Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж

Тянулся очередной долгий день, вскоре снова повалил снег. Это замедлило движение и вынудило их остановиться раньше времени, как только наступила ночь. То же самое произошло и на следующий день, и на следующий, пока, в конце концов, предгорья не перешли в холмистые равнины и впереди не раскинулись бескрайние просторы Ледяных чащоб – просторы ужаса, тьмы и безысходности.

Путники выстроились в ряд, выглядывая из своего последнего лагеря в горах. Холодная рука сжала сердце Амрона. С каждым вздохом его легкие наполнялись льдом. Лед. Он был повсюду. Лед и снег, серебро и белизна, испещренные черными и темно-серыми пятнами. Далекая тень леса. Огромная замерзшая река, Серебряный шрам, спускалась с гор и разрезала бесплодную пустошь. Из земли торчали огромные каменные глыбы, скрюченные и изломанные, словно пытающиеся ухватиться за мрачное серое небо. Трещины и расселины покрывали всю пустошь паутинчатым узором. Мир гигантов и чудовищ, демонов и проклятий. На свете мало вещей, способных по-настоящему напугать или встревожить Амрона, но Ледяным чащобам это удалось. Он искоса посмотрел на своих спутников с еще бо́льшим уважением. «Каким же мужеством нужно обладать, чтобы переступить эти границы? Плачущие вершины – это одно, но здесь…»

– Выдвигаемся до рассвета, – сказал Роген Белобород.

Уолтер кивнул. В лицах обоих читалась решимость.

– Какое-то время у нас еще будет свет, но мы должны привыкнуть ходить в темноте. Скоро солнце скроется… и не вернется.

Амрон Дэйкар, герой Севера, почти не сомкнул глаз в ту ночь. Он лежал и думал о своей умершей жене, о мертвом сыне, о ребенке, детство которого он не видел. Он думал об Элионе, о Лиллии, об Амаре, Веррине, о своих друзьях, о своих людях, о своем народе, о Севере. Он думал о каждом мужчине, женщине и ребенке, на которых вскоре падет тень войны.

«Тень еще более мрачная и смертоносная, чем та, с которой мы столкнемся здесь».

Этого хватило, чтобы укрепить его дух. Поднявшись, Амрон решительно размял ногу, поплотнее закутался в теплые меха и быстро принялся за завтрак.

Потом путники повернулись лицом к темноте. И вошли в ее зловещие объятия.

Глава 50. Шаска

Шаска сидела у окна своей комнаты в трактире и смотрела на гавань. День был погожий, немного ветреный, судя по развевающимся флагам и парусам, но ясный, солнечный и не слишком холодный. Взяв кусочек хлеба с деревянной тарелки, стоявшей рядом, Шаска принялась медленно жевать.

– Когда капитан будет готов к отплытию? – спросила она с набитым ртом, бросив взгляд на Лансела и Барнибуса, которые что-то обсуждали за столом в другом конце комнаты.

– Он сказал, в полдень, – ответил Барнибус, потягивая вино. После десяти дней в пути он его заслужил. Да и кому какая разница, что еще только утро? – Он даст тебе отдельную каюту. Небольшую, но она будет только твоей.

– Мы передадим твою благодарность Элиону, – добавил Лансел с ухмылкой. – Твоя поездка будет оплачена из его кармана.

– Его карманы глубоки, как Бездонная Пропасть, – подхватил Барнибус. – Хочешь что-нибудь передать ему, Шаска?

О, она много что хотела бы ему передать. «Передайте ему спасибо за то, что спас мне жизнь, за то, что защитил меня, за то, что подставил спину под плеть. Спасибо за то, что был таким нежным, таким добрым, таким понимающим. Спасибо за то, что у него есть такие хорошие друзья, как вы…» Она посмотрела на двух верных рыцарей.

– Я не могу выразить благодарность словами. И вам тоже. За то, что помогли мне добраться сюда.

– На самом деле, это было не так уж и трудно, – сказал Лансел, откидываясь на спинку деревянного стула и закидывая ногу на ногу. – Вообще-то, даже весело. Осада становилась все скучнее, приятно было снова отправиться в путь.

– Как вы думаете, она уже закончилась? – спросила Шаска. – Осада.

Она думала о Мэриан и ее товарищах, хотя и не знала, были они там или нет. Шаска почти надеялась, что в какой-то момент они появятся на дороге, что они все это время следили за ней, но этого не произошло. И вот она здесь, ждет, когда можно будет отплыть на юг. От этой мысли внутри слегка затрепетало предвкушение, когда Шаска посмотрела на гавань. Корабль, простая двухмачтовая каравелла с синими и черными парусами с торговой эмблемой, стоял у берега и принимал грузы, которые матросы шустро заносили в трюм. Именно для этого им и нужны были все эти ящики и бочонки с вином и виски – взятка и подарок капитану за молчание. Несколько дюжин ящиков в обмен на то, что он доставит домой случайную девушку-южанку? Почему нет? Редкий моряк отказался бы от такого предложения.

Шаска все еще смотрела на корабль, когда Барнибус ответил:

– Возможно. В ночь, когда мы уехали из лагеря, ходили слухи, что штурм начнется через несколько дней. Прошло уже десять. Так что да, вероятно все уже кончилось.

– Тогда мне жаль. – Шаска повернулась к ним. – Вы ведь рыцари Варина, для вас это было важно. Я чувствую, что лишила вас шанса одержать великую победу.

На красивом лице Лансела появилась добродушная улыбка.

– Не волнуйся, Шаска. У нас будет еще масса возможностей завоевать славу. И я не уверен, что осада Болотной крепости – лучший способ для этого.

«Нет, лучший способ вон там», – подумала Шаска, оглядываясь на залив. Два тукоранских военных галеона грозно бороздили воды, патрулируя побережье, но сражения здесь по большей части закончились. Прошлой ночью, когда они прибыли, Лансел сказал, что потонуло около сотни кораблей. Сражение в заливе было ожесточенным, но продлилось недолго. Бо́льшая часть флота расаланцев направилась обратно вдоль восточного побережья к островам Вихрей и Крепости бурь. Они быстро поняли, что дело безнадежно.

Теперь на большей части побережья царила тишина. Некоторое время назад был завоеван Морской гребень, а с ним и Тиховодный залив, следующей должна стать Гавань двух заливов. Очевидно, южные войска принца Райлиана сейчас как раз направлялись туда, оставляя гарнизоны в каждом завоеванном городе. Когда путники прибыли сюда, им троим пришлось пробираться темными переулками, чтобы не столкнуться с тукоранскими патрулями, прежде чем они добрались до этого маленького скрипучего трактира. Комната была небольшой: всего на одну крохотную кровать, которую рыцари отдали Шаске, а сами снова разделили вахту. Она хотела поспорить и вызваться подежурить, но, проведя больше недели в развалинах и лесах, не смогла устоять перед шерстяными одеялами, пуховым матрасом и мягкими подушками. «Еще одна вещь, за которую я должна их поблагодарить», – подумала Шаска, пока