Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Алексей Игоревич, может, вы не будете торопиться с ночными выходами? Всё-таки здесь очень важен опыт, к тому же у вас, кажется, проблемы с левой рукой?

Всё же попытался Рыков оставить меня в расположении.

— Уверяю вас, Герман Фридрихович, я справлюсь, к тому же не забывайте, я маг и пару козырей в рукаве имею. А что касается руки…

Я стянул с кисти перчатку и продемонстрировал всем неестественно бледную, немного меньше правой, но вполне функциональную руку. Собравшиеся были удивлены: всё-таки в мире магии не умели отращивать новые руки за пару дней. Вопросов, конечно, никто не задавал, видимо, решили, что это какие-то родовые секреты, о которых не расскажут даже императору.

Рыков тяжело вздохнул и нехотя согласился — выбора я ему не оставил. Если бы он продолжал упорствовать, у меня, как и у других офицеров, могли бы возникнуть вопросы в духе: «А, собственно, какого шланга?»

Учитывая дворянскую специфику, Рыкову пришлось бы объясняться. И если недовольство своих офицеров он мог бы в какой-то степени проигнорировать, то вот моё могло обойтись ему очень дорого.

После совещания заскочил к начальнику штаба, подполковнику Зипунникову. С ним я был практически не знаком, так как данный офицер чурался общества и был довольно нелюдимым человеком. Но дело знал своё туго: через пару минут у меня на телефоне были все нужные карты с пометками и само задание.

Нам нужно было отыскать один из узлов турецкой обороны в виде полуподземного укрепления. Информация была только о его примерном местонахождении. После обнаружения — провести разведку и, при возможности, взять штурмом.

Группу мне выделили из числа солдат моего полка. К счастью, не все были новичками: примерно треть отряда имели боевой опыт.

Сходив в расположение, познакомился с бойцами, проверил их экипировку, которая, кстати, была насквозь казённой. Тяжело вздохнув, отправил солдат отсыпаться перед выходом и пошёл к себе собираться.

Вышли сразу после заката, причём темнота южной ночи была такой, что даже я, обладатель стопроцентного зрения и прокаченого Наблюдения, не мог разглядеть вытянутой перед собой руки. Спустя пару километров начались первые приключения. Сначала я своим пространственным ощущением нашёл несколько десятков противопехотных мин в земле. Остановившись, аккуратно занёс их на свою рабочую карту, после чего пришлось заложить крюк и обходить это минное поле, которого, кстати, на штабных картах не было. В итоге забрались в «зелёнку», но здесь было всё ещё хуже: буквально каждый куст или дерево были «украшены» растяжками или заминированы. Пришлось возвращаться и прокладывать тропинку через минное поле, которую я, кстати, тоже перенёс на карту — на случай, если другим группам нужно будет пройти в этом месте.

Благодаря своему навороченному прибору ночного видения у меня проблем с ориентированием не было, а вот бойцам было непросто: приходилось подсвечивать себе маленькими фонариками. Уж очень непросто было пройти большой группе вслед за мной через минное заграждение. Но так как мы были ещё на условно своей территории, «прилёта» я не опасался. Тем более дроны, как и другую низколетящую авиацию, здесь не использовали: уж слишком лёгкой для магов мишенью она была.

Ещё через несколько километров я приказал погасить фонарики и идти друг за другом, положив руку на плечо впереди идущего. Вероятность того, что где-нибудь здесь сидит наблюдатель или шарахается такая же штурмовая группа, была далеко не нулевая.

В какой-то момент я даже призвал Крысобоя. Благо из-за темноты мои бойцы ничего не увидели. Пока они переводили дух после рывка вслепую через открытую местность, я отошёл в сторону и проинструктировал гоблина. Мой миньон отлично видел в темноте, имел навыки следопыта, на голову превосходящие навыки любого, даже самого опытного охотника-человека и отлично умел устраивать засады. На мой взгляд, как диверсант он был даже лучше меня, несмотря на весь мой опыт.

Ещё два часа спустя я вывел группу в квадрат, где, по данным разведки, должен был находиться узел обороны. Теперь перед нами стояла задача найти его и при этом не попасться на глаза наблюдателям. Так как местность по‑прежнему изобиловала минами и растяжками, я оставил группу в небольшом распадке с приказом сидеть до утра и не высовываться, а сам отправился на поиски укрепа, настраиваясь на долгие и нудные ползания по земле. И, к своему удивлению, уже через двадцать минут почувствовал геометрически выверенные пустоты на границе пространственного восприятия.

«Ха! Удача! Неплохое начало!»

Ещё час у меня ушёл на то, чтобы, ползая кругами вокруг полукапонира, мысленно нарисовать полную схему помещений, пересчитать личный состав, вооружение и даже оценить их боеготовность. По всему выходило, что штурмовать этот орешек имеющимися силами — значит положить всех ещё на подходе. Несколько скрытых камер толсто намекали, что незаметно подкрасться не получится. Я же, быстро вычислив слепые зоны, благодаря телепорту просто не попадал в их поле зрения.

Я уже подумывал вернуться к бойцам и начать продумывать план штурма, хотя, на мой взгляд, думать тут было не о чем — атаковать мне в любом случае придётся в одиночку: так было быстрее и обошлось бы без потерь. Но вдруг я почувствовал приближение своего миньона. Заметил я его гораздо позже, чем он вошёл в мою сферу пространственного контроля, — даже прибор ночного видения не помог.

Коренастая фигура в идиотском котелке абсолютно бесшумно появилась из кустов и приблизилась ко мне.

— Вождь, я нашёл нору с вкусными чужаками.

После нескольких уточняющих вопросов выяснилось, что Крысобой умудрился «вскрыть» неизвестный опорник в двух километрах от этого.

— Наверняка они поддерживают между собой связь, — пробормотал я, потирая подбородок. — Если начать штурмовать одних, другие узнают об этом через пару секунд. Тут либо всё сделать очень быстро, либо штурмануть оба объекта. Но тогда возникает вопрос: не уйдёт ли сигнал тревоги на третий укреп?

После недолгих размышлений я решил, что штурмовать мы, а точнее, я буду этот полукапонир, а моя группа устроит засаду на случай, если на сигнал об атаке соседи пришлют подкрепление.

Подготовку позиций начали с минирования путей подхода, которых, к слову, было не так уж и много. Благо ни с гранатами, ни с противопехотными минами у меня проблем не было, а у моих бойцов, кстати, были. После чего я разделил отряд на две половины и распределил по стрелковым позициям, не забыв нарезать сектора обстрела и пути отхода.

Гоблина оставил чуть в стороне