Иерархия: Наследники - Мари Браулер

Глава 8. Геометрия излучения

Исландия, настоящее время

— Пройдемте, — сказал Ставинский, невысокий мужчина лет сорока и перешел в другой конец просторного зала к огромному монитору. — Когда мы поняли, что радиотелескоп улавливает неизвестные колебания, было решено сконструировать оборудование для изучения нейтронного излучения.

— В этом я точно не разбираюсь, но где-то читал, что нейтронное излучение можно уловить только при помощи особых детекторов, — сказал Клеон, пытаясь вспомнить информацию по данному вопросу. — Вроде бы нейтроны не имеют электрического заряда, и прямой ионизации вещества не вызывают. Следовательно, обычными детекторами нейтронное излучение никак не зафиксировать, нужны специальные устройства.

— Совершенно верно, — радостно закивал Ставинский, услышав знакомые научные фразы. — Нейтронное излучение представляет собой поток нейтральных незаряженных частиц нейтронов, которые преобразуют энергию в упругих и неупругих взаимодействиях с ядрами атомов. Как известно, у нейтронного излучения большая проникающая способность, чем у гамма-излучения.

Клеон всеми силами пытался сдержаться, чтобы не спросить еще раз, зачем нужно было отрывать его от научной и преподавательской деятельности и тащить на другой конец света. Лекции по нейтронному и другим видам излучения, Клеон мог послушать и даже посмотреть, не выходя из дома.

— Клеон, сейчас ты поймешь, почему все это имеет огромное значение, — вступил Гринлоу, наблюдая за реакцией Клеона. — И имеет прямое отношение к твоим ранним исследованиям, которыми ты занимался в студенческие годы.

— Так вот, — продолжила Ставинский. — Для измерения эффективных сечений реакций применяют нейтронные спектрометры различных типов, причем во всех видах оборудования применяется детектирование, обнаружение нейтронов. Детектирование, как Вы понимаете, осуществляется при помощи специально разработанного аппаратного и программного обеспечения.

— Для нашей центральной лаборатории был сконструирован один из самых современных детекторов излучения, намного мощнее нейтронного, — перебил Гринлоу астрофизика, понимая, что Клеон быстро теряет интерес. — Смотри!

Гринлоу отвернулся от монитора и показал Клеону небольшой аппарат, стоящий на расстоянии нескольких метров от основного монитора.

— Что это? — спросил Клеон, оглядывая устройство.

— По сути, это, так сказать, продвинутая версия детектора нейтронов, который может улавливать поток частиц в сотни раз выше максимального значения, — вступил Ставинский, поправляя очки. — Игнитионный детектор, как мы назвали собранный аппарат, разработан на основе сцинтиллятора, то есть способен излучать свет в виде вспышек при поглощении ионизирующего излучения. Детектор настроен на обнаружение и измерение излучения.

— Ignis Ardens — всесжигающий огонь, — проговорил тихо Клеон, и Гринлоу удивленно посмотрел на застывшее выражение лица давнего друга.

— Название детектора взято от слова «игнис», что означает огонь огромной мощи, правильно я понимаю? — переспросил Клеон.

— В общем да, — отреагировал молодой ученый. — Дело в том, что по картине, которую мы видим на датчиках, сила излучения чего бы то ни было должна быть колоссальной. Такой источник может сжечь все на планете...

— Энергия улавливаемых аппаратом частиц в детектирующих элементах преобразуется в световые сцинтилляции, искры, которые регистрируются фотоприемниками датчика, — увлеченно продолжал Ставинский, явно собираясь продолжить научную лекцию по радиационной астрофизике.

— В основе работы детектора — световая вспышка, кратковременная люминесценция, которая возникает под действием ионизирующей частоты, — вступил Гринлоу, пытаясь максимально упростить объяснения для Клеона. — Проще говоря в аппарате присутствует датчик, улавливающий световые вспышки и блок электронной обработки сигналов.

— Хорошо, допустим, что я понял, — Клеон встряхнулся, явно не успев переработать большое количество новых научных терминов. — Усовершенствованный аппарат улавливает мощное излучение, и передает обработку полученных сигналов, что мы и видим на мониторе, да?

— Верно, — сказал молодой астрофизик, подошедший поближе к монитору. — Новизна сконструированного игнитионного детектора заключается в том, что мы смогли увеличить максимальную длину волны излучения в несколько раз.

— Собственно, детектор и дал возможность получать и интерпретировать сигналы, поступающие с очень большого расстояния, — продолжил астрофизик. — Кроме того, игнитионный детектор позволил улавливать сигналы заряженных частиц, находящихся на расстоянии в десятки тысяч километров.

— Допустим, понятно, — вздохнул Клеон. — Что это нам дает?

— Вначале мы подумали, что удалось уловить нейтронные звезды, которые испускали импульсы сверхсильного ионизирующего излучения, — вступил Ставинский. — Поэтому мы вывели информацию с игнитионного детектора на другую линию. Видите рисунок на мониторе?

— На что я должен смотреть? — Клеон вертел головой во все стороны, пытаясь понять, на какой монитор из нескольких десятков он должен смотреть.

— Посмотри на остальные мониторы, на которых расшифровываются сигналы, поступающие с основного радиотелескопа, — вступил Гринлоу. — И теперь посмотри на изображение, которое отражает только сигналы, полученные с игнитионного детектора. Видишь разницу?

— Все линии очень светлые и мерцают, — мозг Клеона наконец справился с незнакомой задачей, и быстро пробежал глазами по десяткам изображений. — На остальных мониторах линии желтые, оранжевые и красные, ну включая оттенки. На изображении от нейтронного детектора преобладает серебристый цвет …

— Видишь? — торжествующе спросил Гринлоу, став рядом с Клеоном.

— Серебряные и жемчужные линии скручиваются в единых потоках, — проговорил Клеон, не понимая, почему сердце сжалось и забилось в бешеном ритме, отдаваясь глухими ударами в позвоночнике. — Что это такое?

— Не знаем, — вздохнул Ставинский. — Мы перепробовали все и не смогли даже примерно определить ни структуру, ни состав необычных полос.

— Так я вряд ли буду полезен, — сказал Клеон, не отрывая взгляд от квадратичных узоров, собирающихся на определенных точках из серебристых и жемчужных линий. — Я ничего не понимаю в астрофизике, и тем более в нейтронном излучении. Правда, я не знаю, чем могу вам помочь.

— Дело не только в этом, — помедлил с ответом молодой астрофизик. — Проблема в том, что позже было получено подтверждение, что мощнейшие сигналы поступают не из космического пространства.

— Откуда тогда? — удивленно спросил Клеон.

— В работу включилась команда лучших физиков и астрофизиков, — сказал Ставинский, набирая что-то на клавиатуре. — Поиском источников неизвестного излучения занимались очень тщательно. Вот что удалось обнаружить.

На экране появилось изображение пустой карты мира с мигающими ярким серебристым светом точками. Клеон застыл, пытаясь унять ускоряющийся сердечный ритм. Да откуда взялась такая реакция на исследования?

Несмотря на нелюбовь к географии Клеон сразу узнал расположение точек, складывающееся в неровный прямоугольник. Мигающие огоньки располагались точно на местах, которые однажды отметил Клеон в студенческом общежитии и которые неделю назад искал на карте вместе с Гринлоу.

— Как такое возможно? — спросил Клеон, пытаясь проглотить ком в пересохшем горле. — Почему излучение исходит именно из этих точек?

— Вот этого я не знаю, — покачал головой Стравинский. — Я астрофизик и понятия не имею, какие земные источники могут испускать настолько мощное излучение, что попали в поле высокочастотного игнитионного детектора.

— Что это за излучение? — напряженно спросил Клеон, не отрывая взгляда от мигающих точек. — Каковы