Полиция нравов - Наиль Эдуардович Выборнов

употребление алкоголя запрещено до двадцати одного года. Даже у нас полиция всегда выбирала парней, которые выглядели гораздо старше своего возраста, чтобы продавец точно попался, а уж тут для этого и подавно раздолье.

Однако через несколько минут Касселс вернулся в компании молодого парня в повернутой козырьком назад бейсболке и куртке какой-то школьной спортивной команды. Выглядел он от силы лет на восемнадцать.

Касселс сел на переднее сиденье, а парень забрался на заднее, вежливо поздоровавшись со мной.

— Майк, это Рик, мой племянник. Рик, это детектив Соко, мой напарник, — представил нас Касселс, и я усмехнулся про себя: Ник и Рик, забавное совпадение.

Я поздоровался с парнем, завел машину и поехал обратно в сторону Южного Централа.

Касселс достал планшет с документами, который взял с собой из участка, заглянул в него.

— Ближайший адрес на Вудлон-авеню, недалеко от пересечения со Слосон, — сказал он, посмотрев пару минут в бумаги.

Я кивнул и направил машину в указанном направлении. Через пятнадцать минут мы уже подъезжали к небольшому круглосуточному магазинчику.

— Тормози прямо напротив витрины, чтобы видеть кассу, — сказал мне Касселс и повернулся к племяннику, протягивая ему десять долларов. — Рик, все помнишь? Заходишь, просишь продать тебе упаковку пива. Если спрашивают документы, говоришь, что забыл, но тебе двадцать два года. Если продавец отказывает — спокойно выходишь. Если продает — обязательно берешь чек.

— Да помню я, дядя Ник, — ответил Рик. — Не первый раз же.

Он вышел и направился в магазин, мы с Касселсом остались в машине. Напарник внимательно наблюдал за племянником через стеклянную витрину. Я тоже чуть наклонился, чтобы лучше видеть — магазин располагался со стороны пассажирской двери.

Рик отстоял очередь, подошел к прилавку и поставил на него картонную упаковку из шести банок пива — видимо, взял где-то в холодильнике, которого нам из машины видно не было. Кассир что-то сказал ему, и Рик начал шарить по карманам, после чего развел руками и что-то ответил. Продавец лишь покачал головой, не меняясь в лице.

Рик кивнул и через несколько секунд вышел из магазина, плюхнувшись на заднее сиденье моего «Крайслера».

— Не продали, — сказал он.

— Окей, — Ник что-то отметил у себя в планшете и повернулся ко мне. — Дальше на Сан-Педро.

Я кивнул и завел машину. Мы объехали еще три магазина, но результат был один и тот же. Пока Рик был внутри пятого, расположившегося на Комптон-авеню, я обратился к Касселсу:

— Слушай, а сколько Рику лет?

— Семнадцать, а что? — спросил в ответ Ник.

— Ну, мне интересно, почему не взять на проверку какого-нибудь двадцатилетнего амбала? Тогда ведь шанс, что продавец ошибется и продаст ему алкоголь, будет выше.

Кассел посмотрел на меня и ответил:

— Потому что нам надо чтобы продавец не ошибся, а сознательно продал алкоголь несовершеннолетнему. Иначе адвокаты добьются смягчения приговора, а нас задергает Департамент, чтобы мы убедительно доказали, что наш подсадной не выглядел как Авраам Линкольн.

Я кивнул. Вот оно что — тут с этим строже, чем было в России моего времени. Там-то порой находили таких школьников, что они старше полицейских выглядели.

— Оп-па… — протянул Касселс.

Я посмотрел в окно и сквозь прозрачную витрину увидел, как продавец взял у Рика деньги, достал из холодильника за спиной пиво и поставил на прилавок, после чего отсчитал сдачу. Через полминуты Рик уже вышел из магазина, держа в руке красную картонную упаковку «Будвайзера».

Он сел в машину, поставил ее на заднее сиденье. Протянул Нику чек.

— Хорошая работа, — сказал Касселс, бегло заглядывая в чек и закрепляя его в планшете с документами. А потом повернулся ко мне. — Ну что, идем?

И, не дожидаясь ответа, открыл дверь, выходя наружу и направляясь к магазину. Я последовал за ним, на всякий случай забрав из замка зажигания ключи. Рик, конечно, внутри, но мало ли.

Перед дверью Касселс вдруг остановился и повернулся ко мне.

— Майк, — сказал он, глядя на меня серьезным взглядом.

— Что? — спросил я, ожидая какого-то важного наставления.

— Ты только сразу в него не стреляй, нам ему нужно вопросы задать, — сказал Касселс, еще пару секунд посмотрел на меня серьезным взглядом, а потом широко и довольно улыбнулся своей голливудской улыбкой, радуясь собственной шутке.

Я только махнул рукой, и мы вошли внутрь. Ник сразу же подобрался, улыбка исчезла с его лица. Он подошел к прилавку, достал значок и четко произнес:

— Отдел нравов Департамента полиции Лос-Анджелеса. Положите руки на прилавок, пожалуйста.

Продавец, мужик лет сорока пяти со стереотипно азиатскими чертами лица, посмотрел на нас испуганным взглядом.

— Но я ничего не сделал! — громко сказал он, после чего выполнил требование Ника.

— Вы только что продали алкоголь несовершеннолетнему, — Касселс достал чек и показал ему. — Мы все видели и у нас есть доказательства.

— Я думал ему двадцать два! — воскликнул продавец. — Он сказал, что забыл свои документы дома, но он ведь выглядел на двадцать пять, вон какой высокий!

— Ваше имя? — Касселс уже не слушал его, перейдя в режим рутинного оформления.

— Юн Пак, — опустил голову продавец.

— Владелец магазина здесь? — продолжил Ник.

— Нет, — покачал головой Пак.

— У вас есть лицензия на торговлю алкоголем?

— Да, вот она, — продавец мотнул головой, видимо опасаясь поднимать руки с прилавка. На стене у кассы действительно висела лицензия, которую Ник внимательно проверил. Ну да, здесь она по закону должна на видном месте висеть. Хоть в этом продавец не облажался.

— Мистер Пак, вытяните руки, — попросил Касселс, доставая наручники. — Вы арестованы за продажу алкоголя несовершеннолетнему.

Ник принялся зачитывать продавцу его права, после чего повернулся ко мне:

— Вызови патрульную, я тут пока закончу.

Я кивнул, вышел из магазина, сел в машину и взялся за рацию.

— 12-К-34 любому свободному юниту. Код четыре на 7421 Комптон-авеню. Один задержанный в магазине. Нужен транспорт.

Ближайший патрульный ответил практически сразу, а буквально через пять минут рядом с моим «Крайслером» припарковалась «Краун Виктория» с мигалкой. Ник передал им задержанного продавца, пиво и чек. Ну да, выпить его не получится — оно изымается как вещественное доказательство. А жаль.

А мы поехали к следующему адресу. Пока ехали, я спросил у Ника:

— Получается, и это тоже работа отдела нравов? — мне это показалось каким-то… мелким, что ли.

— Ну да, — удивился Касселс. — А ты как думал? Что будешь каждый день притоны накрывать и нелегальные казино громить? На самом деле, чем-то таким мы в основном и занимаемся. То, что ты попал на рейд в первый же день — это просто совпадение.

— Ну, я понимал, что так не будет. Но это же совсем