Дело о разбитом сердце - Наталия Журавликова

Осушив залпом стакан воды, я вскочила, чтобы побегать по кухне, а затем вернулась у жуткому дневнику.

«Впрочем, эту вертихвостку Новес тоже не стоит упускать из виду. Могла она подкупить или соблазнить главного врача, скорее даже второй вариант. И как только я добьюсь служебного разрешения, тут же ее допрошу, ей не отвертеться. Может, у Колера была сообщница, и это Жерардина Новес».

Я застыла, пораженная этой простой и гениальной мыслью. Ну, конечно! И Матиас и Жерардина имели основания ненавидеть бедняжку Хореса. Могли и договориться! И роман закрутить. Почему я сама до этого не додумалась?

Пробежав глазами по страничке, я нашла имя третьего подозреваемого.

«Роберт Боберт. Школьный друг. Но мы-то знаем цену 'дружбе». Один болван притворяется для другого безопасным, чтобы найти его слабое место. В выпускном классе они влюбились в одну и ту же девочку. Что ж, гормоны. Оба оказывали ей знаки внимания, но затем договорились, что их дружба дороже и они не желают портить отношения из-за женщины. Благородно? До тошноты. И что узнала тетушка Бренда? Роберт Боберт, как честный дурачок, вычеркнул кокетку из своей жизни. А Григор Хомер продолжил за ней ухаживать уже тайно! И даже имел успех. Бедняжка ведь озадачилась, почему такой красивый парень как Боберт резко к ней остыл, что в ней не так? На самом деле, именно он ей и нравился.

Она переживала, пыталась передавать ему записочки… да-да, через лучшего друга парня! Но эти записочки, разумеется, до Боберта не доходили. А вот Григор Хомер вполне доходил. И так успешно, что на выпускной она пришла с ним. Как оказалось, они тайно встречались почти полгода. Была драка, Хомера и Боберта разняли и доставили в жандармерию. Хомера, впрочем, быстро выпустили, согласно показаниям свидетелей, драку начал не он, тогда его в первый раз признали жертвой. Что ж, девочка, узнав, почему друзья подрались, Григора бросила. Но и с Робертом тогда не осталась, уехала учиться в академию. Приятели вновь начали общаться спустя какое-то время.

Но не так давно Роберт Боберт и школьная любовь встретились (об этом известно с его слов). Была новая ссора, после которой приятели не общались две недели. Алиби на момент убийства — Роберт был на работе, но сидел в своем кабинете. Возможности уйти теоретически были, см. гл. 14 Дела, стр. 166'

Третий подозреваемый. Так стыдно, что я напрочь о нем забыла. А между тем, у меня ведь с ним встреча в понедельник. Вот и хорошо, подготовлюсь.

Я подчистила уже пустую тарелку куском батона и вздохнула. Мне вдруг расхотелось читать личные записи мисс Холмс. Жуткая личность на самом деле.

Но выбора у меня нет.

Чтобы отвлечься, я решила переключиться на что-то хотя бы иллюзорно отдаляющее меня от суровой дамы, в которой застрять угораздило.

Сходив в душ, взяла три аккуратных папочки, на которых каллиграфическим почерком были написаны фамилии кандидатов на руководящую должность. В итоге она досталась Хомеру и я хотела убедиться, что Руис Шеллест все же был пристрастен.

Начала я с работы Матиаса Колера. Просто так, без задней мысли, честное слово. Но когда читала, представляла себе, как он ее пишет. Морщит свой высокий лоб, отчего туда прокрадываются несанкционированные возрастом первые складки. Следы интеллекта!

Грызет здешнее пишущее устройство, напоминающее карандаш. Дергает себя за непокорную светлую прядь, что падает на лицо.

Так, Галя-Бренда, не отступай от бренда!

Тебе еще его на чистую воду выводить и в тюрьму сажать, если мальчик из приличной семьи не такой уж хороший, как тетушка расписывает.

Я вспомнила слова Матиаса о том, что Бренда ему напоминает как раз эту родственницу. Интересно, чем? Донна Роза тоже ненавидит человечество и не против, чтобы оно вымерло, но с соблюдением регламента? Или окружающие даже не знают, какие мысли в себе скрывала мисс Холмс? Хотя, судя по реакции вокруг, не очень-то и скрывала.

Заголовок презентации красавчика был немного кургузый:

'Матиас Колер

План развития боевой артефакторики в отделе боевой артефакторики'

Наверное, ценные предложения пойдут дальше? На двух следующих листах Матиас излагал саму суть предмета. Для чего нужны боевые артефакты и кем применяются. Далее почти на страницу — рассказ об одном из таких инструментов, умерщвляющей палице, и о том, как ее в прошлом году изъяли при его участии у контрабандистов. Напоминает о своих заслугах, что совершенно нормально. Отличный ход. Перелистнув, я увидела пять абзацев на тему: «Почему я должен возглавить наш отдел».

Типичная самопрезентация, хорошо же!

Но причины он приводил там даже на мой взгляд дурацкие: «Общение со мной положительно скажется на подчиненных, я обладаю ровным и доброжелательным характером и готов развиваться».

Будто бы он стажером устраивается, а не начальником.

Это был последний лист. Я поискала в папке, но ничего больше не нашла. Увы, этот мужчина, что так будоражил мою фантазию, оказался способен лишь на самолюбование.

С чувством легкого разочарования я перешла к трудам Жерардины Новес. Ее план развития отдела предполагал перепланировку помещения, привлечение практикантов в летнее время и введение красивой униформы, для повышения радостного настроя в коллективе. Кроме этого, правда она предлагала доставлять горячие обеды, чтобы сотрудники могли работать, не отвлекаясь на житейские заботы. И установить приемные часы для населения, один день устраивая анонимные посещения, потому что многие зидаирцы порой боятся признаться, что дедушка оставил им какую-нибудь огнепыхалку. Сдали бы ее давно, однако переживают из-за возможных штрафов.

Мне проект Жерардины показался смесью полезных инициатив и девичьих хотелок.

Последним я взяла в руки план Григора Хомера. И сразу удивилась. Его работа была на двух десятках страниц, все сшиты и пронумерованы, на каждой написано имя автора.

План разбит на параграфы, снабжен схемами и содержал список поквартальных мероприятий.

Я сумела понять лишь половину изложенного, но мне и так было ясно: передо мной великолепный, грамотный, детально проработанный документ.

Григор Хомер получил должность совершенно заслуженно!

Я так и уснула за столом, уткнувшись лбом в раскрытое на сто шестьдесят шестой странице. Той самой, где сухо, без эмоций, Бренда описывала, какие именно возможности были у Роберта Боберта покинуть рабочее место и убить Григора Хомера.

Все было очень логично. Господин Боберт имел собственное дело, возглавлял контору по доставке магических товаров. И даже если бы отлучился на момент убийства, вряд ли бы кто-то решился его выдать. Это же закрытие предприятия, лишение рабочих мест.

Кроме