Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Мря-я-я-я-яв! — возмущался сам Дракотяра, которого лишили зраз и ещё сделали аттракционом для всяких там наглых шилоприводных шкетов.

И ринулся сокрушать всё вокруг.

М-да, я научил Данилу не сдаваться, и всё же мне придётся за это поплатиться кошельком. Вон, Вальдемар уже глядит на меня с многословным, бранным, но однозначным взглядом.

— Ставр! — плюхнулся рядом со мной довольный Ястреб.

Довольный — потому что только что поставил очередной рекорд, причём со значительным отрывом.

Всё мясо дома сожрал для тренировок, едрёна корень…

— Я раздобыл кой-какую инфу по Крылову, — с одышкой поделился Ястреб.

— Да, и что там? — спросил я.

— Он связан с нашим спецотрядом! — выдал он.

— Да ладно⁈ — нарочито наигранно ахнул я. — А я, ёжкин крот, не догадывался, Николаич!

— Не, ты не понял, — помотал головой Ястреб. — Он не из наших… В смысле, я не нарыл инфу о том, чтобы он когда-то был в составе отряда. А это самое простое, что я мог бы нарыть, понимаешь?

— Кажется, да, — призадумался я.

Значит, Крылов как минимум состоял в управлении или вроде того. А эти ребята посекретнее самих бойцов будут.

— Во-во! — осклабился Ястреб. — Но пока это всё. Ещё рыть и рыть.

— Сообщи, как нароешь, — попросил я.

— Ясен пень! — хмыкнул Ястреб и поднялся из-за стола. — Пойду, выдую пару бочек чего-нибудь… После рекордов так мучает жажда!

И ушёл.

А пока рассерженный монстрёнок всё ещё устраивал бучу, переворачивал столы и вскидывал кверху тарелки со съестным, я не удержался и достал листок. Раскрыл и снова невольно улыбнулся.

Да, Макар, конечно, тот ещё шутник. На весь листок, по самому центру, была написана лишь одна фраза:

«Здаров, Ставр, как сам-то?»

━─━────༺༻────━─━

Вот Макар засранец, конечно! Умеет заставить задуматься.

Так и раньше бывало иногда. Вот бросит он какую-нибудь фразу, вроде бы невзначай, вроде бы ничего этакого не скажет. А всё же сидишь потом и думаешь, и думаешь. Копаешься.

Вот и сейчас. «Здаров, Ставр, как сам-то?»

Он же знал, что я ответить ему не смогу, а значит, пришлось отвечать самому себе. Поэтому я задумался.

И не только тем вечером, когда мы праздновали победу ребят на соревнованиях. Я возвращался к этой мысли не единожды и на протяжении оставшихся недель учебного года, во время которых проходили итоговые экзамены в академии. Соревнования соревнованиями, но об учёбе никогда не стоило забывать. Особенно это касалось самих участников турнира. На них было обращено особое внимание директора, ведь нельзя же пускать на всеимперское мероприятие троечников, верно?

Так что Сане пришлось очень поднапрячься. Конечно, за этот год он заметно прибавил в умении концентрироваться на всяких книжках, писульках и прочих скучных штукенциях, но для него подготовка к экзаменам, как и сами экзамены, стали, наверное, даже более трудными, чем испытания на соревнованиях.

А вот Анжела справилась на «отлично». К тому же она сделала первый шаг к своей цели. Даже, наверное, два шага.

Во-первых, Анжела здорово продвинулась в развитии Источника. И летом, я думаю, достигнет второго ранга. Это очень круто! Несколько ребят двигались примерно с её же скоростью в этом плане.

Саня, кстати, тоже был в их числе. Так что развитие Источника не прямо пропорционально отметкам в табеле успеваемости. Но, что более важно для самой Анжелы, по крайней мере, на данный момент, она не просто на «отлично» закончила учебный год — она стала самым лучшим учеником второго курса.

Даня же… Ну, он сидел пыхтел рядом с Саней и наверняка призадумывался, не стоило ли отдать шестое место кому-нибудь другому. Но терпел, превозмогал, и это имело определённые успехи, потому что год Даня закончил крепким хорошистом.

Кто ещё закончил год на «отлично», так это Тихомир. Вот уж невидаль! Обычно он держался статуса хорошиста, чтобы не задирать планку. Но, как оказалось, патриарх его рода и по совместительству дедушка узнал, что внучок отказался от соревнований и потенциального участия в ежегодном турнире. И за это прописал ему знатных люлей!

Поэтому, чтобы избежать наказания и новых выговоров, Тихомиру пришлось поднапрячься на поприще грызения гранита науки. Но освоение техники развития мудреца шло семимильными темпами. А дополнительные занятия с Байрамом Темировичем лишь ускорили процесс. Так что он справился.

Успехов в этом году вообще было много. Полина, например, завершила первый этап техники мага-отшельника. Она теперь могла влёгкую повелевать обычными растениями и уже приступила к практике с разломными растениеподобными монстрами.

Если быть точным, она устроилась помощницей преподавателя на время каникул в корпус биологии и алхимии, где проводила свои эксперименты над разломными растениями. А Людмила Ивановна, кстати говоря, отыскала автора рецепта зелья из игры «Ведьмы и рыцари».

Как оказалось, этот автор никак не мог завершить рецепт и вписал его в игру без особых задних мыслей. А когда узнал, что зелье всё-таки удалось воспроизвести в правильном виде, едва не описался от радости. И теперь патент на рецепт он делил с Людмилой Ивановной и моими бесятами. Да, быть соавтором подобного алхимического изобретения на втором курсе академии среднего звена — это очень крутое достижение, как ни крути.

Ну и, конечно же, наша глобальная цель — сделать второй «Д» лучшим классом академии — продвинулась на один шаг вперёд. Мы стали лучшими на курсе!

Эх, как вспомню лицо Аркадия, когда огласили списки, хе-хе…

Но ничего. Этот засранец меняется на глазах и, уверен, в следующем году заставит нас попотеть. Очень на это надеюсь. Без конкуренции рост останавливается, а нам нужны сильные соперники.

Так что, Макар, у меня всё хорошо. Я бы даже сказал — отлично.

— Серёж, чем занимаешься? — оторвала меня от мыслей Лена. — Э-э-эх-х— … — зевнула она, протирая глаза. — Я никак не пойму, как ты так рано встаёшь каждый день.

— Дисциплина, — пожал я плечами. — И привычка.

— Ну а как же потягушки, полежать в выходной до обеда? — мечтательным голосом начала перечислять Лена, спускаясь по лестнице на первый этаж. — Ну ладно. Так чем ты тут занимаешься?

Резонный вопрос. Я сидел в позе лотоса посреди гостиной. И вокруг меня сгустилось плотное магическое поле, которое Лена не могла не заметить. Она остановилась как раз на границе ауры и нахмурила бровки, с любопытством рассматривая меня.

Какая же она красивая. Короткая ночнушка, обволакивающая точёную