Кто остался на трубе - Сергей Тамбовский

Боб позвонил в звоночек рядом с входом, оттуда сразу вышел охранник, тоже черный. Они негромко о чем-то поговорили, ворота откатились в сторону и обе машины заехали на частную территорию.

— Выходи, — скомандовал мне Боб, — мистер Санчес выразил желание побеседовать с тобой именно здесь.

— А он кто, этот мистер? — набрался наглости я.

— Там все узнаешь, — и он указал на распахнутую дверь в особняке… ничего особенного, два этажа и высокая крыша, но на фоне нашего с Леной домика, конечно, это было круто.

Первым в дом зашел охранник, за ним я, замыкающим проследовал Боб, остальных двух хулиганов внутрь не пригласили. Мистер Санчес оказался именно тем, кого я и представлял — типичным мексиканцем, ну или колумбийцем, они там в Латинской Америке все на одно лицо. Ростом он был не высокий и не низкий, волосы подстрижены коротко, длинные усы свисали с обоих сторон рта. Одет был в отлично сшитый костюм серого цвета.

— Ты, значит, и будешь этим русским? — не то спросил он у меня, не то утвердительно заявил.

— Выходит, так, мистер Санчес, — счел нужным я как-то отреагировать на это.

— Садись, поговорим… — он достал из тумбочки своего стола пузатую бутылку (это, как я углядел, был ямайский ром), три стакана и набулькал в каждый грамм по пятьдесят, — выпей вот для начала.

Я не решился отказываться, поэтому взял стакан в руки и присовокупил к этому:

— Ваше здоровье, мистер Санчес.

Он тоже взял один стакан, второй протянул Бобу, пригубил немного и скомандовал:

— Бобби, изложи суть дела.

— У меня брата во Вьетнаме убили, такие же комми, как этот, вот я и предъявил ему… а он захотел, чтобы нас рассудили старшие люди… вкратце все.

— Понятно, — Санчес встал из своего кресла, вышел на ковровую дорожку, протянутую вдоль ряда окон, выходящих на океан, после чего выдал, наконец, свои умозаключения, — ты комми? — это был его первый вопрос.

— Нет, мистер Санчес, в компартии я не состою… я комсомолец, если вам это что-то говорит.

— Родственники у тебя во Вьетнаме воевали?

— Врать не буду, — решил я сыграть в искренность, — один родственник воевал… ну как воевал — обслуживал зенитно-ракетные комплексы… и это был очень дальний родственник, двоюродный дядя.

— Понятно, — Санчес вернулся на свое место, — спортом занимаешься?

— Ну да, — не совсем понял я смысла этого вопроса, — хоккей, теннис, мотогонки, все понемногу.

— Драться умеешь?

— Ходил в секцию тхэквондо, — признался я, — кореец один тренером был.

— Значит, так мы сделаем, — Санчес допил свой ром и выдал решение проблемы, — у тебя будет бой с Бобом — победитель получит все… то есть по его итогам и решится, кто из вас прав. Я понятно объяснил?

Боб тут же закивал, а я все же задал пару уточняющих вопросов.

— Где и когда будет этот бой? Правила какие-то установим или это бой без правил состоится?

— Это мы отдельно решим, — кивнул мне Санчес, — тебя оповестят… а сейчас свободен.

В машине я не смог не задать один вопросик Бобу.

— Ты же выпил, как за рулем-то поедешь?

— У нас с этим просто, — ответил тот, — если ты ничего не нарушаешь и не выбиваешься из общего потока, тебя никто не вправе остановить… так что сиди спокойно и не дергайся… а что ты там про тхэквондо говорил?

— Два года занятий, — сообщил я, — а у тебя какая подготовка?

— Два года боксом занимался, — ответил он, — в первом полусреднем весе, второе место на городском первенстве есть.

Глава 10

Ого, подумал я, а соперник- то у меня не из простых ожидается — куда там до него Босовым с Ахундовыми. Но ничего, не из таких передряг выпутывались. Обратно он меня привез даже быстрее, чем туда ехали. А на прощание он даже и руку мне пожал, добавив следующее:

— Мне ей-богу будет жалко измордовать тебя, как бог черепаху… но наверно придется — жди извещения о времени и месте.

— Жду, Боб, жду ответа, — ответил я, вылезая из его Плимута, — как соловей лета.

Он ничего не понял, но все равно резво развернулся и скрылся за углом нашей Бриджес-стрит. Лена встретила меня довольно взволнованно.

— Это ведь мафия была, да?

— Не совсем, Леночка, — ответил я, раздеваясь возле вешалки, — мафия ведь это итальянское бандформирование, а тут сплошные негры и латиноамериканцы были…

— Опа, — картинно удивилась она, — и кто сейчас употребляет термин негр? Сам же недавно учил меня, что не надо этого…

— Виноват, мэм, больше этого не повторится, мэм, — машинально вылетело из меня.

— Мэм это старая дева на местном сленге, — уперла руки в бока Лена, — поэтому мог бы называть меня как-то поизящнее… мисс что ли…

— Хорошо, мисс Ленусик, — сел я на стул посреди столовой, она же гостиная, — обещаю исправиться в кратчайшие сроки. Если тебе интересно, что там у меня случилось у этого крестного отца местной мафии…

— Конечно, интересно, выкладывай, — она тем временем быстро вытащила из холодильника остатки салата и поставила греться электрический чайник.

— Выкладываю, — ответил я, — босс мафии этого района постановил устроить поединок между мной и этом Бобом… кто победит, тот и прав окажется.

— Что за поединок? Ты уж до конца договаривай.

— На кулаках — Боб оказался боксером, а я попытаюсь вспомнить, чему меня научил товарищ Ким в секции тхэквондо…

— И чего, вспомнишь?

— Постараюсь… о времени и месте мне сообщат дополнительно… кстати, не таким уж плохим парнем оказался этот Боб, мне лично будет жаль его угандошивать.

Эспозито и все-все-все

Утром мы не стали ждать школьного автобуса, а просто прогулялись до Хай-скул вдоль по Бронксу. Погода стояла замечательная, все плюс десять градусов значилось на термометре, и осадков никаких — я бы, например, всю жизнь прожил в таком климате. С Джоном встретились непосредственно во дворе школы.

— Так что там с Мэри-то? — вспомнил я этот момент.

— Нехорошо с ней, — помрачнел Джонни, — перевели в онкологический центр в Нью-Джерси.

— Даже так, — проникся ситуацией я, — все так серьезно?