Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

подал поводья и шлепнул гнедого по заднице. Вместе со святыми рыцарями, мы промчались по каменному мосту через расщелину, по дороге, ведущей к штольням. В поселке уже гремел колокол, зажигались огни, рабочий люд высыпал на улицы.

Как святые рыцари добивали виверну, я смотреть не стал. Падая, она сбросила пса на крышу таверны. Проломив черепицу, Бруно рухнул на большой стол с толстенными ножками. Тот чудом не сломался, чего нельзя сказать о сан-дааре. Пес истекал кровью, передние лапы безвольно свисали неестественно выгнувшись. Части панциря болтались на ошметках кожи. Тварь все-таки вскрыла свою добычу.

- Ты как дружище? Жив еще?

- Добей! – взмолился пес. – Добей ради всех богов!

- Магичку сюда! Живо! Священника, бинты, простыни, кипяченую воду. Бегом! – рявкнул я что есть силы.

Не взирая на толпу демонов, обступивших нас, я вывалил из инвентаря все, что там было.

- У тебя сломаны лапы, ребра и вспорото брюхо. Но это поправимо. Сейчас станет легче, потерпи…

Прикинув вес пса за вычетом брони, я набрал шприц и вколол ему лошадиную долю обезболивающего. Я видел, как бьется его сердце, как кровь медленно заполняет рану. Разорванные сосуды кровоточили, но не так сильно. Распотрошив хирургические наборы, я понаставил зажимов. Человека оперировать никогда не приходилось, но лошадь, собак, кошек, мы на практике изучали. Мой удел – внешние повреждения, сосуды, ампутации, гнойная хирургия. Все, что связано с ранениями, стабилизацией раненых, пострадавших, доставка их в госпиталь. В этом деле я - мастер, опыта хватало. Но не полостные операции.

— Это просто собака, - шептал я под нос. – У нее все такое же.

Основное кровотечение удалось купировать. Минут через пять, пес перестал рычать и только тихо поскуливал. Вскоре, привели местного мага. Она жила затворницей, на медосмотр не приходила, так что познакомится близко пока не получилось. Едва завидев кровь, дамочка грохнулась в обморок, но Тис ее подхватила.

Сунув под нос нашатырь, я встряхнул дамочку и привел в чувство.

- Исцели его немедленно!

- Я… не могу. Я не могу!- запричитала она. – Я ненавижу кровь!

- А как-ты раньше это делала?! – Тис неожиданно резко встряхнула ее.

- Раньше была война, я… я…. Мне страшно! Смилуйтесь! Не хочу больше, ради всех богов!

В глазах ее пылал ужас. Я вдруг представил, что пришлось пережить этой бедной женщине. Вспомнил себя в первые дни в госпитале. Это не учебка…

- Ничего, ничего. Успокойся. Там лежит Бруно - наш друг. Ты ведь знаешь Бруно? Хороший малый, правда? Его порвала Виверна. Он еще жив, нужно только заживить его раны. Ты ведь можешь это сделать?

- Бруно? Как Бруно? Наш Бруно?!

Тис снова встряхнула ее. Резко выдохнув, я на секунду прикрыл глаза и сменил тон.

- Вы ведь Альтурия, верно? Я Павел, новый наместник. Вы узнаете меня?

- Да, наместник… - она сжалась в комок, поняв с кем разговаривает.

- Вы ведь сильный маг, верно? Вы можете залечить раны?

- Да, - она закивала головой.

- А срастить кости?

- Да, могу. Но… я теряю сознание при виде крови. Простите наместник, целитель из меня теперь никудышный.

- А если вы не будете видеть кровь? Если я завяжу вам глаза и просто буду показывать, что делать?

- Я не знаю… Ни разу не пробовала. Но я готова, если вы прикажете!

- Не волнуйтесь, я лекарь. Я знаю, что делаю. Вы ведь пользуетесь кристаллом, верно?

- Да, это проводник, - она достала из сумки на поясе такой же кристалл как у Гаи и протянула мне на ладошке.

- Хорошо, - я попытался улыбнуться. – Завяжите ей глаза и принесите стул. Тис, будешь помогать мне. Нужен стол поменьше, для инструментов. Где простыни, бинты и вода?

- Стол сюда, живо! – крикнул кто-то из солдат и демоны тотчас приволокли его.

- Свет. Нужно больше света!

Солдаты приволокли с улицы столбы, типа фонарных, только поменьше и внутри ярко мерцали какие-то голубоватые кристаллы. Смазав свои руки и руки мага кремом, я выждал несколько секунд, давая перчаткам сформироваться. Тис догадалась, как надеть маску на лицо и включить налобный фонарь. Сбрызнув инструмент антисептиком, я осмотрелся.

- Слишком много народу.

- Разойтись! Разойтись подальше! – рявкнул Сарен. – Вы мешаете наместнику!

- Наместнику? – по толпе пронесся неясный ропот и демоны отступили. Но не ушли.

- Так… начнем! Альтурия, дайте вашу руку.

Я поднес ее руку с кристаллом к кровеносному сосуду.

- Лечим.

Зеленоватое свечение на глазах срастило вену. Я убрал зажим и облегченно выдохнул.

- Хорошо, пока получается. Теперь здесь. Здесь, вот тут…

Я убирал зажимы один за другим, зачарованно наблюдая за тем, как живые ткани обретают прежний вид. Пока я работал иглой и нитью, предварительно сшивая разрывы, Альтурия нервничала. Нужно было ее отвлечь.

- Скажите, а почему сан-даары такие живучие? Чем они отличаются от обычных животных?

- Сан-даары? – она вздрогнула. – Они магические существа, жизненная энергия которых содержится в кристалле. Он у самого сердца. Наместник… вы теряете время зря. Он не выживет. Раны слишком серьезные. Луше его добить. Создать нового сан-даара дорого, но если вынуть кристалл сейчас, я смогу это сделать.

- Я сам решу, что лучше. Лечите здесь!

- Поймите, если кристалл треснет, Бруно все равно умрет. Запас маны не безграничен!

- Где он?

- Рядом с сердцем. Он твердый, в тоненькой пленке.

Я нащупал кристалл и осторожно надрезал пленку.

- Черт… он весь в трещинах.

Зеленоватый ограненный самоцвет мерцал тусклым светом. Где-то я такой уже видел…

- А заменить его можно? – вдруг осенило меня.

- В принципе можно, если у вас есть кристалл…

Подумав с минуту, я шепнул Тис на ухо:

- Поройся в моем кошельке, там что-то было похожее.

Через минуту она выложила на стол ограненный продолговатый самоцвет алого цвета. По форме один в один как у Бруно.

- Ничего, что он красный? – тихо спросил я у мага.

- Алый? – голос ее дрогнул. – Но алые кристаллы только у отродий бывают.

- А в чем разница?

- В благословении! – раздался голос с той стороны стола.

Я поднял голову и заметил лысину священника. Он стоял на коленях и тихо молился.

- Вы что там делаете, падре?

- Кто? Что еще за падре? Я служитель церкви всех богов! – возмутился он. – А здесь я молюсь за упокой