Иерархия: Наследники - Мари Браулер

которую называли «стагон» и передавали только из поколения в поколение наследникам, и правда заключен первый совершенный Свет. Однако боцман никогда не снимал жемчужный октаэдр, запомнив все, что слышал в детстве.

— Всем подойти к правому борту! — резко закричал боцман, единственный из всех видящий в черных маслянистых волнах то, во что никто никогда не поверит. — Быстро, времени мало! Немедленно подойти к трапу парохода!

Звенящий металлом голос на удивление услышали все члены команды.

Послушали молодого матроса и опытный капитан, и пожилой помощник, и шкипер со всей командой матросов потому, что услышали в голосе юноши призыв, которому нельзя было не подчиниться. Хотя не только поэтому.

С удивлением подходящие к трапу матросы на успокоившемся корабле рассматривали еще более удивительное явление, чем дьявольский шторм.

— Так двигаемся очень быстро! — взял на себя управление боцман, и никто из старших по рангу даже не пытался сопротивляться. — Спускаемся и идем по проходу. Стагон может держать проход только на короткое время.

Хорошо, что никто не спросил, что значит «стагон», и как он может «держать проход»? Конечно, когда капитан, помощник и матросы попытаются рассказать, что же случилось зловещей темной ночью у северных берегов, никто им не поверит. И история появится в заметках, как очередная байка матросов.

Да и кто в здравом уме мог поверить, что слившиеся в единый титановый поток лучи света, исходящие от неприметного маленького предмета на шее боцмана, разрежут бушующее море? Разве можно представить, чтобы стена мерцающего титаном света отрезала корабль от ставших слишком плотными черных волн, достигающих несколько десятков метров в высоту?

Тонкая преграда, переливающаяся всполохами серебра, не только перекрыла доступ бушующим маслянистым водам. Прямо от корабля по ледяному морю в лунном свете сверкала кристальная дорога, ведущая к берегу.

Испуганный капитан и матросы испуганно оглядывались, смотря, как за стеной скапливается бурлящая вода, и убеждали себя, что утробный вой — это завывания ветра. Не может же рев исходить от густеющей черной воды, верно?

— Быстрее! — боцман сохранял спокойствие, но ситуация была, мягко говоря, не стандартная, и напряжение постепенно росло.

Члены команды один за другим осторожно ступали на тонкую прозрачную преграду, отделяющую от километров ледяной воды. Постепенно матросы ускоряли шаг, ощущая неимоверную прочность и устойчивость полотна.

— Проверьте все ли здесь? — сказал боцман, обращаясь к оставшимся на корабле и одновременно, следя за тем, чтобы остальные спускались по трапу.

Два молоденьких матроса быстро метнулись на пароход, обежав все места, проверяя, не остались ли раненные или потерявшие сознание люди.

— Все здесь! — быстро сказал один из матросов, ступая на блестящую поверхность и быстро догоняя остальных.

Картина идущих по переливающейся титановыми всполохами дороге, шириной полтора метра и длиной полтора километра, сильно выбивалась из привычного восприятия реальности. В такое невозможно поверить. Испуганные и измученные штормом, поднявшемся из глубин преисподней, члены команды ускоряли шаг, стараясь как можно быстрее ступить на твердую землю.

Никто не оборачивался. Идущие старались всеми силами не слышать агонизирующий вой за спиной. Матросы не видели, как черная маслянистая вода, обжигаемая серебристым потоком, отделялась от обычной воды океана и быстро стекала в морские недра, возвращаясь обратно в бездну.

Достигая берега, обессиленные люди падали на холодный снег, не ощущая холода и благодарили Всевышнего за чудесное спасение.

На океан смотрел только молодой боцман, и не из любопытства.

Он прекрасно запомнил все, чему учили в детстве, хотя всю жизнь считал, что в семье просто сохранились старые увлекательные сказки.

Оставшись один на берегу, боцман снял с шеи шнурок, сжал стагон, внутри котором плескался жидкий жемчуг и резко поднял вверх левую руку.

— Einay Agon Edion! — заклинание Креслав запомнил навсегда.

— Да пребудет Свет вечно! — прошептал боцман, с улыбкой смотря наверх, кристальными глазами, заполненными серебристым светом.

В ответ тихий шелест, спускающийся из космических глубин, прошел по воде. Высокая стена и кристальная дорога рассыпались на мелкие искры поднялись в закручивающемся столпе наверх, туда, откуда и пришли.

Всех нашли утром на берегу, замерзших, но живых. Конечно, официальной версией был страшный шторм и утонувший пароход. Рассказам нескольких моряков никто не поверил. И явление вечного Света было запрятано в старой потрепанной газете в короткой заметке о кораблекрушении, чудесное спасение всех моряков осталось в виде очередной морской байки.

* * *

— Бабушка, куда ты уходишь? — красивый мальчик с кристальными, почти прозрачными глазами и рассыпавшимися жемчужными кудрями выбежал вслед за высокой женщиной, отходящей от дома в плотную пелену снега.

— Креслав, милый, ты замерзнешь, — улыбнулась мягко женщина, и сквозь плотную стену снега ярко сияли серебряным светом глаза.

— Мне не холодно, — быстро сказал мальчик, старясь справится с печалью, заполняющей детское сердце. — Зачем ты идешь ночью прямо в ураган?

Он пристально смотрел на самого любимого человека, с которым провел все короткое детство. Недавно Креславу исполнилось шесть лет, но он словно понимал все, что должно произойти. И все равно было грустно.

— Только один раз в двенадцать лет можно уйти обратно, — проговорила женщина. — На месте первых городов открывается проход в Изначальный мир и те, кто выполнил свою миссию здесь, могут вернуться к Иерархии.

Странные слова для шестилетнего ребенка, но Креслав быстро кивнул жемчужными кудрями, словно бабушка читала детскую сказу.

— Тебе будет там хорошо? — задал ребенок совершенно не детский вопрос.

— Конечно! — женщина улыбнулась, продолжая отступать все дальше в плотную стену снега. — Наследники Иерархии с радостью встречают своих.

— Я же увижу тебя? — серьезно смотрел мальчик на бабушку светлыми кристальными глазами. — Мы встретимся в Изначальном мире?

— О да! Когда ты пройдешь весь путь и выполнишь свою миссию, ты придешь к вратам и войдешь в проход, — голос женщины таял в завываниях ледяного ветра. — Конечно мы встретимся. Только перед тем, как уйти ты должен передать стагон и рассказать наследникам о плане Иерархии. Все закончится хорошо, когда на планету придет двенадцатый Хранитель!

— Конечно, бабушка, — он все понимал, но не смог сдержать текущие по щекам слезы, моментально застывающие в кристальные льдинки.

— Einay Agon Edion! — прозвучал в последний раз знакомый голос.

— Да пребудет Свет вечно! — прошептал ребенок, сжимая на груди кристальный восьмигранник, заполненную жидким жемчужным светом.

Глава 7. Тайная лаборатория

Исландия, настоящее время

В международном аэропорту небольшого городка на юго-западе Исландии на удивление было многолюдно. Прилетающие и отлетающие стояли в разных очередях, встречали, провожали и спешили по своим неотложным делам.

— Сколько лет, сколько зим, — улыбающийся поджарый мужчина лет шестидесяти с улыбкой быстро шел навстречу Клеону, стоящему у багажной карусели в ожидании появления своего походного чемодана.

«Да