Кто остался на трубе - Сергей Тамбовский

— Вопрос Эспозито, — тут же вылетело из него, — что там у вас случилось с Михайловым во время суперсерии 72 года?

— Ты намекаешь на тот жест ладонью по горлу? — уточнил Фил, — да, было такое, и не только с ним, Васильеву я тоже что-то подобное показывал. А с Михайловым была стычка возле борта, он меня очень сильно приложил клюшкой, потом мне даже ногу бинтовали. Чего не сделаешь в расстроенных чувствах… потом мы с ним помирились и даже обменялись майками.

— Следующий вопрос, — указал я на этот раз на Билли, которая обе руки вверх вытянула.

— Вопрос Третьяку — сколько вам платят в Советском Союзе за эту работу?

Опа, подумал я, Владику сейчас очень сильно выкручиваться придется.

Но Владик не растерялся и оттарабанил свой ответ, как будто со вчерашнего дня еще подготовился.

— В Советском Союзе, девушка, профессионального спорта нет, — так он начал, — все спортсмены любители, поэтому мы и не получаем денег за свою работу на спортивных площадках.

Но Билли тут же продолжила свою мысль.

— На что же вы тогда живете, если денег не получаете? Надо же еду покупать, одеваться и все такое — как это без денег сделаешь?

— У нас каждый спортсмен работает на каком-нибудь предприятии или служит в вооруженных силах, — терпеливо пояснил ей Третьяк, — я, например, служу в Таманской танковой дивизии, звание капитан.

Зал притих, переваривая такие откровения Владислава, но ненадолго, опять вверх поднялся с десяток рук.

— Парень с первого ряда, — указал я на Питера, все же знакомый, как-никак.

Он тут же встал и начал формулировать свои мысли.

— Вопрос Жильберу — что вчера случилось с рейнджерсами? Проигрывать с таким счетом как-то неприлично…

Род Жильбер, немолодой уже мужчина, отдаленно напомнивший мне Элвиса Пресли, подошел к микрофону и начал оправдываться.

— Понимаете, в чем дело… у нас перед этим была длинная и тяжелая серия на выезде, на восстановление остался только один день, это первое… и потом судили матч русские, я ничего плохого о них сказать не хочу, но временами они свистели только в одну сторону… меня, например, удалили ни за что два раза подряд. Да и Третьяк в воротах творил чудеса — брал невозможные шайбы.

Род повернулся и пожал руку улыбающемуся Владиславу. А я объявил следующего задающего вопрос человека.

— Вопрос Харламову, — сказал парень в синем костюме из дальнего ряда, — не хотели бы вы поиграть в НХЛ? У нас ведь довольно много европейцев в командах, но ни одного русского пока нет…

— Не стану отрицать, — откровенно высказался Валерий, — мне приходили подобные предложения… от Монреаль-канадиенс и Чикаго-блэк-хоукс, например… но, к сожалению, регламент нашей хоккейной лиги не предусматривает таких переходов.

— То есть я правильно понял, — продолжил этот товарищ, — что вы в принципе не против такого драфта, но этому мешают советские власти, да?

— Я этого не говорил, — почувствовал подвох Харламов, — власти мне нисколько не мешают, а наоборот, помогают. Просто правила у нас такие… вот почему в хоккее нельзя делать пас через всю площадку? — задал он неожиданный вопрос.

— Потому что будет положение вне игры, — нашелся этот в синем костюме.

— Верно, это одно из основных хоккейных правил… а иначе один игрок постоянно дежурил бы в чужой зоне, чтобы ловить такие пасы — это была бы совсем другая игра. Вот и у нас правила запрещают пасовать… ну то есть переходить через всю площадку… в другие страны. Я понятно объяснил?

Синий костюм хмуро кивнул и сел, а на его место заступила удивительно красивая девушка в короткой юбке (я еще подумал, почему ей декан никаких замечаний не делает, а Лену задолбал).

— Вопрос Третьяку — вот вы упомянули, что служите в советской армии в танковых войсках… в связи с этим такой вопрос — на каких танках вы ездили?

В зале немедленно возникло оживление, не стихавшее добрую минуту. Когда, наконец, все успокоились, Владислав смог ответить.

— На Т-64 и Т-72, если вам что-то говорят эти наименования, — он немного помолчал, но потом счел нужным добавить деталей, — во Вьетнаме, насколько я знаю, ваша армия воевала на танках типа Паттон — наши очень похожи на них.

— Давайте поговорим про культуру, мистер Харламов, — это я дал отмашку дылде из нашего класса, — какую музыку слушают хоккеисты? Какие фильмы смотрят?

— Современную музыку слушаем, — только и смог ответить Валерий, — а фильмы… например, в нашей команде очень любят комедии Гайдая — Бриллиантовая рука, Иван Васильевич, Не может быть…

— Первый раз слышу такие имена и названия, — ответил этот дылда, — надо будет поинтересоваться… а вот к примеру голливудское кино у вас смотрят?

— То, что идет у нас в прокате, смотрим, конечно… навскидку могу назвать такие — Генералы песчаных карьеров, Золото Маккены и Спартак.

После этого последовал еще с десяток незначительных вопросов, а потом декан от кулис дал мне отмашку завершать это дело, что я и сделал с большим удовольствием — самому надоело. Фотосессия продолжалась добрых полчаса, с хоккеистами рядом снялись практически все собравшиеся. А вот автографы они почему-то отказались давать, без объяснения причин.

А когда гости уже собрались уходить, я машинально посмотрел в окно и увидел там рядом с теми авто, что привезли их сюда, длинный-предлинный Шевроле-Шевелл с открытыми дверями. А рядом с ним в окружении трех видимо телохранителей стоял и курил мистер Санчес… ну да, босс местной мафии. Вот уж кого я хотел увидеть еще меньше всего…

Глава 12

Статуя Свободы

Но все обошлось без приключений, как это ни странно — хоккеисты загрузились по своим авто, те газанули и скрылись за поворотом. А мистер Санчес докурил свою сигару, да, это была очень толстая гавана, и двинулся в сопровождении телохранителей в нашу школу. Уж не ко мне ли он приехал, невольно подумал я. Лена, стоявшая рядом и так же глазевшая в окно, уловила мою нервозность и спросила:

— Ты его знаешь что ли?

— Как облупленного, — вздохнул я, — это босс местной мафии мистер Санчес.

— Вчера, значит, ты к нему ездил вместе с этими отморозками?

— К нему… а ребята эти совсем