Командор. Том 4 - Никита Киров

— Понял. Благодарю, профессор, — я кивнул Крыса, чтобы тот увёз учёного.

— Но вы… командор, вы обещали, — напомнил Чой Джи Хун.

— Да. Я не забыл.

Я огляделся по сторонам и вызвал оба вида оружия, что у меня были. Глефа чётко срубила тонкое деревце, и прижгла аккуратный срез. И меч-хлыст вытянулся и срубил верхушку другого.

— Потрясающе! — воскликнул профессор, глядя на оружие. — Мне надо это изучить…

— Потом. У нас война идёт.

* * *

Штаб войск узурпатора…

— Академия — это ключ, — заявил генерал Эрик Хардален на совете. — Как только она падёт, город падёт. Урбус никогда не оборонялся долго, его всегда захватывали малой кровью. А вот за академию всегда сражались до конца.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — заявил узурпатор и посмотрел на вход в штабную палатку. — Генерал, с возвращением. Хорошая работа.

— Это было впустую, — с горечью проговорил генерал Дайрин. — Мы потеряли множество подготовленных войск… к чему? Империя всё равно знала, что это отвлекающий манёвр.

— Это не было впустую, генерал, — узурпатор поднялся. — Через неделю я вернусь в свой дворец. И один из первых указов — полная независимость для Инфиналии. А вы хорошо поработали, — он подошёл ближе. — Теперь мы знаем их командование, как они реагируют, и что на пике всегда будут самые опытные войска. И к этому мы готовы… благодаря вам.

— У вас новые задачи, господин Дайрин, — произнёс генерал Хардален, когда Громов закончил. — И, конечно, я выделил вам подкрепление из добровольцев южных регионов…

Дайрин вышел из палатки, где его уже ждали. И через час оглядел пополнение.

— У нас много патриотов, саади, — заметил начальник его штаба после осмотра войск. — Люди идут к нам воевать за справедливость.

— Сопляки, у которых ещё даже щетина не растёт, — проговорил Дайрин, скрипя зубами. — Пушечное мясо, которое должны прикрывать Железный Легион своими телами.

— Путь к свободе не бывает лёгким, саади, — возразил начштаба.

Генерал ничего не сказал.

* * *

Академия…

Враг пёр нагло, а имперская армия разворачивалась долго. Потому что во дворце не могли определиться, кто будет главнокомандующим группировкой. Белгрейв ещё громил остатки пустынных войск в Инфиналии, но его хотели вызвать сюда. Прибыл Владимир Загорский с островов, но в штабе и Совете при императоре у него была сильная оппозиция. А у других имперских генералов не было столько выслуги и регалий, чтобы занять этот пост.

Генерала Конрада Рэгварда бы сюда. Говорят, старик каждую неделю подаёт новое прошение о возвращении, но ему отказывают каждый раз.

Пока штаб и командование думают, десант разворачивался для боя. Сюда стягивали все силы имперского десанта и ВДВ региональных армий, и я безвылазно сидел в штабе Кондратьева, отвечая за координацию крепостей, парашютистов, десантно-штурмовых батальонов и региональников.

С нами оборонялись курсанты академии. Часть из них — будущие офицеры десанта, уже находились в частях и обкатывались в бою. Остальные тоже оказались в нашем подчинении.

Крепости собирались отойти в Хитланд, пока враг их не обнаружил, но пока вели огонь с огромной дистанции по врагу. Иногда до нас доносились залпы их орудий. Правда, у нашей крепости постоянно вылезали какие-то проблемы, и на ней обитала армия инженеров для починки турбин.

Передовые части противника уже подходили к пригородам, разведка видела дискремские танки, но они не начинали штурм. Узурпатор явно изучил историю и собирался первым делом взять академический остров, а пока стягивал силы к нему.

— Можем ли мы задействовать ригги? — спросил я на очередном совещании. — Некоторые на ходу.

Начштаба снял очки, внимательно посмотрев на меня. А генерал Кондратьев будто даже не услышал, но я знал, что старик не пропускает ни слова.

— Как мобильную шагающую артиллерию, — пояснил я. — В академии каждый год обучают пилотов для неё, некоторые машины исправны, могут стрелять. Пусть ведут огонь с позиций. Огневая мощь не будет лишней.

— Хорошо, займитесь, командор, — Кондратьев кивнул.

Сразу вспомнилась старинная военная поговорка про инициативу в армии. Но я занялся и этим. Не руками же мне это делать.

В академии было три военных шагохода, но один из них стоял как памятник, а ещё у одного не было свечи духа. Я увидел, как кто-то из механиков взял свечу с алтаря рядом с общежитием и унёс в машину.

В итоге, две ригги, «Катафракт» и «Паладин», ушли на южную оконечность, и вскоре их тяжёлые пушки и ракеты начали вести огонь по другому берегу.

Третья же машина — известный всем шагоход с позывным «Старый Герберт» стоял на постаменте. Оказывается, ещё в прошлом году с него сняли турбокомпрессор, а новых давно не делал.

Этот шагоход, к сожалению, участвовать в бою не будет. Да и куда больше у него проблем с орудием, механизмы просто отказали за столько лет. Его свеча стояла снаружи, тоже как памятник, и её огонёк я видел даже издалека

Лёгкая пехота врага заходила через Хитланд, прорываясь через блокпосты, чтобы попытаться прервать снабжение острова, но части десанта пресекали эти попытки.

На следующий день с севера прибыла команда механиков и инженеров для проверки крепостей и тяжёлых оборонительных орудий. Один из них, Роман Риггер, директор Нерской промышленной зоны, ещё осматривал старые шагоходы, которые могли стрелять. Хотя его тянуло к той машине, которую собрал его предок лично, но даже он не мог ничего сделать…

* * *

База снабжения крепости…

— Чё такое, Пашка? — спросил высокий парень в форме техника с перемазанными маслом руками, сидя на бочке с игниумом.

— Я тебе дам «Пашка». Смирно, рядовой! — прикрикнул Шутник, пряча улыбку.

— Опять задаёшься, — но парень спрыгнул, вытянулся и поднял руку к голове. — Господин лейтенант! Рядовой Шульгин…

— Куда к пустой голове? — Шутник оглядел брата и добавил спокойнее: — Лёша, с тебя на крепости три шкуры спустят, если так ответишь. Знаешь, как там за косяки спрашивают? Все гальюны драить будешь до зеркального блеска.

— Какая крепость? — разочарованно спросил Лёша. — Туда только чьих-то родственников берут.

— А ты чей родственник? — Шутник с ухмылкой показал на себя большим пальцем. — Мой. Бегом к старшему лейтенанту Тихвинскому на посадочной зоне. И доложи, что рядовой