дрожащий, встревоженный голос. В поле зрения появляется бледное лицо девочки.

— Три минуты, Кира… — с трудом выдавливаю я, глядя в кроны деревьев. — Просто дай мне… три минуты.

[УСЛОВИЕ ВЫПОЛНЕНО: Вы принудительно активировали скрытые резервы истощенного организма для кратковременного, но предельного ускорения] Разблокирован пассивный навык: [Адреналиновый форсаж]

Описание: Позволяет совершить короткий взрывной рывок даже при полном истощении запаса сил. После применения требует увеличенного времени на восстановление дыхания и сердечного ритма.

«Отлично, — вяло радуюсь я. — Как раз мой случай. Сейчас полежу и…»

⚠️ [КРИТИЧЕСКОЕ НАРУШЕНИЕ ПУТИ ГОНЦА: ГРУЗ ПОВРЕЖДЕН]

Статус: Посылка уничтожена самим Гонцом. Условия доставки нарушены.

Предупреждение: Для продолжения марш-броска необходимо найти замену утраченной поклаже. Иначе применится штраф.

Штраф за утерю посылки: Полная блокировка естественной амортизации суставов и отключение выработки эндорфинов. Боль от текущего истощения тела будет искусственно усилена на 300 %. Мышечный коллапс гарантирован.

Таймер до применения штрафа: 04:59… 04:58… 04:57…

Холод прошибает позвоночник. Штраф⁈ Боль усилится в три раза⁈ Да меня же это просто убьет на месте!

Превозмогая свинцовую тяжесть во всем теле, я рывком сажусь.

Скашиваю взгляд в сторону. Мой вещмешок валяется рядом с бессознательным Конопатым. От удара по его крепкой башке старая ткань не выдержала и с треском лопнула по шву. Остатки песка вытекают в траву, а оторванная лямка жалко болтается сбоку.

Путь Гонца, чтоб его. Система не прощает потери груза. Отдохнул, называется. Сдохнуть от болевого шока посреди леса из-за порванной тряпки в мои планы совершенно не входит.

— Отмена, Кира. У нас нет трех минут.

— Ты уверен? — тревожно спрашивает девочка. — На тебе же лица нет.

Я с трудом заставляю себя подняться на ноги.

— Где Битч с Конопатым скинули свои вещмешки? Нам нужно срочно найти хотя бы один!

Она хлопает расширившимися глазами.

— Хорошо, Лёня, пошли за мной.

— Нет, Кира. Не пошли — побежали.

— Как скажешь…

И я срываюсь вслед за ней, про себя проклиная всё на свете. Еще не хватало при детях материться… Ай, разбитые костяшки саднят. На редкость крепкий лоб оказался у Битча.

Кира несется вперед, растерянно