Командор. Том 4 - Никита Киров

Пашка Шутник смутился, потому что Ван Ли даже когда просто говорил, был очень громким. Но разведчик вряд ли пришёл без серьёзной причины. Хотя время не самое подходящее, потому что узурпатор высаживался на реке Ларва, смяв там сопротивление.

Сирена ПВО не замолкала. Начались бомбардировки пригородов имперской столицы. Впрочем, кто-то в штабе цинично заметил, что если у узурпатора и были сторонники в Урбусе, то бомбардировки от их спасителя быстро охладят им пыл.

И что-то из этих снарядов прилетало нам, поэтому мы сидели в бункерах на академическом острове.

— Господин… — начал разведчик.

— У тебя одна минута, Павел, — сказал я, увлекая Шутника за собой.

Ван Ли шумно выдохнул через нос. Потом наедине скажет, что я своих офицеров балую, но сейчас промолчал.

— Говори, — потребовал я, когда мы отошли от штаба в какую-то комнатёнку, заваленную старинными плакатами и пыльными книгами.

— Господин командор, — Павел вытянулся. — Я хотел сказать, что…

Разговор занял куда больше минуты. Так вот куда делся спирт. А мы его искали столько, что всю крепость перевернули. И понятно, почему спирт не пропадал так давно. Шульгин уехал на курсы.

А теперь ожидаемо, что старые подельники обнаглели. Шутник сказал, что хотел разобраться с ними тайком, и как ветеран трёх кампаний разбирается с недругами, я мог себе представить. Не особо это было изящно, но Пашка иначе не умел.

Но услышав, что им нужно сейчас, он пошёл ко мне. И это имеет смысл, ведь это не мелкая кража, а диверсия, и тут у них могут быть сторонники, и немало.

Я выдохнул через нос.

— Вот ты почему раньше ко мне не пришёл? — спросил я.

— Но я… — начал оправдываться он.

— Молчи уже. Думать будем.

По уставу мне полагалось вызвать спецотдел и передать Шутника туда, добавив, что он прибыл добровольно, что немного смягчит наказание. Но это по уставу, а у нас война идёт. Да и его снимут, это я понимал точно. Ладно, решать надо быстро, а с остальным разберёмся сами.

— Кеннета ко мне! — рявкнул я в сторону штаба.

Шутник вздрогнул, но остался стоять, принимая свою участь.

— Брата вытащил от них и решился, — шепнул он. — А они тут устроили. Тут троих-то мало положить, их всех надо брать.

— Что-то хочешь сказать, лейтенант? — спросил Брюс Кеннет, входя к нам. — Конечно, я думаю, это поздновато, но лучше поздно, чем никогда.

Хитрый Кеннет, похоже, проводил своё расследование, не ставя никого в курс, и подозревал, кто воровал спирт, но не указывал ни на кого.

— Младший лейтенант Шульгин, — начал я, — по моему приказу вступил в контакт с группой предателей, действующих в интересах противника.

Шутник вздрогнул, а Кеннет понимающе на меня посмотрел. Догадался, что произошло, но насколько опытный разведчик для нас ценен, он понимал не хуже.

— Раз приказ командора, то ничего не попишешь, — сказал он. — Давай детали, Пашка, будем думать, — Кеннет посмотрел на него.

— Банда старогородских, из Старого Нерска, — Шутник сглотнул. — Очень большая банда, там почти все пацаны состоят. Ну и я тоже там был. До армии залезли в лавку с ними, я сбежал, остальные попались. Вот они и намекали, что могут меня сдать.

— Из-за такой ерунды, — Кеннет хмыкнул и полез в карман. — Знаешь, я вот в молодости тоже святым не был. Мы как-то попались после налёта, мне тогда сказали просто…

Он достал старый нож с выкидным лезвием. На костяной рукоятке что-то выцарапано, похожее на крысиный череп.

— … что застрелят при попытке к бегству, если буду выделываться, — он засмеялся. — Мы тогда так покуролесили, что с нами не церемонились. Стреляли нас только в путь, всех наших главарей пустили в расход по подвалам. Но нам, соплякам, дали шанс, а мне вообще предложили пойти в военное училище. Вот с тех пор я и в армии. Но если так подумать… вышло неплохо.

— Не знал, — брякнул Шутник.

— Разговорчики, лейтенант, — прервал я. — Господин офицер-инспектор, — обратился я официально, — передаю разведчика вам для операции по искоренению предателей и диверсантов. Можете задействовать любые силы десанта и гарнизона. По окончании лейтенант Шульгин должен немедленно вернуться к своим обязанностям.

— Принял к сведению, господин командор, — отозвался Кеннет.

Он не был моим подчинённым, поэтому отвечать должен был так. Но поручение выполнит.

— Эй, Ермолин, — Брюс увидел разведчиков в стороне. — О, и Джамал тоже здесь. Слушайте. Работа есть по вам.

— У нас своё командование, командир.

— Да я договорюсь. Тут надо хитро сделать, чтобы никто не понял. Засаду устроить.

— И во весь голос кричишь? — Ермолин захохотал.

А Шутник остался на месте, глядя на меня.

— Господин командор… Дмитрий Михалыч… спасибо. Я не подведу, слово даю, клянусь предками.

— Работаем, Шутник, — сказал я — Только попробуй мне хоть лопату теперь без спроса взять.

— Никогда этого не будет, господин командор, — пообещал он.

* * *

Оставайся я командором, пошёл бы на это дело сам. Но тут уже давно всё выстроено так, что отвечать надо за другое. Даже Бронину некогда этим заниматься.

Поэтому засаду организуют подчинённые, а я вернулся в штаб.

— Вот знаешь, Дима, — сказал Бронин, когда у нас с ним выдалась минутка после совещания.

Один батальон из его десанта сидел в резерве, чтобы вмешаться в бой в нужный момент. Тяжесть боя легла на других, но те пока держались. Крепость же перемещалась по маршруту, и враг думал, что наш десант был на ней.

— Можешь ответить мне на вопрос? — Борис посмотрел на меня.

— Спрашивай, Боря.

— Вот до майоров дослужился, командором почти стал. А вот никак не могу понять, как это работает. В любой военной академии всегда учат фланговому обходу, — он показал на плакаты старых битв, — окружению, логистике и прочим умным вещам. И у Дискрема тоже. А в этом бою все просто прут напролом прямо в лоб. Вот как сейчас. Мы-то ладно, десант, у нас это вопрос выживания. Но ты видел их колонны? До горизонта, и все в лоб идут.

— Так же проще, — отозвался я. — И когда собрал много людей, это может сработать. А всё